Спасти Осень

– Думаешь, узнав тебя истинного, я испугаюсь и убегу? – тихо сказала я. – Нет, Ракх. Ты совсем не страшный.
Взгляд его стал холодным.
– Ты не ранена?
– Нет. Цела…
– Где твой халат? Почему ходишь в таком виде? – вдруг вспылил он.
– Так вроде и смотреть некому… – растерянно отозвалась я.
– Будь добра, покинь мою комнату.
Он взял с тумбочки повязку и собрался приладить её к лицу, когда я спохватилась:
– Я могу осмотреть тебя?
– Всего лишь разбитый нос, – отозвался маг. – Ты бы лучше шла спать, Роза.
– Я не устала. Пожалуйста, дай мне глянуть. Я осторожно.
Он со вздохом опустился на кровать, откладывая чёрную кожаную штуку.
– Хорошо.
Я ободряюще улыбнулась ему и села напротив, отметив, как мужчина напрягся. Он явно не хотел показывать мне всё своё лицо, да ещё и при свете камней. Отбросив робость, я коснулась его длинных, падающих на лоб прядей, и убрала их наверх, открывая чёрное око.
– Ничего себе! Да у тебя бровь рассечена! Нужно если не зашить, то чем-то действенным смазать. – Я положила ладонь ему на щёку, заставляя повернуть голову, потом коснулась носа: – С ним всё в порядке, кажется. Наверное, просто ушиб. Форма, по крайней мере, не изменилась.
– Если ты намерена идти до конца, тогда возьми в ящике бутылочку с трохцом. Это густая штука, которая затягивает раны.
– Отлично. Подожди здесь, я ещё воды принесу, чтобы промыть.
Он кивнул, и остался терпеливо ждать, потирая лоб. Было видно, что мужчина устал, но, когда я принялась промывать рану, он не вздрогнул ни разу и не проронил ни слова.
– Тебе совсем не больно?
– Мне всё равно, – отозвался маг.
– А тем мужикам в подвале? – ни с того ни с сего ляпнула я.
– Им там в самый раз, – отозвался Ракх. – Пусть денёк посидят, потом решу, что с ними делать.
– И не убегут?
– Там крепкие магические засовы. Они с ними не справятся.
– Всё-таки что ты с ними сделаешь? – нахмурилась я.
– Скорее всего, отправлю куда подальше. Видишь ли, есть ещё причина, почему мне нравится этот дом. Здесь имеется особое место, которое позволяет иногда открывать портал в тёмные измерения.
– И ты их… туда?
– Угу. Скорее всего. Так будет лучше для всех, поверь. Они не оставят меня в покое, а, значит, вы с Аником тоже можете пострадать. Всё-таки я старший и за вас отвечаю.
– Мы уже взрослые и многое можем сами, – уверенно произнесла я. – Но благодарны тебе за заботу. Сейчас намажу рану.
Я принялась сосредоточенно отделять лопаточкой вязкую мазь, и попутно разглядывала своего пациента. Кожа у Ракха была гладкая, безо всяких веснушек, и смуглая, в отличие от моей. У него были красивые длинные ресницы, и брови интересной формы. Потом я на мгновение задержала взгляд на его приоткрытых губах, и пальцы дрогнули.
– Изучаешь? – мрачно усмехнулся мужчина.
– Ты необычный, – покраснела я.
– Я не чистокровный вардарец, если ты об этом. Во мне больше половины стеакской пустынной крови.
– О! Я могла бы догадаться. Но разве стеаксы практикуют чёрную магию? Они же вроде поклоняются солнцу… Или я не права?
– Поклоняются, да. Но не только дневному, но и ночному, то есть большой Луне. Знаешь, почему тёмную магию так называют? Однажды человек, не ведающий основ колдовства, увидел мечущиеся возле тёмного мага тени, и образы, что давно мертвы, и сумрачные субстанции, от которых исходил могильный холод. Этот человек испытал ужас от увиденного, и решил, что иначе как сумрачным злом неизвестность наречь нельзя. И так бывает всегда – ты не понимаешь происходящего, пугаешься, и думаешь, что страх непременно должен быть отвергнут, но это не так. Куда лучше сразу принять его, чтобы потом иметь возможность победить. – Он тихо вздохнул, обдав мои руки теплом. – Да, я говорю с мёртвыми материями. Да, кругом меня собираются страдающие души. Но это не значит, что темнота обязательно несёт проклятие. Для меня чёрная магия всегда была частью ночного звёздного неба, глубоких неизведанных вод и той части человеческой души, куда не добраться при жизни даже самому её владельцу.
Слушая его, я совсем забыла о лечении, и, спохватившись, закончила обильно мазать рану. Потом вытерла кровь с лица мужчины, ещё раз тронула его нос, провела пальцами по щеке. Кожа у него была чуть шершавая, и снова внутри меня что-то странно вздрогнуло.
– Здесь как будто синяк…
– Ничего страшного, – тихо сказал Ракх. – Благодарю тебя, хотя я вполне мог всё сделать сам. В любом случае, спасибо за заботу, Роза.
– Рада, что оказалась полезна. И прости, что не захотела сидеть в шкафу. Ты понимаешь, почему?
– Скорее нет, – честно ответил он. – Хотя я признаю существование подобных страхов.
Я поднялась, убирая лекарство обратно в тумбу. Ракх встал у  меня за спиной и, подумав, отложил повязку. Он был всё ещё обнажён по пояс и не спешил одеваться, я же осталась в одной сорочке, и почему-то не торопилась наглухо застёгивать ворот. Мне не хотелось уходить.
– Ракх, а можно тебя попросить?..
– Конечно, – отозвался он, не мигая на меня глядя. Чёрный глаз таинственно поблёскивал, а зелёно-карий казался отражением лесов в летнем озере.
– Ничего, если я снова посплю на кушетке в твоей комнате? Что-то мне одной… ну, страшно…
– И где же ты видишь здесь кушетку, Роза?
Я смутилась, обшарив глазами комнату.
– Ой, а где она?
Его губы искривились в доброй усмешке.
– К сожалению, я случайно пролил на неё одно опасное зелье, и большая часть обивки сгорела. Пришлось выкинуть.
– Понятно. Тогда я пойду.
– Так сразу перестала бояться?
– Нет, конечно. Просто не хочу и дальше утомлять тебя всякими глупостями. Я справлюсь со страхом.
– Или можешь лечь спать на кровати, – кивнул он на свою широкую постель. – Я не помешаю, и уж точно не обижу тебя.
Я почувствовала, как вспыхнули щёки. Ракху можно было доверять, и мне очень хотелось согласиться.
– Хорошо, – хрипло выговорила я. – Большое тебе спасибо! Я тихо сплю, и не шевыряюсь почти… наверное.
– Спи, как угодно, – отозвался мужчина. – Мне всё равно ещё нужно закончить работу.
– После всего? – подняла брови я. – По-моему, тебе следует отдохнуть.
Он как будто хотел улыбнуться, но передумал и нахмурился.
– Иди уже спать, Розана. Я сам решу, когда мне пора отдыхать.
Я вздохнула.
– Ты не подумай, я не командую… Просто у тебя глаза усталые, и плечи напряжены. Ты сражался, и магию использовал, и потом коня лечил… Ну, тогда доброй ночи, – поспешила сказать я, видя, что мужчина терпеливо ждёт, пока я замолчу. – Мне можно прямо так ложиться?