Дикарь

Я улыбнулась. Вот уж никогда бы не подумала, что вызываю такое впечатление. И в то же время приятно, что я околдовала его своими женскими чарами.
У себя в комнате я поспешно разделась и юркнула в душ, а когда вернулась, завёрнутая в полотенце, то присела на краешек подоконника. За окном капал мелкий осенний дождик, деревья волновались под порывами ветра. Это тревожное настроение природы передавалось и мне. Как всё странно! Неужели мне суждено провести в этом глухом месте всю оставшуюся жизнь? Тим ведь не согласится вернуться со мной в Москву..? Мне было сложно, я запуталась в своих чувствах. С одной стороны, да, я хочу остаться с ним. Он мне... не просто нравится. Он мне дорог, я восхищаюсь им, но... не слишком ли скоро всё это? Меня терзал стыд за то, что я так быстро переметнулась от одного жениха к другому. Лерочка, с которой мы беседовали об этом сегодня утром, подняла меня на смех:
- Да кого волнуют такие тонкости? Ты не изменяешь ему, ты же объяснилась с ним, прежде чем переспать с Тимуром!
Я ответила, что ещё не спала с ним, и Лера рассмеялась ещё громче, а потом изобразила горестный тон:
- Бедняга, он ещё настрадается с твоей тонкой душой!
- Но разве так бывает? - вопрошала я, не обращая внимания на эти саркастические насмешки. - Разве можно влюбиться в другого мужчину, когда с предыдущим и месяца не прошло после разрыва?
- Ой, подруга, и не такое бывает, поверь мне! К тому же, ты сама сказала, что с Тимуром у вас всё намного глубже, чем с Вито. Итальянец просто привлёк тебя яркой внешностью и красивыми ухаживаниями, ты его не любила. И о какой своей непорядочности ты твердишь, если он женат?
Да, с одной точки зрения всё гладко, но червячок сомнений продолжил точить мою совесть.
Щёлкнула ручка двери, которую я на эмоциях позабыла закрыть.
- Ник, прошло полчаса! - с совершенно серьёзным, даже суровым лицом сообщил мне мой медведь.
Я улыбнулась:
- Прости, я задумалась.
- Это ты совсем-совсем напрасно. Видно, терапия в моём кабинете имела слишком слабый эффект. Сейчас мы его усилим...
Он потянул за край полотенца, зажатый у меня на груди.
- Тим... - я попыталась придержать своё укрытие.
- М? - он и не думал останавливаться. Развернул меня, как запакованную игрушку, и оглядел жадным восхищённым взглядом.
- Ты хочешь прожить здесь всю жизнь?
- Хм... Я не думал об этом... - его руки двинулись в путешествие по моему обнажённому телу, касаясь очень нежно, возбуждая и осыпая его мурашками.
- Подумай прямо сейчас... - в моём голосе появилась хрипота. Было местами щекотно, но в целом так приятно, что нет сил его остановить.
- Ника... - его губы коснулись моей шеи, плеча, оставляя горячие дорожки поцелуев, щекоча бородой. - Я не желал жить в том мире, мне там не нравилось из-за всех этих странных правил, принятых в обществе: необходимости постоянно врать и лицемерить -поэтому я поселился уединённо в глуши, но... я был один. Если ты хочешь жить на большой земле, уверен, вместе мы найдём способ делать это так, чтобы все были довольны.
Говоря, он время от времени касался губами и руками моего тела: рук, груди, спины.
Меня словно уносило ураганом в волшебную страну - я таяла и млела, а вспоминая наше маленькое приключение в кабинете, сильно возбуждалась, уже отчаянно желая повторения.
Потянула вверх футболку своего мужчины - он с готовностью поднял руки. Ох, что у него за фигура! Мощные плечи, мускулистая волосатая грудь, крупные сильные руки... у меня буквально темнело в глазах от предвкушения. Я погладила ладошками все эти восхитительные сокровища, теперь принадлежащие мне. Тим закрывал глаза, сопел и шумно сглатывал, но не мешал мне наслаждаться своими владениями.
- Спасибо... - прошептала я искренне и потянулась руками к пряжке ремня на джинсах, но мужчина остановил их:
- Подожди... Пойдём ко мне. Там кровать... удобнее.
- Хорошо, дай мне только минуту - одеться.
Он окинул меня внимательным взглядом - так, как будто не рассматривал только что, - и с кривой усмешкой заявил:
- По-моему, и так всё отлично!
Взял с пола брошенное полотенце и обернул вокруг меня, весьма небрежно прикрыв стратегические места. А потом неожиданно подхватил моё полуобнажённое тело на руки и понёс прочь. Я испуганно вцепилась руками ему в шею, возмущённо пища:
- Дикаарь!
Он только рассмеялся в ответ. До двери в его комнату было всего несколько шагов.
- Давно хотел сделать так! - признался Тимур.
- Как?
Он дёрнул мощными плечами:
- Утащить тебя в свою пещеру.
Тим не поставил меня на пол, а сразу положил на расстеленную кровать. Приняв позу поизящнее, я приподняла брови:
- И как давно?
Он нахмурился:
- Точно не помню. Ну... вот после купания в пруду - точно.
Я широко улыбнулась:
- Ты очень удивил меня тогда... своими поцелуями в щёчку.
Тим присел рядом.
- Я и себя тогда удивил. Ты... заплакала, и это вызвало у меня неожиданную реакцию.
- Ты так остро реагируешь на женские слёзы?
- Только на твои. Они были очень искренние. Я совсем не хотел тебя расстраивать -наоборот, это купание показалось мне удачной шуткой, а потом я вдруг понял, что повёл себя глупо: ты ведь такая нежная барышня. И стало страшно до одури, что ты обидишься и уедешь.
- А папа расстроится...
- Я расстроюсь. Уже было ясно, что мне самому не хочется твоего отъезда.
- А я всё думала, что это очередной хитрый ход, чтобы избавиться от меня. Правда, непонятно, в чём уловка...
- Ты переоцениваешь мою хитрость, я довольно прямолинеен.
Я не смогла удержать смеха:
- Да уж, вот будет забавно рассказывать нашим детям о том, как мы познакомились!..
Я даже не успела договорить эту фразу, как опять оказалась прижатой к кровати, причём уже без прикрывавшего меня полотенца.
- Не могу оставаться спокойным, когда ты говоришь о наших будущих детях! -пророкотал Тим мне на ушко, а потом внезапно лизнул его, после чего обрушил шквал поцелуев на мою шею и ключицы.
- Давай не будем торопиться с детьми! - выдохнула я буквально на последних сполохах разума в голове.
- Не будем, - согласился мой медведь. - Хорошо, не будем... Но живёшь ты теперь здесь! В моей комнате... - этот приказ был отдан таким ласковым шёпотом, что спорить совсем не хотелось.
- Есть, капитан! - я засмеялась, но приступ веселья был тут же прерван новым страстным поцелуем.