Александр Македонский

Сам Александр, конечно, был македонянином, однако, если взглянуть на цели, которые он преследовал как государственный деятель, то можно смело считать его греческим царем. Македония находится к северу от собственно Греции и за многие века практически полностью восприняла греческую культуру. То же самое, кстати говоря, произошло и с Сицилией, и с островами Эгейского моря, и с теми территориями в Малой Азии, которые сейчас относятся к Западной Турции. В 323 г. до н. э.
  
Александр надеялся, что греческая культура будет воспринята всеми жителями его новой империи, в которую вошли значительные области Центральной и даже Средней Азии. Однако этого он так и не успел увидеть.
  Бюст Александра Великого (римская копия)  
В отличие от многих других событий древней истории, детали смерти Александра Македонского известны нам достаточно хорошо. На том злополучном банкете присутствовали пять человек, оставивших свои воспоминания о событиях, развернувшихся в ту ночь и позже: Птолемей, телохранитель Александра, Неарх, командовавший македонским флотом, секретарь царя Евмен, казначей царя и главный распорядитель двора Чар, а также Атистобул — военный инженер. Хотя их собственные записи до нас не дошли, отрывки из них использовали в своих работах более поздние римские авторы, и так они сохранились до наших дней. Среди этих римлян стоит назвать Диодора Сицилийского, который жил в середине I в. до н. э., Плутарха — греческого историка, написавшего свои «Сравнительные жизнеописания» примерное 100 году н. э., а также Арриана — римского историка, работавшего в первой половине II в. н. э. Кроме того, в нашем распоряжении имеется работа анонимного латинского автора, которая называется «История Александра Великого»и датируется 250 г. н. э., а также труд римского историка Юстина, написанный в конце II в. н. э. Именно в этих произведениях можно почерпнуть основные подробности того, какие обстоятельства окружали смерть Александра Македонского.
Хотя говорится о том, что Александр почувствовал недомогание на семнадцатый день македонского месяца даэсий, т. е. 1 июня по нашему календарю, среди авторов имеются некоторые разногласия по вопросу о том, где и, в особенности, когда Александр впервые заболел. Диодор рассказывает о его жизни в двух томах своей «Всеобщей истории». По словам Диодора, Александр устроил поминальный пир в память о своем друге и главном советнике Ге-фестионе, умершем несколько месяцев назад, но похороненном только в тот день. Задержка с похоронами была вызвана тем, что Александр посылал депутацию в Египет к оракулу Амона с тем, чтобы спросить у него совета, как хоронить Гефестиона и можно ли считать его богом.
 
 …В это время случилось так, что Филипп, один из тех, кто возвратился из Египта, пришел с ответом [оракула бога] Амона, который сказал, что Гефестиона следует почитать как бога. Александр, который был чрезвычайно доволен тем, что бог [Амон] подтвердил его мнение, был первым, кто принес жертвы новому божеству и устроил большое празднество… После похорон царь приказал устроить много пиров, но в тот миг, когда всем казалось, что он находится на вершине славы и могущества, жизнь Александра была оборвана Судьбой, не позволившей ему дальше править миром. 
 
В своем сочинении «Поход Александра»Арриан, сообщая о смерти царя, не говорит о том, почему был устроен пир, однако приводит несколько дополнительных деталей:
 
 Александр закончил торжества и совершил обычные жертвенные обряды в знак благодарности за свои победы и в память о своем друге [Гефестионе]. После этого один прорицатель посоветовал ему угостить воинов и тех, кто следовал за его армией, вином и мясом жертвенных животных, а также устроить пир для приближенных. Затем последовала ночь обильного застолья и возлияний, когда, по некоторым сведениям, Александр решил оставить пировавших и бражничавших друзей и направился в опочивальню, чтобы лечь спать. И когда он покинул пиршественный зал, ему встретился Медий, который был близким другом царя и которому Александр доверял. И Медий попросил его возвратиться и выпить с ним за его столом… 
 
Упомянутый в этом отрывке Медий был одним из военачальников греческой армии, но выполнял функции адъютанта Александра и его ближайшего личного помощника. Исходя из сообщения Арриана, Медий, похоже, опоздал на пир и уговорил Александра задержаться дольше, чем тот собирался. Однако Плутарх дает несколько иную версию этого события. По его рассказу, выходит, что эта тризна больше походила на попойку и организована она была именно Медием:
 
 По просьбе Медия он отправился с ним бражничать; и вот после того, как они пили целый день, у него случился приступ лихорадки. 
 
В «Истории Александра Великого»Медий снова упоминается, но здесь утверждается, что адъютант царя отвечал за организацию именно поминальной тризны, а не банальной попойки:
 
 И когда посольство принесло Александру ответ от Амона, он послал сказать Медию из Лариссы, чтобы тот приготовил знатный пир в память о Гефестионе… 
 
В сочинении Юстина опять говорится о Медии, причем и здесь он называется организатором застолья. Однако Александр в этом документе почувствовал недомогание не на пиру, а лишь после того, как покинул дом.
 
 Когда он [Александр] собирался уже покинуть пирующих, Медий Фессалиец предложил продолжить веселье и пригласил царя и его спутников к себе домой. 
 
Итак, возникает вопрос: как же все-таки проходил этот пир, каковы были обстоятельства, его сопровождавшие, и где все-таки находился Александр, когда впервые почувствовал недомогание? Поскольку три из вышеприведенных источников вообще не упоминают о поводе, по которому это пиршество было организовано, а еще два особо подчеркивают то обстоятельство, что оно проводилось в память о Гефестионе, мы можем достаточно уверенно предположить, что этот пир (или, как его называет Плутарх, «попойка») являлся продолжением поминальных торжеств и погребальной церемонии. Совершенно точно, что Медий был формальным хозяином этого застолья, поскольку четыре источника прямо указывают на него в этом качестве. Это было бы, пожалуй, правдоподобно, если предположить, что в обязанности адъютанта царя входила организация подобных мероприятий. Вместе с тем выглядит более чем сомнительным, чтобы Александр после пира отправился в дом Медия, как утверждает Юстин. Македоняне находились в самом сердце страны, что еще совсем недавно называлась Персидским царством, и жизнь Александра здесь постоянно находилась под угрозой. Вследствие этого пиршество почти наверняка проводилось в стенах царского дворца в Вавилоне. Представляется маловероятным, чтобы царь среди ночи отправился бродить по городу и в конце концов остановился в доме своего адъютанта. Также маловероятно, что пир, как пишет Плутарх, устраивался в доме Медия. По всей видимости, и Плутарх и Юстин ошиблись, посчитав, что коль скоро Медий был организатором пира, на котором Александр почувствовал недомогание, то и заболел царь в доме у этого человека.
  
Источники не расходятся в объяснении причин, по которым устраивался этот пир, и все, кроме Юстина, отмечают, что впервые Александр почувствовал себя плохо еще на тризне. В связи с вышеизложенным можно сделать достаточно обоснованный вывод, что торжества организовывались в память о Гефестионе, а царю стало плохо еще во время пира, проходившего во дворце. Но тут приходится отметить, что в документах встречаются две различные версии симптомов заболевания, проявившихся у великого полководца, как только ему стало плохо.