Принцесса и её зверь

– Ты не обидишься?
– Девочка моя, что за глупости! Я буду только рад, если ты уснёшь в моих объятьях, обретя счастливые сны. Мы ещё успеем друг другом насладиться, и не раз.
– Воистину, это удивительный день, – отозвалась я, всё-таки зевнув сладко и длинно, и рассмеялась, когда Вэйл подхватил зевоту. – Доброй ночи, супруг.
– Доброй, и долгой, и приятной, – отозвался Вэйл, заключая меня в капкан сильных рук. – Моя жена.
Он лежал, раскинувшись, на спине, волосы взлохматились, губы были приоткрыты. Такой расслабленный, но сильный всё равно, он был столь притягательным, что я не удержалась и подвинулась ближе. Мне нравилось свободно разглядывать его тело, подмечая появившуюся мягкость в очертаниях, свойственную отдыхающим мышцам. Вэйл пребывал в постоянной готовности к атаке, но сейчас он чувствовал себя в безопасности, а потому выглядел таким беззащитным. Наверное, именно благодаря этому чувству я вдруг решила атаковать его сама, притом неожиданным способом.
Если Вэйл мог ласкать меня губами, почему мне было нельзя? Наверняка ведь ему это будет так же приятно! Я отбросила одеяло и склонилась над мужем. Начну целовать его едва ощутимо – тотчас проснётся, а, если нападу быстро – не успеет понять, что происходит и не остановит. Меня одновременно возбуждали мысли о предстоящем, и смущала собственная смелость.
Я погладила рукой его живот, и опустила пальцы ниже. Потом поцеловала кожу возле пупка, и, когда коснулась губами уже напрягшегося естества мужчины, Вэйл что-то сонно пробормотал. То, что он ещё плохо соображал, давало мне преимущество. Не зная, как ласкать правильно, я действовала инстинктивно, и по тому, как отзывалось тело мужа, понимала: всё идёт более чем хорошо.
– Тэа, – пробормотал он, не открывая глаз. – Что ты затеяла?
– Тебя с ума свести!
Уже не смущаясь, я ласкала его и губами, и руками, жалея, что не убрала предварительно волосы. Но вот руки Вэйла прошлись по моей спине и бёдрам, вернулись к затылку и зарылись в пряди, приподнимая их. Так было гораздо удобнее, и я поймала себя на том, что наслаждаюсь процессом. Едва слышно дыша, мужчина сжимал мою голову, и по тому, как двигались его пальцы, я понимала, как Вэйлу нравится больше. Спустя минуту он уже опустил одну руку к моему животу, и теперь ласкал в ответ так, что мне хотелось съесть его целиком…
Никогда бы не подумала, что стану делать такое, но все рассуждения о стыдном были утрачены. И в миг, когда не стало мочи терпеть, и усилилась дрожь, Вэйл вдруг отбросил меня в сторону. Я даже сообразить ничего не успела, как он оказался сзади, приподнял меня за бёдра – и резко вошёл, заставив вскрикнуть. Это была как раз та страсть, которой я немного боялась, но противостоять ей было невозможно.
А Вэйл уже ощутил моё напряжение и положил ладонь мне на поясницу.
– Я осторожно, милая. Не буду торопиться.
Но уже через минуту я сама просила его двигаться быстрее, и, вскрикивая, чуть не порвала нежную шёлковую простынь. Хотелось не просто ещё – я желала бесконечности этого наслаждения. Вэйл, видимо, тоже, потому что он уронил меня на бок, чтобы иметь возможность целовать. Так, целуясь и подаваясь навстречу движениям друг друга, мы и достигли мощного всполоха, от которого потемнело в глазах.
– Первое брачное утро, – выговорила я.
– Ничуть не хуже брачной ночи, – подхватил мужчина, целуя моё лицо. – Я бы не посмел о подобном просить, горностайчик.
– Но тебе понравилось?
– Как ты и обещала, я сведён с ума, и хочу таковым оставаться.
И снова поцелуи, от которых по всему телу бегало неугомонное мурашечное стадо. Нет, это не я Вэйла завоевала, это он захватил меня в плен.
– А у тебя поклонники в Грэре были? – вдруг спросил мужчина.
– Изредка попадались, но я максимум с ними прогуливалась до рынка и обратно.
– Хорошо, – проворчал он. – Никаких поцелуев и объятий, значит.
– Поначалу я только о магии думала, ну а потом должна была заботиться о своём волке.
– Которого боялась.
– Который кусака! – с улыбкой сказала я. – У тебя же клыки были с палец размером!
Я уже знала, что последует за этими словами, но ахнула всё равно, когда Вэйл меня нежно цапнул за плечо. По телу прошла жаркая волна, с новой силой проснулась жажда, и он это почувствовал.
– Хорошо ли ты спала, волнушка? – вкрадчиво спросил он, и я ответила:
– Замечательно.
– Значит, набралась сил?
– Да.
Вэйл перекатился на спину, а я осталась сидеть у него на бёдрах.
– Возможно, тебе и так понравится.
– Прямо сейчас? – прошептала я.
– Если хочешь.
Я хотела, пусть это и было так непривычно – чувствовать его и не прерывать взгляда. Прежде-то я глаза закрывала, хотя знала, что Вэйл всегда на меня смотрит.
Удовольствие накапливалось медленно, но было от этого не менее приятным. Я пыталась найти подходящий ритм, и Вэйл, не выдержав, взял меня за талию, помогая. Казалось бы, смущение моё должно было только ярче вспыхнуть, однако куда больше хотелось познавать науку любви, которой щедро делился со мной супруг.
Его руки гладили и сжимали мою грудь, на губах играла довольная улыбка, а глаза искрились таким счастьем, что мне было сладко дышать. В эти мгновения я тоже была абсолютно счастлива, и чувство не угасло, когда мы, уставшие, лежали под одеялом. Оба дремали, слушая вновь начавшийся дождь, а потом завтракали плотно и с аппетитом.
Вэйл рассказывал о своих путешествиях, а я мечтала отправиться с ним смотреть другие страны. Теперь ведь и корабль был не нужен, и нам можно было не бояться охочих до силы правителей. Или я просто снова всё идеализировала, старательно прогоняя прежние страхи?
Мы вернулись в замок только вечером – не хотели нарушать вкусное уединение. А, стоило только добраться до покоев и переодеться в более простую одежду, как королева пригласила нас на ужин.
– Мне нравится Каильбер, – сказала я Вэйлу, когда он вместо служанки причесал меня. – Она такая простая и внимательная, а ещё добрая. Думаешь, если бы не моя мама, всё было бы иначе?
– Нет, она действительно добра и справедлива. И хорошо, что благословила наш брак, хотя разве кто-то может указывать внучке богини?
– Кроме тебя об этом никто не знает.
– Но Каильбер наверняка догадывается. Ладно, идём, волнушка. Благодаря тебе я всё время голодный.
Я почувствовала, как вспыхнули щёки. Стоило мне улыбнуться ему, облизнуть губы или послать шутливый воздушный поцелуй, как Вэйлу тотчас требовались объятья. А за объятьем непременно следовали и другие прикосновения, переходящие в очередную близость.
– Приветствую молодожёнов, – улыбнулась королева, когда мы поклонились. – У меня есть для вас подарки. Кам, принеси.