Принцесса и её зверь
Мне хотелось ему верить. Благодаря Лэгги, залезшему на высоченное дерево, мы узнали, что магическое облако достаточно большое и плотное, и пришлось ехать дальше лесом без передышек.
– Здесь неподалёку должны быть останки замка фей, – сказал Вэйлан. – Там и заночуем.
– Да, хорошее место, – кивнул Бэддик. – Хотя года три назад меня там атаковали карбудлы.
Он говорил о настырных мелких зверьках вроде белок, только стайных и весьма опасных, если раздразнить. Убить они вряд ли могли, но, бывало, раздирали одежду в клочья и уродовали лицо.
– Они не любят туманковую пыльцу, – негромко сказала я. – Если сыпануть прямо в стаю – тотчас разбегутся. Правда, у меня её сейчас совсем мало…
– А я слышал, что им не нравится вода, – улыбнулся Лэгги. – Может, просто швырять этих белок в ближайший водоём?
– Тоже вариант, – ответила я. – Но они, несмотря на то, что воду не любят, неплохо плавают, и могут снова напасть. Куда проще их угостить – например, орехами. Тогда и нападения никакого не будет.
Бэддик отозвался сварливым покашливанием, и мы продолжили путь – ночь была светла, и заблудиться нам не грозило. Ребята обсуждали теперь не только белок, но и всех окрестных зверей, а я смотрела на Вэйла. Сейчас он был больше, чем когда-либо, похож на волка – такой сдержанный и опасный, бдящий даже в таком красивом месте, как этот дышащий магией лес. Теперь я чувствовала между нами не просто интерес, но и ту нить, что протянулась благодаря клятве. Мама говорила, что, чем ближе в столице, тем больше правил. Лесные жители по-другому одевались, разговаривали и колдовали. Там, на берегу розового залива, всё делалось иначе, и подобные кровные клятвы были запрещены.
Однако, что-то подсказывало мне, что Вэйлану разрешено почти всё. Остальные как будто побаивались его, исключая разве что неугомонного Лэгги и Бэддика. Но Бэддик был ему другом, а Лэгги просто многого, как и я, не знал. И уж наверняка человек, который был приближен к королю, хранил множество тайн, способных шокировать.
Я не задавала вопросов о его семье и службе, хотя жаждала узнать о Вэйле всё. Возможно, проводи мы наедине больше времени – он бы захотел рассказать сам?
– А вон и Энга, – сказала Амарэс. – Красивая, как и прежде.
В своей задумчивости я упустила тот момент, когда мы выехали на открытое место, где в сплетении ручьёв, средь густой травы и цветов стоял прежде величественный дворец. Белокаменный, с острыми башнями и резьбой на камнях, он был и теперь, после своей гибели, полон магии.
– Здесь жили феи? – спросила я Вэйла.
–Так говорят, но это неправда. Здесь обитали люди, которым не повезло столкнуться с чистой магией леса. Это было больше двухсот лет назад.
– В тот год, когда лес болел волшебством, – сказала я, и волк кивнул.
– Ты знаешь историю.
– У мамы были некоторые книги.
Мы подъехали к галерее с по-прежнему крепко стоящими колоннами, где и оставили лошадей. Вэйл сам снял меня с Луши, и задержал в своих руках дольше, чем позволяли приличия, но мне уже было плевать на этикет.
Здание в восточной его части сохранилось отлично, и мы поднялись на самую верхотуру.
– Прошу сюда, – Вэйл сделал широкий жест рукой. – Ваши покои, принцесса.
– Благодарю, – с улыбкой ответила я.
Было приятно до мурашек слышать все прозвища, что он мне давал. В просторной комнате оказалась настоящая оранжерея, но благодаря цветам буговника мошкара и комары нам не грозили.
Вэйл расстелил свой плащ на мраморной лавке, поросшей мхом толщиной в ладонь, и бросил сумку неподалёку.
– Это будет ваше ложе, госпожа.
Я вновь я не сдержала улыбки.
– Ты хотел сказать наше?
– Если пожелаешь, чтобы я лёг рядом.
– Да, мне бы этого хотелось.
– Хорошо, – отозвался он, вглядываясь в моё лицо. – Но пока что – поздний ужин.
Я села на удобную постель, и Вэйл устроился поблизости. Мы перекусили, ни о чём не болтая вслух, но разговаривая глазами, что смущало меня куда больше, чем близкое мужское тепло. Потом мы сходили умыться к текущему во внутреннем саду родничку, и некоторое время стояли на балконе, наблюдая мерцающую ночь.
– И розовое, и сиреневое, и синее… А там ещё и бирюзовое! Всё мерцает, и звёзды падают. Здесь чудесно, и не удивительно, что замок «отдали» феям.
– Может, когда-то они и жили неподалёку, – отозвался Вэйл. – Но я видел только голубых единорогов.
– А горных грифонов?
Он кивнул.
– И радужных орлов, и пламенных пегасов?
– Нет, – отозвался он хмуро, хотя глаза улыбались. – Пойдём спать? Завтра, если повезёт, уже будем в столице.
– Да, идём. – Я почувствовала его руку на своей талии, и задержала дыхание. – М… Мне ещё нужно сбегать вниз…
– Конечно, – отозвался Вэйл. – Я буду ждать.
Когда я вернулась после всех дел, мужчина уже сидел на «постели» в одной рубашке.
– К стенке или с краю? – спросил он.
– Как тебе будет удобно, – отозвалась я, отчаянно пытаясь не покраснеть.
Вэйл поймал меня за руку и увлёк за собой на ложе.
– Ничего стыдного, моя госпожа. Я только согрею.
Он обнял меня мягко, но так, чтобы не могла отстраниться. Впервые я лежала на груди у мужчины, и чувствовала близкий запах его кожи. Теперь это была уже не полынь, а густая сладость ягодного напитка, сдобренная нежной кислинкой.
– Вряд ли я смогу так заснуть, Вэйл.
– Постарайся, – сказал он, невинно, но возбуждающе поглаживая меня по плечу.
Его пальцы как будто магию по коже пускали, и хотелось прижаться к мужчине плотнее, почувствовать такую близкую, но недосягаемую силу. Вместо этого я сдерживала взволнованное дыхание, изображала спокойствие, хотя сама изнывала от стыдного желания, средоточие которого было внизу живота.
Вот рука Вэйла скользнула к моей спине, мягко прошла по гладкой ткани, и он спросил:
– Без корсета?
– Лесные его не носят, хотя я знаю, что в больших городах это – часть модной культуры.
– Без брони и в плену, – сказал он, продолжая гладить мою спину. – Юная колдунья, приручившая зверя, но ему же попавшаяся.
– Разве я тебя приручила? – Голос слегка дрожал. – Ты для меня всё ещё опасен – в любой момент укусить можешь…
– Хотел бы я быть с тобой диким, девочка, – хрипло отозвался он, и у меня дыхание онемело. – Но нельзя. – Он обнял меня крепче, укрывая сверху своим сюртуком. – Сейчас мы можем позволить себе только нежность.
– А потом?
– Для нас обоих всё изменится. – Вэйл вздохнул и поцеловал меня в лоб. – Доброй ночи.