Нагибатор на танке (СИ)

- У, мля!!! Коза драная!!! Убьешь же!!! - заорал я. Она, разумеется, за грохотом танка не услышала, а чуйка моя взыграла снова. И тут же новый бздынь и новая дырка в лобовой броне Марка. А мне слегка царапнуло чем-то маленьким по щеке. Видимо осколочек брони или даже самой пули.
- Поручик! Как вы себе позволяете так обращаться к женщине?!!! - опять заорал чей-то голос.
Обернувшись я увидел какого-то молоденького то ли офицерика, то ли юнкерка какого... Черт их этих золотопогонников разберешь, не учил. Сопляк был весь чумазый, что, в принципе, объяснимо несовершенной "эргономикой" этой танковой древности, но глаза его горели гневом праведным и сам он готов был если не вызвать меня на дуэль, то, как минимум, наброситься со своими кулачонками.
  
- Тебе чего, чудик? - это я его спросил, напрочь удивленный напором пацана. Который был мне вроде знаком, но хоть убей не помню его. И тут чуйка снова прыг, а в броне новая дырка бздыньк! Так ведь и убьют, нафик...
- Да как вы смеете так разговаривать!!! Вы - мужлан, поручик!!!
- Пацан, слышь... Ты дурак или притворяешься? Мы в танке вообще-то и во мне килограммов раза в два больше, чем в тебе. - и тут же маячившему за пацаном солдату - Жахни с пулемета короткой над головами, а то эти бабы из нас дуршлаг сделают.
- Есть жахнуть!
- Отставить, Семенов!!!
- Заткнись! Я здесь командир!!! Давай Семенов!!!
А откуда я знаю, что командир я и есть? Во, загадка... Но лучше так, чем, как этот придурок малахольный.
И тут снова чуйка взопила и сразу пулемет ка-а-ак зададахает! И чуйка моя сразу умылась - видать пулемет супостатшу с винтовкой таки и напугал. А мне от его стрельбы ощущения в этой железной банке те еще. Мало того, что двигатель рычит и вибрирует вон за спиной посреди машины, как в тепловозе, так еще резонанс от пулеметной стрельбы по корпусу. Представляю, как все тут колбасит, когда из пушки лупят. Ой, ма-а-а...
Семенов закончил стрелять быстро. Приказано же было короткой, вот он и не напрягался. Шмальнул в небо, девок напугал и смотрит на меня с довольной чумазой рожей.
- Молодец, Семенов!
- Растарасьвашбародь! - рявкнул солдат
- Поручик! Вы за свой афронт ответите! - не унимается ведь...
- Ты еще здесь, малахольный? А ну, глохни! - и тут же смеющемуся в кулак Семенову - Отворяй ворота, солдат! Пойдем девок миловать! Только сразу, как отворишь, стволом пулемета поводи туда-сюда, дай понять чтобы не шалили с винтовками.
Семенов так и сделал. Грюкнул запором боковой двери [2], толкнул ее и тут же к пулемету. Поводил стволом как и было приказано. Я же слез с неудобного водительского кресла. Зыркнув на малахольного пробрался к двери. Тот часто и мелко дышал - кипит, значит. Ну, покипит и перестанет. Или в морду доиграется.
Выглянул в дверь. Та бабенция в кальсонах, что пыталась издырявить аж целый железный танк стояла поодаль, но не целилась. Винтовку, однако, держала наготове.
- Мадам! Будьте так любезны!!!
- Што тебе охальник?!!!
- Я вас очень таки прошу! Не отстрелите мне сокровенное. Поверьте это вам будет мало приятно и ваши коллегши ваш подвиг точно не оценят и, наверняка, даже проклянут!
- Вылазь уж обормот!!! Зачем солдат моих напужал, ирод?!!!
- А!!! Так вы мадам Бочкарева?!!! Мария Леонтьевна?!!! Тогда все обвинения снимаются!!! И я навеки у ваших ног, мадам!!! Примите мое сердце!!!
Разумеется, из-за громко тарахтевшего тут же танка мы не любовно перешептывались, а орали в обе луженые глотки. И все это слышали. И малахольный тоже. У него натурально зарождалась истерика а-ля "я институтка на выданье". Сопливая, мать его...
Но Бочкаревой мои слова были приятны, вот прям жуть! Она даж покраснела. Оглянулась вокруг, увидела смешливые лица очухавшихся от конфуза подчиненных, прячущихся в местах, где прибывшим мужикам, т.е. нам, не видны их кальсоны. Повторяю, что даже не панталоны, а кальсоны, т.е. бельины чисто мужские, которые им - девкам - положены были по Уставу Императорской армии. А поди ж ты... Прячутся... Хых...
Выбрался из танка. И пошел к прапорщику Бочкаревой. Та, увидев, что перед ней поручик (да еще и бравый ого-го!!!), а не простой солдат, вытянулась в фрунт и одновременно краснея и сатанея проорала перекрикивая шум мотора танка.
- Господин поручик!!! Первая женская военная команда смерти осуществляет банно-прачечные мероприятия!!! Доложила командир команды прапорщик Бочкарева!!!
- Вольно!!! Банно-прачечные мероприятия это хорошо!!! - я тоже в децибелах не стеснялся - Продолжайте прап.....
***
Грохот двигателя Mark IV вдруг сменился на лёгкое гудение и внутри стеклянного танка загорелся свет. Краснеющая Бочкарева с винтовкой у ноги пропала, как пропала и вся окружающая ее обстановка. Эта неожиданно резкая перемена обстановки поначалу меня смутила, да я еще и начатую фразу успел доорать. Однако быстро совладал с новой эмоцией и часто поморгал глазами привыкая к резкому иному освещению.
- На сегодня сеанс закончен, молодой человек. - раздался в ушах голос Лифшица - Можете снять шлемофон и выбраться из объекта.
- Что это было?
- То, что я вам и говорил. Вы побывали под Сморгонью в расположении женского батальона. Через три дня они начнут воевать.
- Побывал?
- Виртуально, молодой человек! Виртуально! - быстро поправился Лифшиц и коротко испуганно взглянул на Полосина. Тот сердито нахмурился, зло зыркнул на Ароныча и глухо матюкнулся.
Но я уже чувствовал, что тут что-то не так. Слишком все реалистично выглядело. Я бы даже сказал, что гипертрофированно реалистично. Погружение в реальность наиполнейшее. Но пока свою оценку держал при себе.
- Вы что-то чувствовали, молодой человек? - участливо спросил Лифшиц.
- Понимаю так, что вас прежде интересует моя та самая чуйка?
- Очень таки верно...
- Четырежды звенела. Когда Бочкарева пуляла по танку из винтовки. Не будь я за броней, то убила бы. Кстати, броня той машины метров с десяти из Мосинки пробивается на раз.
- Очень любопытно... Лева! Возвращаю молодого человека тебе. Кажется все получилось! - и Лифшиц довольно потер свои руки, показывая, что нечто ими задуманное удалось в полной мере.
- Прикольно... Без меня меня типа женили и в эксперимент запихали... - возмутился я - Рассказывайте уже, что ли!
- Твое участие в этой проверке будет оплачено. Сто тысяч. - тут он поднес рацию к рту, нажал клавишу и - Жанна! Сотню переведи Толстову.
- Приняла, выполняю. - был ответ и мне показалось, что в голосе Жанны Антоновны прозвучали радостные нотки.
- Пойдём в кафешку, обсудим. - и тут же добавил увидев мое легкое удивление - В нашу внутреннюю кафешку. Тут все свое. Кстати, кофе там варят хороший.
- Пойдёмте, да...
И мы вышли из этой танковой лаборатории. Еще не успели дойти до первого поста, на котором нас опять проверили, мобила пропиликала уведомлением. Заинтересовавшись вытащил ее и "Перевод от ООО "ВТР" 100000 рублей". Нормально! Если перевести на положенные по КЗОТ рабочие дни, то получается зарплата даже не десять, а больше двадцати миллионов в месяц. Если каждый день да по соточке... Эх, кармелиточки мои шаловливые-е-е... Как люблю я вас, как боюсь я вас, ночи черные, ночи страстные... Полосин заметил мой интерес к мобильнику после пиликания уведомления и пояснил..
- Эта сотня не в счет зарплаты. А зарплату мы с тобой еще обсудим.
  
- Хорошо... - кивнул я в ответ, уже понимая, что на двух с половиной лямах вопрос не застынет.
Дошли до кафетерия. Уютненько все, легкая музычка, приглушенный свет. Кроме бармена в нем был какой-то полковник, который кивнул Полосину головой мол "Здрасти". Все свои, значит, на короткой ноге. Тот ответил так же. Потом генерал-майор подошел к стойке и обернувшись спросил меня...