Пустые обещания (ЛП)

— Доброе утро, — прощебетала Капри, и я не могла понять, почему она ведёт себя так фальшиво.
— Доброе утро, — мама улыбнулась, глядя на нас.
— Эй, — я схватила две тарелки и начала наполнять их беконом, яйцами и фруктовым салатом, пока Капри приносила нам кофе.
— Когда ты подстриглась, Пэйтон? — Мама посмотрела на меня в шоке и отпила кофе. Я знала, что она хотела сказать больше, но держала это при себе перед Капри и Натаниэлем.
  
— Вчера вечером. Мне нужно было что-то изменить. — Я кивнула и села как можно дальше от них.
Капри села рядом со мной и начала поглощать еду. Я смотрела на нее и желала, чтобы я снова могла так есть. Мой желудок даже не урчал больше. Он знал так же хорошо, как и я, что сегодня не получит много питательных веществ. Было чертовски неловко сидеть за столом всем вместе.
— Вы прекрасно выглядите. — Мама посмотрела на Капри и на меня. — Вы двое хотите пойти и заняться чем-нибудь девчачьим? Может, маникюром и педикюром?
— Нет, спасибо, мам. Я не думаю, что смогу с этим справиться, — честно сказала я. Я уставилась в свою тарелку с едой и хотела, чтобы она исчезла. Мне было жаль, что я такая капризная стерва, но я едва могла функционировать в хороший день. Нахождение рядом с чрезмерно счастливыми и позитивными людьми сводило меня с ума.
— Где ты была вчера вечером? — Я почувствовала на себе ее взгляд.
Прежде чем я успела заговорить, Натаниэль прервал наш разговор.
— Я попросил Пэйтон помочь мальчикам с кое-чем, и это затянулось до поздней ночи.
Я уставилась на него с недоверием, а потом меня осенило. Он знал, какое задание мне поручили вчера вечером, и вот он заметает следы. Почему его не было в лодочном домике вместе с остальными?
— То, что сказал Натаниэль. — Я согласилась.
Капри пнула меня под столом и прочистила горло.
— Ну что, пап, мы с Пэйтон получим билеты на карнавал, или я уже не слишком мала, чтобы их пропустить?
Глаза Натаниэля не отрывались от меня, и я задавалась вопросом, в чем его дело.
— Абсолютно. Вы обе можете идти. — Он кивнул и вернулся к своему кофе.
— Дорогая, как проходят твои сеансы с доктором Кейном? — Мама слегка наклонила голову, наблюдая за мной.
Мы отдалились друг от друга за последние пару недель, и это меня чертовски расстроило. Я не знала, как выбраться из своей хандры и вернуться к прежней себе. Я просто дрейфовала от одного к другому. Я существовала в подвешенном состоянии между физичесой болью, душевной болью и реальной жизнью.
— Это было тяжело. Но я в порядке. Я просто не знаю, помогает ли это. — Я размазывала яйца по тарелке. Я еще ничего не откусила, и уверена, что мама это заметила.
Она посмотрела на меня с отчаянием, и какая-то часть меня хотела, чтобы она не смотрела на меня таким образом.
— Если хочешь остановиться на некоторое время, это нормально. Дай мне знать. — Ее брови нахмурились, она встала и выбросила еду в мусорное ведро, прежде чем уйти наверх.
— Пэйтон, — голос Натаниэля был спокоен. — У нас есть специальная команда врачей, если тебе когда-нибудь понадобится дополнительная помощь. Тебе можно обратиться за помощью.
— О, хорошо. Спасибо, — я удивленно посмотрела на него.
— Ты не одинока в этом. Я не хочу видеть, как ты ломаешься. — Он слегка кивнул, прежде чем взять свой кофе и пойти за моей мамой наверх.
— Это было странно.
— Мне пришлось поговорить с ними, пока я была в Швейцарии. Я потерялась, потому что оставила тебя одну и потому что меня обещали кому-то из Братства, — выпалила Капри.
— Я до сих пор не могу понять эту семейную организацию. Столько секретности и неизвестной ерунды, а нам приходится подчиняться всем их прихотям. — Я отхлебнула кофе.
— Я всегда знала, что что-то происходит, пока росла. Но я никогда не могла понять, что именно. Папа всегда был в отъезде, и Колтон присоединился к нему в выпускном классе. Меня всегда оставляли здесь с няней, пока вы с мамой не переехали. Все, что я знаю, это то, что у моего папы и отцов других парней, похоже, есть друзья в высоких кругах.
— Я думаю, твой отец и другие - это верхушка, насколько я могу судить, — сказала я. — Что они там с тобой сделали?
— Блядь. Не знаю, могу ли я тебе рассказать. Эта секретность так обременительна. — Она обхватила голову руками. — Они связали меня и заткнули рот кляпом. Потом бросили в фургон и повезли черт знает куда, чтобы какой-то псих приставил пистолет к моей голове, пока я не поклянусь подчиняться и служить тому, кому я обещана.
— Ты что, издеваешься? Тебе, наверное, было очень страшно.
— Я плакала как сучка и думала, что умру. Они немного поколотили меня, видимо, чтобы закалить, а потом заставили произнести клятвы. И вот мы здесь. — Капри фальшиво рассмеялась и засунула в рот кусок бекона.
— Если мы выйдем из этого целыми и невредимыми, это будет чудо. — Я обняла ее за плечи и притянула к себе.
— Итак, что ты должна была делать вчера вечером, когда тебя вызвали? — Она посмотрела на меня.
Я вздохнула и попыталась найти нужные слова, не говоря ничего, что могло бы меня обвинить.
— Я была тем психом с пистолетом прошлой ночью. Это все, что я могу сказать. — Я пыталась почувствовать что-то по поводу того, что застрелила Стасс, но все, что я почувствовала, было облегчение от того, что мне больше никогда не придется видеть ее чертовски раздражающее лицо.
Глаза Капри вылезли из орбит.
— Боже мой, Пэйтон.
— Это один из способов сказать это. — Я встала, соскребла еду в мусорное ведро, сполоснула тарелку и поставила ее в посудомоечную машину. — У тебя есть какие-нибудь задания, которые нужно закончить?
— Нет, все готово. Слава богу, — Капри отправила последний кусок бекона в рот, прежде чем сполоснуть тарелку.
Я забрала у нее тарелку и столовые приборы и положила их в посудомоечную машину.
— Хочешь смотреть фильмы все выходные? Мне нужно ничего не делать некоторое время.
— Да, пожалуйста. Я могу спать целую неделю. — Она взяла меня под руку, и мы направились в кинозал.
  
ГЛАВА 13
 
Тайлер
Мы сидели в зале заседаний в Boat House и ждали, когда наши могучие отцы почтут нас своим присутствием. Сегодня мои мысли были не об этом. Мне было наплевать, что они нам скажут или каковы их планы. Все это превращалось в запутанный беспорядок, конечная цель давно забыта.
— Итак, вы оба трахали ее вчера вечером? — Стил затянулся сигаретой и выдохнул мне в лицо.
— Отвали. Я сегодня не собираюсь заниматься твоим дерьмом.
Он выбросил вперед руку и ткнул меня в разбитый глаз.
— Она сопротивлялась?
Я отшатнулся от него и попытался игнорировать, насколько мог. Он был чертовски раздражающим в лучшие времена, но в последнее время он действовал всем на нервы.
Он снова ткнул меня в глаз, и я сорвался. Я схватил его за руку и вывернул ее, когда вскочил со стула. Я знал, что он не сопротивлялся. Мы были равными, и он сидел там и позволял мне причинять ему боль.
— Отвали, чувак. Вытащи голову из задницы. — Я толкнул его руку в его сторону и пошел и сел на другом конце стола.
— Тебя отправят обратно в лагерь, придурок. — Хоук открыл бутылку с водой и сделал большой глоток.
  
Колтон вошел в зал заседаний и выглядел так, будто хотел кого-то убить. Он захлопнул за собой дверь и сел рядом со Стилом.
— Только мы. Они слишком важны для такой мелочи, как эта, очевидно. — Колтон откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок.
— Что за фигня происходит? — Я наклонился вперед и положил локти на стол. Я был рад, что мне не придется встречаться с отцом после вчерашней ночи. Его постоянные мучения начали влиять на меня, и как бы я ни пытался их скрыть, они терзали мою голову. Я не понимал его ненависти ко мне. Я был его сыном. Его плотью и кровью. С другой стороны, его история избавления от людей, которых он считал недостойными, была бесконечной.