Удали меня из памяти (СИ)
— Нет, дорогой. Только не Лиза и только не с Алексеем.
— Да брось. Кто бы мог подумать, что я женюсь на забитой девочке — заучке?!
— Кто я? Ах ты …
Кирилл не дал договорить, взял на руки, поцеловал и понёс к машине.
Лимузин тронулся, захлопали пробки, под выкрики и смех наливалось и разливалось шампанское. Алёна выждала момент, когда никто не обращал на них внимания, и таинственно прошептала Кириллу на ухо:
— Муж, у меня для тебя свадебный подарок.
— У меня тоже, но давай дождемся окончания этого безумного дня.
— Я не могу больше ждать. Меня распирает.
— Алён, мы здесь не одни.
— Ну и что?! Никто не смотрит.
С примирительной улыбкой Кирилл осмотрел Алёну с ног до головы.
— Где он? В руках ничего нет. Он под юбкой?
— Он здесь, — девушка приложила ладонь к животу и медленно подняла глаза на своего мужа, тот, растеряв всё веселье, ошарашенно смотрел на свадебный маникюр.
— Где здесь?
— Ну какой же ты иногда тугой, Руднев, — не выдержав она рассмеялась.
Его ладонь накрыла тонкие, подрагивающие от волнения пальчики.
— У нас будет ребёнок???
— Тадам! — Алёна прикоснулась губами к щеке и еле слышно шепнула:
— У нас будет кареглазая девочка.
— Ну нет, — после минутного замешательства Кир тряхнул головой и отстранённо произнёс, — первым должен быть сын! И так будет!
— Как скажешь, любимый. Только я не пойму, ты рад?
— Да … Нет … Не знаю. Я не готов, — перебирал он варианты под испытующим взглядом. — А он точно мой?
Букет невесты приземлился на макушку и разложил все мысли по полочкам.
— Всё! Всё! Я очень рад! — улыбнувшись, он наклонился и поцеловал живот. — Только дай немного привыкнуть.
Только сейчас они поняли, что в салоне стоит гробовая тишина, не считая музыки. Глядя на них, все застыли с бокалами в руках. Первой опомнилась Алина.
— Вот это поворот! Ну поздравляем что ли?! — неуверенно произнесла она, вцепившись глазами в не менее ошарашенную Лизу, готовую вот-вот разреветься.
— Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! — скандировали радостные попутчики.
— Руд, ты молоток! Муж и отец в один день.
— Сам в шоке. Наливай, Лёх, за это надо много выпить!
— Спасибо тебе за всё, жена, — Кирилл вытянул из глубоких раздумий поцелуем.
— И тебе. Ты сделал меня самой счастливой.
— Тогда почему грустишь? О чём так серьезно задумалась?
— Мне не даёт покоя один вопрос, — она пробежалась глазами по его белому воротничку, торчащему из-под пиджака.
— Какой?
— Я должна буду гладить тебе рубашки?
Смех Кирилла заглушил музыку и бурные обсуждения в салоне.
— Ну что?
— Что ты смеёшься?
— Подожди, не смейся.
— Всё, я молчу …
— Я не умею гладить вещи. Теперь ржи на здоровье!
Конец