После развода. Ты меня потерял навсегда

– А что со мной? Где я буду жить на каникулах?
– У меня. Ты всегда будешь дома у меня.
– А папа?
– С папой ты тоже можешь видеться, когда захочешь.
Я не говорю ему, что у папы теперь другая семья. Что у него есть сводная сестра. Пусть Саша сам найдет слова, если хватит совести.
– Мам, ты плачешь?
– Немного. Но все будет хорошо. Я обещаю.
– Хочешь, я приеду?
– Не надо, у тебя учеба. Я справлюсь.
  
– Мама, я тебя люблю.
– И я тебя, мой хороший.
Отключаюсь и понимаю: я солгала. Максиму, и себе. Ничего не будет хорошо. Я не знаю, как справляться с этой болью. В одиннадцать вечера звонит Сима. Моя единственная близкая подруга, которая прошла через развод три года назад.
– Вика, что случилось? Что с голосом, ты плачешь?
Я рассказываю все. Про тест ДНК, про Карину и Соню, про жестокие слова Саши в парке. Сима слушает молча, только изредка ахает.
– Сука он, – резюмирует она, когда я заканчиваю. – Конченная сука. Как он мог такое говорить? Вот же скотина!
– А вдруг он прав? – всхлипываю я. – Вдруг я действительно стала непривлекательной? Неинтересной?
– Ты что, с ума сошла? – Сима почти кричит. – Викуша, он это говорил, чтобы тебя добить! Чтобы переложить вину с себя на тебя!
– Но что-то же его оттолкнуло…
– Его ничего не оттолкнуло! Просто появился новый объект для охоты. Мужчины как дети – увидели новую игрушку и забыли про старую.
– Новая игрушка родила ему дочь…
– И что? Это делает его поступок лучше? Вика, он предатель. Он обманул тебя, сына, даже эту Карину обманул небось.
– Почему Карину?
– Да потому что наверняка обещал ей развестись и жениться. А вместо этого шесть лет водил за нос и тебя, и ее.
В словах Симы есть смысл. Но легче от этого не становится.
– Сим, а что если я больше никому не буду нужна? Кому нужна разведенка в сорок четыре года?
– Прекрати! Тебе сорок четыре, а не семьдесят четыре! Ты красивая, умная, успешная женщина. У тебя вся жизнь впереди.
– Но…
– Сейчас приеду.
– Не надо, поздно уже…
– Еду. Будешь дуреть в одиночестве – натворишь глупостей.
Сима приезжает через час с бутылкой хорошего вина и пакетом мороженого.
– Классический набор для переживания разводов, – объясняет она.
Мы сидим на кухне, пьем вино, и я плачу. Рассказываю подруге о том, как больно слышать правду о себе. О том, что двадцать лет оказались пустышкой. О том, что не знаю, кто я теперь – если не жена Саши.
– А кем ты была до него? – спрашивает Лена.
– Молодой дурочкой, которая думала, что любовь навсегда.
– Нет. Ты была талантливой студенткой дизайнерского факультета. Помнишь, как преподаватели хвалили твои проекты?
– Это было так давно…
– И что? Талант никуда не делся. Ты прекрасный дизайнер, у тебя куча клиентов. Ты самостоятельная, успешная женщина.
– Которую бросил муж ради молодой любовницы.
– Которая освободилась от мужа-лжеца и получила шанс на настоящее счастье.
Настоящее счастье? После сегодняшнего дня в это верится с трудом.
– Сим, а ты не думала… ну, покончить с собой? Когда разводилась?
Подруга ставит бокал и смотрит на меня серьезно:
– Думала. Одну ночь сидела с пачкой таблеток и думала, а зачем жить дальше? А потом поняла, нахрен ему такая победа. Чтобы он гулял на моих поминках с новой сучкой?
– А если больше не будет никого?
– Будет. Но даже если не будет – ты все равно лучше, чем когда была с этим говнюком. По крайней мере, больше никто не будет тебе врать и унижать.
Мы разговариваем до утра. Сима рассказывает, как она восстанавливалась после развода. Как училась жить одна, как строила карьеру, как нашла себя.
– Знаешь, что самое важное? – говорит она под утро. – Не мстить. Не опускаться до его уровня. Просто жить лучше, чем с ним. Это лучшая месть.
– А как жить лучше, если чувствуешь себя выжатым лимоном?
– По чуть-чуть. День за днем. Сначала просто вставать с кровати. Потом завтракать. Потом работать. А через год оглянешься и поймешь, что ты стала другим человеком. Сильнее и счастливее.
Утром Сима уезжает на работу, а я остаюсь одна. Первое утро моей новой жизни. Жизни без лжи, но и без иллюзий. Иду в ванную, смотрю на себя в зеркало. Опухшие от слез глаза, взъерошенные волосы. Не развалина, но и не красавица.
– Ничего, – говорю своему отражению. – Начнем заново. С завтрашнего дня начнем новую жизнь.
Именно с завтрашнего дня. Потому что сегодня я еще слишком разбита, чтобы что-то менять. Сегодня просто переживу.
А завтра… завтра посмотрим.
 
ГЛАВА 5. ВОЙНА ЗА ДОСТОИНСТВО
 
Утром просыпаюсь с чувством, будто меня переехал грузовик. Голова раскалывается, глаза опухшие, во рту привкус горечи. Но есть и что-то еще – злость. Чистая, яркая злость, которая жжет изнутри.
Саша думает, что сломал меня вчерашними словами. Что я буду рыдать и умолять о прощении. Он ошибается. Первым делом звоню адвокату. Ольга Васильевна специализируется на разводах и знает свое дело, назначаем встречу.
– Расскажите все по порядку, – говорит она, включая диктофон.
Рассказываю. Про измену, про вторую семью, про то, что Саша имеет пятилетнюю дочь. Ольга Васильевна записывает, периодически кивает.
– Понятно. Имущество какое?
– Квартира в совместной собственности. Дом тоже в совместной. Машина на нем. У меня своя студия – в аренде. Сбережения около миллиона рублей пополам.
– А кто больше зарабатывает?
– Последние годы примерно одинаково. Он архитектор, у меня дизайнерская студия.
– Дети?
– Сын девятнадцать лет, учится в Лондоне. Официально проживает с нами, но фактически самостоятельный.
Ольга Васильевна записывает, потом снимает очки и смотрит на меня внимательно.
– Ваши шансы хорошие. Измена, сокрытие доходов, это в вашу пользу. Можете претендовать на большую часть имущества.
– А он может что-то требовать?
– Может. И наверняка будет. Готовьтесь к тому, что он попробует обвинить вас в чем угодно: от алкоголизма до супружеской неверности.
В тот же день Саша звонит. Голос деловой, холодный.
– Вика, я говорил с адвокатом. Мне сказали, что ты подала на развод.
– А ты на что рассчитывал?
– Думал, остынешь, подумаешь здраво. Ну ладно. Давай решим все цивилизованно.
– Я на это надеюсь.
– Тогда слушай мои условия. Квартиру продаем, делим пополам. Дом оставляешь мне – она мне нужнее. Машину забираю я. Из сбережений тебе половина.
Условия наглые, но это еще не все.
– И еще. Я претендую на долю в твоей студии.
– Что?!
– Студия развивалась благодаря моим связям. Половина твоих клиентов, это мои знакомые. Это мой вклад в твой бизнес.
– Саша, ты что, охренел? Студия полностью моя!
– Нет, дорогая. Я тебя морально поддерживал, помогал советами, знакомил с людьми. Без меня твоя карьера не состоялась бы.
У меня перехватывает дыхание от наглости. Студия, которую я создавала своими руками, работая по четырнадцать часов в сутки, это его заслуга?
– Ты больной?
– Я реалист. И еще – я требую компенсацию за то, что содержал тебя последние двадцать лет.
– Содержал меня? Я работала наравне с тобой!
– Работала, но на моей базе. На моих связях. Пора возвращать долги.
Сбрасываю звонок, не выдержав его наглости, звоню адвокату.
– Готовьтесь к войне, – говорит она после того, как я пересказываю разговор. – Он будет биться за каждый рубль. И попытается вас морально сломать.
– Но ведь его требования абсурдны?
– Абсурдны, но в суде всякое бывает. Нужно собирать документы, доказывающие, что студия, это исключительно ваша заслуга.
Следующие дни я провожу в архивах. Достаю все договоры, счета, документы о регистрации студии. Звоню клиентам, прошу подтвердить письменно, откуда они обо мне узнали. Большинство – из сарафанного радио, по рекомендациям других клиентов. Никакого участия Саши.