Губительный обман
Вечер плавно перетек в ночь, а пара бокалов – в семь. И вот уже мы, успешно сорвав себе голосовые связки от выкрикиваний любимых песен, хихикали на заднем сидении машины, обсуждая хмурого и серьёзного Лиама. В дороге у нас завязалась шутливая потасовка дамскими сумочками и Рия неожиданно вытащила из своей пачку мармеладных мишек, крайне меня удивив. Мы решили их поделить, но она отчаянно не желала отдавать мне зелёных, торжественно обещав выкинуть их в окно.
Мы смеялись, вспоминая, как в детстве Рия терпеть не могла зелёный цвет из-за того, что Алекс искупал её как-то раз в зелёнке и сказал, что теперь она фея. Вот только феей она не выглядела от слова совсем, и мы все сошлись на мнении, что ближе всего она походила на Шрека. Родителям такая шалость Алекса сильно не понравилась и его наказали, а Рия получила новую причину ненавидеть зелёных мишек, ведь её целый месяц дразнили на улице и в школе.
Но всех зеленых мармеладных медведей я все равно съела прежде, чем заботливый Лиам довел нас с Рией до наших постелей в номере – ехать в свою виллу Рия наотрез отказалась. Сам же телохранитель перестал нам казаться хмурым и холодным стоило нам рухнуть ничком на матрасы, снимая туфли и размазывая по щекам тушь.
Не прошло и нескольких минут, как мы забылись сладким сном, чтобы уже утром столкнуться с последствиями уж слишком весёлого вечера. Благо, забронированный Лиамом отель оказался просто умопомрачительным, и нам сразу предложили спа-процедуры, после которых грех было не обновить маникюр.
– Перестань быть ханджой и наслаждайся отдыхом, – буркнула Рия, сидя в маске для лица и в банном халате, пока мастера в четыре пары рук делали ей педикюр и маникюр. – Если ты снова будешь бурчать за то, что мне не стоит тратить на тебя мои скромный безнал на карточке – я попрошу принести самый дорогой торт из ресторана этого отеля и швырну тебе его в лицо.
– Сказала та, что сидит в маске для лица, которая похожа на остатки того самого бедного торта, которым ты меня сейчас запугиваешь, – я поморщилась, когда вторая команда специалистов по маникюру, занятых мною, отодвинула кутикулу на пальцах чуть больнее, чем обычно.
– Кстати о торте, – задумалась Рия. – Хочу клубничный на завтрак.
– Уже не блюдёшь фигуру?
– Да кому она нужна, тем более, после месячной голодовки на равиоли!
– Прости, но я не могу поверить, что тебя могли заставить есть высокоуглеводный рис.
– Давай вспомним, как Фабио всего за пять минут уговорил тебя прыгнуть бомбочкой в бассейн. А у него я напомню две старшие сестры, три племянника, четыре двоюродных брата, родители, две бабушки и два дедушки, и это, ещё не считая кучи дядь и тёть, зятей и невесток. Ты правда полагаешь, что такая нежная леди, как я, смогла выдержать напор целой итальянской семьи?
Невинно хлопая ресницами, Рия и правда сейчас выглядела как нежное создание. Но я-то знала на что она способна. И при желании со своим русским характером, передавшимся с молоком матери, Рия могла сама выстроить по струнке всю семью Риччи. И плевать на то, что Габриэле, отца Фабио, мы все дружно опасались еще с самого детства – настолько суровым нам казался этот чистокровный итальянец.
– Я не верю в то, что семья Фабио питается исключительно равиоли, – откинув голову на высокую спинку специального кресла сказала я.
Мы опять ходили по острой теме Италии, и я не могла понять, что меня смущало.
– Разумеется нет. В их меню входят ризотто, прошутто, феттучини, минестроне и огромное количество брускетт. И все это запивается огромным количеством Бароло 8, а ты знаешь – я не люблю сухое!
Да, Рия всегда любила полусладкое, а не сухое вино. И отдавала предпочтение белому.
– Неужели Фабио, как своей гостье, не предложил тебе Асти 9?
Рия забавно поморщила под маской носик.
– Как же. Ты же знаешь, он скорее будет смотреть, как я давлюсь этой кислятиной, чем даст мне выпить что-то вкусное. Ты же помнишь, как он уверил меня, что нужно есть только соленый попкорн, так как весь остальной сладкий делают из муравьев?
Я заливисто рассмеялась, вспоминая, как мне пришлось развеивать этот миф для Рии когда она с ужасом призналась мне об этом в шестнадцать лет. А карамельный попкорн к тому моменту она с нами не ела десять лет, постоянно беря вместе с Фабио соленый.
– Он так сделал только из-за того, что вы вечно друг друга изводили, – хихикнула я. – Из вредности.
– А я правда думала, что мы едите прожаренных раздутых муравьев, – пожала плечами Рия. – Так что поверь мне, как я тогда поверила этому итальяшке, что едят они слишком много, но в абсолютно гробовом молчании. На кладбище веселее, чем у них дома, вот правда!
В этом-то я не сомневалась. Я лишь однажды была в их Нью-Йоркской квартире и те воспоминания до сих пор хранились в моей памяти отнюдь не как хорошие. Родители Фабио холодно относились как к своим, так и чужим детям. И я не представляла, как можно вырасти любящим сыном в такой обстановке, где тебе и ласкового слова за всю жизнь не скажут.
А я точно знала, что дела в его семье обстояли именно, потому что была знакома Фабио Риччи с детства: и ведь с самого юного возраста они с Рией собачились и постоянно враждовали. Сейчас же она говорила о нем довольно дружелюбно, что уже вызывало сомнения на счет истинного положения дел в её нахождение в Италии.
– А что Алекс не поехал вместо тебя? – озвучила свои мысли я. – Он лучший друг Фабио и наследник вашего отца. Почему отправили тебя?
– Да так, – сразу замкнулась Рия. Её голубые глаза забегали, когда она поджала губы. – У него были дела. Пришлось ехать мне.
– Все удалось?
– Что удалось? – не поняла подруга.
Рия точно что-то скрывала.
– Как что. Цель поездки, – подсказала ей я, внимательно следя за реакцией Рии.
– А-а-а, – протянула она. – Да, конечно. Все удалось.
И я не верила ни единому слову.
Придется позже выяснить в чем дело, ведь сейчас она точно не расколется. Может они с Фабио наконец забыли свои детские обиды и сплотились ради общего дела? Хотя что такого мог поручить Ияд Уоллес своей дочери, не разбирающейся в экономике?
Наверное хотел, чтобы они с Фабио перестали соперничать, поэтому дал ей какое-то несложное задание. Так как за долгие годы даже меня утомила их вечная борьба за внимание в нашей компании. Этакая «Игра престолов», в которой Рия старалась занять позицию Дейенерис и подчинить себе Фабио, доказав, что тоже чего-то стоит. Вот только зачем – для меня это оставалось загадкой.
Вот честно, всегда глядя еще с малых лет на Фабио я чувствовала исходящую от него опасность. И ни за что бы не стала его сильно злить, чего не скажешь о Рии. Та выводила его до чертиков в глазах, при этом всегда ходя по тонкому льду. Но между ними и существовала связь, которую они оба так отчаянно не признавали.
Фабио всегда наблюдал за Рией. А она, равно как и сейчас, словно своевольная кошка делала все, что ей заблагорассудится.
– Значит, теперь ты тоже ведешь дела? – уточнила я у Рии.
– Что? Нет, господь упаси! Всем продолжает заниматься Алекс как старший из нас. Мое дело – скрашивать скучные мероприятия и блистать своей красотой.
– Семья Риччи точно оценила твою красоту, – кивнула я, говоря чистую правду.
– Еще бы, – как-то странно на меня взглянула подруга, когда одна из обслуживающих нас девушек сняла с ее лица маску. – Для всех южан светлая кожа и светлые волосы – как красная тряпка для быка. Они готовы восхищаться тобой только потому, что ты отличаешься от их знойных женщин!
– Значит, Фабио теперь тобой восхищается?
– Разумеется, – фыркнула она и я поняла – больше эту тему сегодня бередить не стоит.
Я поерзала на кресле, разминая затекшие плечи и надеясь, что скоро мы закончим с маникюром и педикюром. Да, сидели мы здесь и не особо долго, но все-таки уже хотелось, чтобы все процедуры такого плана быстрее доделали.