С Чувством...

– Они очень вкусные, свежий и нежный крем. Я сегодня их уже ел. Бери, не пожалеешь.
– Ты торговый агент?
Марк усмехается и заказывает четыре корзинки. Продавщица щипцами укладывает их в пластмассовый контейнер. Он расплачивается и протягивает их мне.
– Прими их с моим глубоким раскаянием.
Гордость и буйство нрава требует мне размазать пирожное по его физиономии, но я сглатываю это желание, руки сами тянутся. Я принимаю контейнер и смотрю на тортик. Марк прослеживает за моим взглядом, и вскоре я выхожу из кондитерской с двумя пакетами вкусняшек. Странное ощущение легкости.
– Тебя подвезти?
Я хмурюсь и замечаю через дорогу Раинера с девушкой. Я глотаю слова: «нет, не нужно я сама…». Опять эта боль растекается по руке и пробивает палец. В груди разгорается пожар. А я почти хотела его простить, еще думала, ему сегодня ответить. Двуличный мерзавец. Он не видит меня, девушка повисает у него на шее, черные волосы густой волной струятся по ее спине. Он обнимает ее за талию и поднимает голову.
– А почему бы и нет, – отвечаю я с натянутой улыбкой.
Марк опускает руку на поясницу и осторожно подталкивает к мерседесу. Он открывает для меня дверь, я бросаю короткий взгляд в сторону Раинера. Я успеваю заметить, как он спешит к машине. Я сажусь в салон, Марк прыгает за руль. В его машине пахнет ванилью с коньяком. Странное сочетание. Он резко срывает автомобиль с места. Я вскрикиваю от неожиданности и рукой ищу ремень.
– Мне еще нужно в аптеку.
– Без проблем. А ты что болеешь?
– Нет, уже выздоровела.
– Да? Что-то серьезное?
– Нет, обычная простуда.
– Ты меня прости за прошлые ошибки. Я был тогда пьян. Извини, трезвый я бы никогда, ну ты понимаешь.
– Нет, не понимаю и если я тебя простила, это еще ничего не значит. Останови у ближайшей аптеки.
Он тормозит.
– Покупки можешь оставить в машине, я тебя подожду.
Я пожимаю плечами и выхожу из машины. Крайним зрением я подмечаю красный Порш паркующийся в стороне. Вот негодяй. Что за игры? Я покупаю лекарства, те, что на меня потратили девочки и возвращаюсь в машину к Марку. Боже, к Марку. Что на меня нашло? Как я могу его простить? Что-то я совсем расклеилась. Красного Порша нигде не видно. Я сажусь в мерседес и диктую адрес. Пусть везет до самого дома. Я не враг своему здоровью и больше не позволю гордыне вмешаться.
– Как дела на учебе?
Я с подозрением скашиваю глаза на Марка.
– Тебе ли не все равно?
– Ты всегда такая грубая?
– Нет. Я перестаю доверять человеку, если однажды он дал усомниться в себе. А таких, как ты нахалов я не уважаю.
– Ого. Это обидно. Впервые мне говорят, что-то подобное, да еще с такой уверенностью и холодностью. А ты смелая девушка. И ты никогда не меняешь свое мнение?
– Это бывает очень редко.
– Если бы ты мне дала шанс, то узнала, что я не такой ублюдок.
– А мне это надо? Мне будет спокойно, если ты больше не приблизишься ко мне. Спасибо за пирожное, и за то, что подвозишь меня, но на большее не рассчитывай.
– Я просто в шоке.
Мы молчим до самого приезда. Он тормозит и тут же блокирует двери. Я с опаской гляжу на него.
– Дай мне свой номер.
– Что? Ты не слышал, что я тебе говорила?
– Слышал. Но я хочу твой номер.
– Зачем?! Чтобы уже завтра поднять меня на смех? Хер тебе. Открой дверь или я выбью стекло.
– Я хочу, чтобы ты мне верила, у меня самые благородные намерения.
– Нет, – рявкаю и сжимаю кулачки. – Стоит мне вспомнить, что ты затребовал в аудитории, мне хочется повторно влепить тебе пощечину. Никакой номер я тебе не дам.
– Черт, какая же ты упрямая. Я ведь это не на полном серьезе сказал.
– Тогда докажи. Разблокируй двери.
Я выжидающе заглядываю в его карие глаза. Он недобро смеется и, не спуская с меня взгляда, нажимает на кнопку. Двери щелкают.
– Хороший мальчик.
За дверью подъезда я галопом взлетаю в квартиру и подскакиваю к окну. Красный Порш проезжает мимо черного мерседеса. Марк уезжает. Ах вы, паразиты.
    
Глава 12
Вечером я заказываю пиццу. Мы начали с Колы, затем перешли на пиво и под конец, на коньяк припрятанный Жаклин на особый случай. Мы так оторвались, что я доползти до кровати не смогла.
Просыпаюсь с головной болью и тошнотой на полу у письменного стола. Минуту я пытаюсь собрать мысли в кучу, приподнимаюсь и вижу, что Жаклин храпит на моей кровати. Что вчера было, черт возьми? Я встаю, ощущаю собственный перегар и едва не блюю на пол, успеваю добежать до унитаза. Меня выворачивает наизнанку. Какой кошмар, я противна себе, но становится легче, в голове проясняется. Вроде все в порядке. Мы просто много выпили. И какого черта я так нажралась?
Я выхожу из туалета и гляжу на время. Твою мать я опаздываю, но лучше опоздать, чем прийти с такой вонью. Принимаю душ, мою волосы, смываю с себя усталость и помятость. Прохладная вода отлично бодрит. Я быстро одеваюсь, врубаю музыку, чтобы девочки проснулись.
– Какого хрена? – ворчит Ивет, выбираясь из своей комнаты. – Жаклин, мы опаздываем, поднимай зад…
Я душусь, зажевываю жвачку и сую ноги в туфли. По пути в университет я покупаю стаканчик кофе. Последнее время я сама не своя. Много отвлекаюсь, плохо сплю, болею, и вот до чего докатилась… Никогда ведь не пила крепких напитков. Сорвалась. Вчера на почве ревности при виде Раинера с девушкой, позволила Марку уговорить себя сесть в его машину. Я позволяю чувствам брать верх над здравым рассудком. Странно, вроде переходный возраст давно закончился, а я все мечусь из стороны в сторону и не знаю, что лучше для меня. Это все от нервов. Нужно больше отдавать внимания учебе, от нее зависит мое будущее, хотя сейчас так сложно угадать, что будет через десять-двадцать лет. Надеюсь, моя профессия не исчезнет к моим сорока годам.
Я выдыхаю, потираю шею и выгибаю позвоночник, все болит. И зачем я так много пила? Фу. Больше никогда.
Эмили смеется, когда я рассказываю про Марка и Раинера, а затем она выдает, что у Раинера ко мне такая же ревность, как и у меня.
В обед мы заходим в кафе и я проверяю за последнюю неделю анонимное приложение. Валентин кучу разной ерунды вылил мне на голову, вроде, как я не серьезная девушка. Идиот. Сам не знает, что говорит. От Раинера всего несколько сообщений.
Софи, прости меня за ложь и грубость. Я дурак.
Ничего себе. Он это признал.
Мне стоило быть с тобой искренним, как ты со мной.
Я ошибся в тебе и теперь страдаю. Но разве я был уверен, что ты меня не обманешь?