"Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
– Хрен знает, в какого бога верил Акуйя, но Горелый был православным, – пояснил он. – Нехорошо как-то его без креста оставлять.
Док, исповедовавший веру исключительно в науку, и Батя, вообще не знавший, причислять себя к атеистам или людям хоть как-то да верующим, одобрительно закивали. Командир напоследок выдал короткую прощальную речь. Едва не скатился в философские рассуждения об Аде и его схожести с миром, в котором они все оказались, но вовремя себя одёрнул.
Ночевать решили в уцелевших машинах – разрушенная крепость больше не могла служить защитой, поэтому выбор был сделан в сторону максимальной мобильности. Но предварительно Батя заставил обоих бойцов расстаться с требовавшими чистки АДС-ами, а взамен вручил им потрёпанные, но ухоженные АК-47 из запасов африканских ополченцев. Во-первых, для того, чтоб не тратить часы отдыха на обслуживание оружия – это можно будет сделать и завтра днём, при свете. А в-главных – из-за типа патрона. Калибр пять-сорок пять был не особо эффективен даже против тварей вроде моллюска или топтуна. А вот советская семёрка могла, в теории, причинить им пусть и немного, но больший ущерб. Батя ожидал, что бойцы, привыкшие к булл-папу, попробуют протестовать, но те молча выбрали себе по калашу, набили патронами магазины и рассовали боезапас по разгрузкам. Видимо, тоже пришли к выводу, что боеприпас более крупного калибра будет надёжнее.
Распределили дежурства – первое выпало Доку. И разбрелись по кабинам. Винт, как и ожидалось, залез в MRAP. Батя разместился за рулём MAN-а. Долго не мог заснуть. Сначала из-за мыслей о потере большей части отряда, который собирал с таким трудом. Потом – из-за многочисленных попыток проанализировать ситуацию, переиграть её и так, и эдак, придумать, как можно было бы спасти своих людей. Когда окончательно запутался и устал настолько, что уже не мог поднять веки, попытался улечься поудобнее, но под бок всё время попадали то ручник, то изгибы сидений. Так и промучился все положенные на сон три часа. Встал разбитый, глотнул пойла и сменил Дока.
Дежурство тоже прошло довольно мучительно – усталость решила взять своё в самое неудачное время. Реальность Батя воспринимал с трудом, потому что то и дело проваливался в поверхностный сон. А через секунду выныривал из него в страхе, что пропустил угрозу, и Дока с Винтом уже доедают какие-нибудь развитые твари.
Но всё было спокойно. Африканский лоскут и раньше не отличался большой посещаемостью, за исключением периода обновления. А теперь, видимо, твари и вовсе предпочитали обходить его стороной, чуя кровь брандашмыга.
Спустя ещё три часа проснулся Винт. Подсел к Бате.
– Хреново выглядишь, командир. Поспал хоть немного?
Батя отрицательно помотал головой.
– Я вот тоже часа два прокрутился. Всё думал о том, можно ли было сделать хоть что-то, чтоб парней спасти.
– И что надумал? – спокойным тоном поинтересовался Батя, хотя внутри у него всё замерло в ожидании ответа.
– Да ничего, – тряхнул головой боец. – Не по зубам нам был этот монстр. Не попадись нам на пути «свои» твари – хрен бы мы его одолели. И лежали бы сейчас там же, где Псих с Ромео. Подгнивали бы потихоньку. Кстати, командир, я всё спросить хотел? Почему брандашмыг, а не бармаглот?
Вопрос поставил Батю в тупик. Он, в общем-то, и сам не знал. Просто пришло на ум слово, да и всё. Почему? Наверное, потому, что появление этого существа само по себе было таким же абсурдом, как и придуманный Льюисом Кэрролом брандашмыг из книги «Анна в стране чудес».
– Бармаглот летать умел. А брандашмыг – нет, – наконец, нашёлся Батя.
– Опа! Летать? – удивился Винт и вздохнул. – А я очень плохо эту книгу помню. Наверное, только всякие странные названия и остались в памяти, вроде брандашмыга, бармаглота и этих... как их... мумзиков в мове... Бать, ты иди, отдохни хоть немного, а? Сомневаюсь, что за остаток ночи что-то произойдёт. Если кто из тварей приблизится – возьму под контроль.
Батя согласно кивнул, но с места не сдвинулся. Сон, одолевавший его во время дежурства, снова куда-то испарился.
Винт смерил командира долгим изучающим взглядом и ещё раз вздохнул. Так они и просидели вдвоём до утренних сумерек, когда к ним присоединился осунувшийся Док, которому тоже никак не спалось. Ничего не спрашивая, Винт протянул врачу флягу с пойлом.
Батя, посмотрев на это, встал и отправился к кузову MAN-а. Вернулся уже с бутылкой водки. Снова сел, откупорил бутылку.
– За парней.
Сделал большой глоток, занюхнул рукавом и протянул бутылку Винту. Тот тоже выпил и передал эстафету Доку.
Врач долго держал бутылку в руках, разглядывая прозрачное содержимое и этикетку с надписью «Лучшая на бруньках». А потом резко выдохнул, приложился к горлышку и ошарашил соратников тем, что разом выхлебал полбутылки.
– Будем жить, – утеревшись, констатировал он. – Всем, мля, назло. Бать, ты хотел восстановить «Сотню». Вот давай этим в ближайшее время и займёмся. Я, кажется, понял, куда нам могут пригодиться эти новые жемчужины.
Глава 23
За три дня до ожидаемого обновления Африки всё-таки пришлось выбраться на Троечку – хижину, приспособленную под склад продуктовых запасов, брандашмыг благополучно сравнял с сухой африканской землёй вместе с её содержимым. Вторая часть запасов находилась в уничтоженном MAN-е. В MRAP-е, разумеется, запас тоже был, но, скорее, дежурный.
Гружёный всем уцелевшим скарбом натовский тягач сразу отогнали на другой берег реки, к давно уже подготовленным огненным линиям. Обмазали со всех сторон грязью и обложили пучками травы. А сами загрузились в MRAP.
Основная нагрузка по обеспечению безопасной дороги вновь легла на Винта. После встречи со «своими» Док немного пошаманил над бойцом и прописал ему новый, усиленный режим приёма пойла и гороховки. Винт попытался было заикнуться о том, что просто надо как можно больше этих растворов употреблять, и всё, но Док смерил его таким убийственным взглядом, что боец тут же перестал умничать.
– Эксперт диванный, – недовольно проворчал взводный врач. – ПТУ-шник, мля. И тот троечник. А возомнил себя спецом по местной генной инженерии.
Батя, наблюдавший за процессом «обследования» и перепалкой, хмуро усмехнулся. Дар Дока был для него совершеннейшей загадкой. Как можно на полном серьёзе утверждать, что видишь какие-то там энергетические каналы, тут же с умным видом рассказывать о ДНК и его изменениях на фоне употребления субпродуктов местной фауны, каждый представитель которой был когда-то обыкновенным человеком?
«Впрочем, почему нет? – сам себя одёргивал Батя. – Вон, у каждого из нас по Дару имеется. Скажи мне кто раньше, что такое возможно – пальцем бы у виска покрутил. Вот это вот скептическое «раньше» из меня и лезет. Хотя сам ведь знаю – тут и не такое возможно».
– Док, а Док? – неожиданно даже для самого себя позвал Батя. – А давай мы тебя не врачом, а шаманом теперь будем звать?
– А его как? – кивнув в сторону Винта, не оценил шутку Док. – Кинологом, что ли?
Вопреки ожиданиям, Винт заулыбался.
– А что? Я не против. В точку прям, подумаешь, собаки тут рогатые и размером великоваты. Зато слушаются.
Док возвёл очи горе. А Винт продолжил развивать тему.
– А Батя у нас будет невидимкой. Да, командир? Нравится?
Батя не был готов к такому повороту. Но, заметив, как обиженно засопел Док, решил поддержать Винта.
– Пойдёт, разрешаю. Док, так что?
Врачу все эти странные наименования не нравились – это было понятно по его кислому лицу. Но после того, как даже Батя согласился называться невидимкой, отступать ему было уже некуда.
– Тогда уж не шаманом, а лекарем, – дёрнув носом, предложил Док свой вариант. – Никаких духов я вроде пока не вижу, да и мои знания всё-таки основаны на науке, что, в свою очередь, позволяет проводить аналогии между средневековым синонимом врача, но уж никак не ассоциируется с шаманизмом и прочими...
– Хорошо, лекарем, – хором расхохотались Винт и Батя, внутренне приготовившись к тому, что Док сейчас в лучших своих традициях зачитает им часовую лекцию о разнице между шаманом и лекарем.