"Фантастика 2026-39". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Был короткий морской путь, от Мацуры и Нагасаки до Пусана, где через Цусимский залив можно было пускать даже небольшие корабли. Однако потом эти грузы уже по суше на своем горбу нужно было перетащить через всю Корею, а потом и половину Маньчжурии, что потребовало бы от японцев невероятного напряжения. Поэтому большую часть снаряжения они старались везти по более длинному морскому пути, огибая почти весь Корейский полуостров, а потом заворачивая к Квантуну, где в порту Дальнем можно было погрузиться на захваченный отрезок русской железной дороги и уже по ней снабжать фронт.
Корабли для таких рейсов стоили уже в разы дороже, но сама доставка в итоге дешевела и становилась быстрее. Впрочем, тут тоже были свои сложности: не та ширина колеи, нехватка вагонов, ломающиеся паровозы, умирающие китайцы… Если летом еды еще хватало на всех, то сейчас пайки пришлось урезать, и больше всего это коснулось наемных рабочих, которым порой просто не хватало сил, чтобы пройти в лямке перед вагоном с утра и до вечера. Частично проблема решилась, когда японцы взяли Инкоу, откуда дорога по суше была самой короткой, но…
Общая проблема везде была одна и та же: снабжение японской армии зависело от моря, а сезон дождей должен был внести в регулярные поставки изрядную долю хаоса.
— Ваше превосходительство, — тихо спросил Чернов, закончив с сообщением от метеоразведки, — а как вы вообще догадались отслеживать погоду? Еще и с помощью этих барометров?
— Это не я, — сразу возразил я. — Моряки без этих приборов в море уже почти век не выходят!
— И все же, — не согласился Чернов. — Моряки — ладно, но почему другие этим самым прогнозом погоды раньше не занимались? Это же так просто, так очевидно.
— Наверно… — я задумался. — Раньше ведь кто подвозил войска по морю? Европейские державы. А кто против них сражался? Туземцы. То есть те, у кого просто не было достаточно знаний, чтобы попробовать использовать против врагов их такую очевидную слабость.
— Французы с англичанами сражались постоянно, и вроде все такие современные, а все равно не придумали, — Чернов не сдавался.
Однако продолжить спор у нас не получилось — в штабную палатку вместе с попытавшимся задержать ее Огинским влетела княжна Гагарина.
— Добрый вечер, вы прекрасно выглядите, — наверно, обычный я настолько растерялся, что ничего бы не сказал, но включились вбитые на подкорку местные рефлексы и ритуалы. Иногда они очень выручают, помогая подготовиться к совершенно любой ситуации.
— Спасибо, Вячеслав Григорьевич, вы тоже, — Гагарина поправила растрепавшиеся от быстрого бега волосы, а я невольно прошелся рукой на наждачке щетины.
Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга, а потом не выдержали и улыбнулись. Действительно, ритуальные разговоры — это сила. С другой стороны, если бы это был кто угодно другой, а не княжна, я бы не стал тратить время и попросил бы посторонних не мешаться, но… Татьяну я знаю слишком хорошо, и она бы точно не пришла просто так. Прикинув, что время до начала операции у меня еще есть, я уже сам попросил Чернова подкинуть углей в самовар и предложил девушке с Огинским чаю.
— Я по делу… — через пару минут, когда горячая кружка согрела пальцы княжны, и те потеряли свою мертвенную бледность, девушка, наконец, заговорила. — Вы не против, если я скажу это без посторонних? Хотя… — она тряхнула головой. — Это всех вас касается.
— Я слушаю.
— Великий князь Сергей Александрович уже завтра выскажет Линевичу просьбу начать большое наступление. Без промедления!
— Просьба, в которой нельзя отказать, — хмыкнул Огинский.
— Именно! — кивнула девушка. — Тем более когда его поддержат Алексеев и Витте.
— Значит, наместник и председатель кабинета министров, — Огинский бросил на меня быстрый взгляд и, получив ответный кивок, продолжил уже вслух. — Сергей Юльевич приехал сюда как сторонник мира, но на месте будто разом сменил свое мнение. Согласился оказывать любую поддержку лидерам партии войны за скромную долю в будущем пироге, вот только… По какой-то таинственной случайности все те военные инициативы, что он подает или подхватывает, ведут куда-то не туда. Вячеслав Григорьевич, вы уверены, что мы?..
Он замолчал, все-таки не решившись проговорить вслух про все наши планы.
— Он и эту идею с приказом о срочном наступлении тоже сам предложил! — встрепенулась княжна. — Значит, это ловушка?
— Не совсем ловушка, — кивнул я, — но точно способ доставить нам неприятности. К счастью, нам повезло…
Договорил фразу я уже про себя. Ведь повезло нам в том, что история изменилась. Ояма после потерь в Ляоянском сражении забрал часть артиллерии из-под Порт-Артура, и второй штурм, который должен был случиться в начале сентября, отложили. Если бы до него все же дошло, то тут и Линевич не поддержал бы мое желание выждать, подбирая лучший момент для атаки. А так не хотелось упускать этот козырь. Да, сезон штормов не остановит все японские поставки, но мне хватит и того, что они будут этого опасаться.
— Я не знаю, чем еще помочь, но, надеюсь, хотя бы эти несколько часов до утра помогут вам успеть подготовиться, — княжна отвела взгляд в сторону.
— Вы уже помогли! Даже больше, чем думаете, — я взял девушку за руку, потом посмотрел на Огинского. — Алексей Алексеевич вон не сказал, но на самом деле беспокоится, что инициатива Витте с атакой уж очень четко совпала с тем, что мы и сами хотели переходить к более активным действиям.
— И я повторю, — поручик нахмурился. — Ни одна инициатива Витте не принесла пользу армии. Так, если наши мысли совпали в этот раз, может, мы что-то не учли, где-то не доглядели?
— Или Сергей Юльевич, наоборот, учел наши планы, доглядел все, что можно и не нужно, и просто решил еще раз вовремя сменить сторону. Вы представьте, как все будет выглядеть со стороны уже через пару месяцев, когда детали начнут забываться… Мы сидели в обороне, ничего не менялось, потом эта его инициатива, и мы победно наступаем. И кто в итоге трус, а кто храбрец и благодетель? И плевать бы всем было, что это наступление готовилось все эти две недели!
— И все равно я считаю, что нужно пересчитать риски, — Огинский закусил удила.
— Я сказал… — начал было я, но сумел остановить поднявшуюся внутри ярость. — Вы правы, перепроверить все будет совсем не лишним, поэтому… Время у вас есть до пяти утра. Я же до самого конца буду ждать от вас новостей. Тех или иных.
— Честь имею, — сжав зубы, Огинский выскочил из штабной палатки. Я же потер лоб: не очень красиво получилось, но отменять операцию, к которой мы столько шли, из-за того, что кто-то не очень хороший человек, я не собирался.
* * *Княжна Гагарина с удивлением осознала, что впервые видит Вячеслава Григорьевича за работой. Ее не стали прогонять так поздно, предложили кровать в одной из офицерских палаток, но она попросила, чтобы ей позволили остаться, и теперь во все глаза следила за тем, как рождаются победы. И это оказалась совсем не та сказка, где рыцарь на белом коне скачет вперед, ему в спину бьют лучи восходящего солнца, а враги разбегаются либо падают на землю, сраженные меткими ударами копья.
В реальности Макаров с красными от недосыпа глазами сидел за столом и изучал сотни отчетов и столько же карт, на которых его штабисты готовили и отмечали детали будущих ударов.
— Вот схема южных окраин Чандапуцзы от Ванновского, — он закончил рассматривать очередную бумагу и поднял голову. — Передайте Шереметеву, чтобы его штурмовые отряды учитывали это при развертывании.
— Есть, — ближайший штабист что-то отметил у себя, потом подхватил схему и передал одному из адъютантов.
И снова только гул бьющихся сердец, шелест дыхания и стук работающих без перерыва телеграфных аппаратов. Татьяна несколько секунд сидела тихо, а потом приметила знакомое лицо. Адъютант Соловьев — он прошел через ее госпиталь всего несколько недель назад и вот вернулся на свое место вестового, на подхвате у полковника Лосьева.