"Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)

— Шурик, ты куда пропал, черт побери⁈
— Никуда не пропал. Просто чуток задержался, — ответил я и отпил горячий крепкий кофе.
— Чуток? Да я себе всю ночь места не находил! Ты же хотел вчера вернуться.
— Говорю же, задержался. Для ритуала подходила только полночь, вот и…
— Для какого такого ритуала⁈ Что ты снова натворил?
— Приеду, расскажу, — я допил кофе и сбросил звонок.
  
Ох уж этот старик Филатов. Всё-то ему расскажи. И ведь не отвертишься. Ну да ладно, расскажу ему о ведьме из статуэтки, но про проклятье ни слова.
Добрался до Москвы только к вечеру. Оказалось, что у нас на ужин приглашены Орловы: сам граф с женой и моя Лена. При них я не стал рассказывать о поездке. Зато обсудили исчезновение Щавелева.
— Даже не представлю, что с ним могло случится, — покачал головой Дима. — Самый безобидный человек из всех, что я знаю.
— Аптекари с лекарями тесно связаны, поэтому я бы не стал верить в его невиновность. Кто знает, может, он тоже приложил руку к тому, что происходило, и за это его убрали, — пожал плечами Сергей Орлов. — Меня интересует другое — что искали в его доме.
— С чего ты решил, что там что-то искали? — заинтересовался дед.
— Саша же говорил, что весь дом перевёрнут вверх дном. Щавелев бы не стал этого делать, ведь наверняка знает, что и где лежит. К этому приложили руки посторонние люди, и искали они что-то очень ценное или важное.
— Да что может быть ценного или важного у простого преподавателя? — усмехнулся старик Филатов и откинулся на спинку стула.
— Думаю, что в этом-то и таится отгадка его исчезновения.
Наступила тишина. В этом ключе на ситуацию никто не смотрел.
Чуть позже мы перешли в гостиную, где Лида, Настя и мать Лены сели раскладывать пасьянс, мужчины налили себе по крепкому напитку и расположились на мягких диванах, а мы с Леной подошли к окну.
— Куда ты уезжал? — спросил она, обнимая меня за талию.
— В Петрозаводск.
— И что ты там делал?
— Наведался в Кижи к ведьмакам.
Лена удивленно приподняла бровь, заглядывая мне в лицо. Пыталась выяснить, шучу я или нет.
— Ну же, рассказывай! — в нетерпении воскликнула она.
Рассказал ей всё что мог, но ни слова ни про ритуал, ни про проклятье.
— Покажи мне её… ведьминскую книгу, — шепотом попросила она.
— Она лежит в моей спальне. Поднимешься? — понизив голос, сказал я и улыбнулся.
— А как же. Я только об этом и мечтаю, — промурлыкала она.
Мы незаметно вышли из гостиной и поднялись на второй этаж. Из моей комнаты слышался какой-то глухой звук.
— Стой здесь, — велел я Лене, и медленно, чтобы не скрипнули паркетные доски, приблизился к комнате и приоткрыл дверь.
Это был Шустрик. Он яростно набрасывался на статуэтку лошади, которую я неосмотрительно оставил на тумбочке, а не спрятал в шкаф.
— Прекрати! — повысил я голос, когда Шустрик в очередной раз занёс хвост для удара.
Зверёк вздрогнул от неожиданности и защебетал.
— Знаю-знаю, лошадь тебе не нравится, но так ты ничего не добьёшься. Я надеюсь, что скоро она перестанет раздражать тебя, — я убрал фигурку в шкаф и взял зверька на руки.
В это время в комнату заглянула Лена.
— Что тут творится?
— Шустрик упражнялся, — ответил я, спустил зверька на кровать и вытащил из тумбочку ведьминскую книгу.
— Ого, какая она необычная, — зачаровано выдохнула Лена и провела пальцем по черной, потрескавшейся обложке с тиснением в виде символов. — Можно заглянуть внутрь?
— Можно. Но ты ничего не поймешь.
Лена взяла книгу, опустилась на кровать рядом с Шустриком и осторожно перевернула обложку. Я больше не видел тех незнакомых знаков, которые были раньше, передо мной был читабельный текст — подробное изложение ритуала подчинения любимого.
— Как они могут разбираться в этой абракадабре? Ничего же не понятно. Даже на буквы не похоже, просто значки, — задумчиво проговорила она, перелистывая книгу.
— Это точно, — кивнул я. О том, что теперь и мне открылись тайные знания ведьмаков, я не стал говорить. Никто об этом не узнает.
— А зачем тебе эта книга? Что ты с ней собираешься делать?
— Ничего. Просто раритетная вещица. Правда она такая старая, что скоро наверняка рассыпется, но до этого времени буду хранить у себя. Вообще-то я люблю старинные вещи.
— Да? Не знала. Тогда тебе нужно прийти к нам в гости, и я покажу тебе драгоценности моей прапрабабки Феодосии. Она была та ещё модница, поэтому заказывала эксклюзивные вещи. Правда, теперь их не надеть.
— Почему?
— Абсолютно нелепые вещицы. Диадема с острым трезубцем, кулон с выпуклой мордой рогатого барана, кольцо в виде двуглавой змеи, — перечислила она. — Я предлагала отнести их в ломбард, но матушка категорически против. Говорит, что мы должны хранить эти украшения как память.
— Она права. Духам приятно, когда о них помнят. Они это чувствуют.
— Откуда ты это знаешь? — недоверчиво посмотрела она на меня.
— Читал где-то, — пожал я плечами, забрал книгу и убрал обратно в тумбочку.
Не хватало ещё чтобы Шустрик и до неё добрался, а то нервный он какой-то.
А по поводу духов — это была чистейшая правда. В прошлой жизни мне доводилось общаться с призраками, и они рассказывали мне многое про загробную жизнь. В том числе и о памяти, что хранят о них живые.
Мы успели немного понежиться с Леной в кровати, пока её родители не засобирались домой.
— Ты завтра пойдёшь на учёбу? —спросила она, наспех застёгивая блузку.
— Конечно. Надеюсь, сегодня не было Фармакологии, а то Боярышников придумает очередное наказание.
— Была у вас Фармакология. Я Сеню видела в коридоре. Он переживал, что ты снова пропускаешь занятия этого надутого индюка Боярышникова. Он у нас тоже ведет две пары в неделю. Жутко неприятный тип. И препод из него никакой. Всю пару сидит, уткнувшись в записи, и читает. Никакого интереса не вызывают такие занятия.
Она поправила юбку, причесала пальцами волосы и, взглянув на себя в зеркало, кивнула.
— Я готова. Провожай.
Мы с Димой проводили Орловых до машины и пообещали заглянуть как-нибудь к ним на ужин.
На обратном пути к дому Дима попытался выведать у меня, что же происходило в Кижах, но я отвечал односложно. Меньше знает — спокойнее спит.
Я вновь поднялся к себе, запер дверь, чтобы Настя снова бесцеремонно не влетела в комнату, затем вытащил книгу и приготовил блокнот с ручкой.
Состояние книги было из рук вон плохое. Я решил, пока листы совсем не раскрошились, нужно переписать всё в блокнот. Как раз до полуночи есть пару часов. А потом я пойду в лабораторию, где мне никто не помешает, и буду избавляться от проклятья Наратуи. Просматривая книгу в дирижабле, я нашёл нужное заклинание. Правда, там речь шла о реальной ведьме, а не о призраке, но я всё-таки надеялся, что оно поможет избавиться от проклятья шаманки.
* * *
Лавров Максим Маркович после сытного ужина вышел на террасу, зажёг сигару, привезённую ему по спецзаказу из Доминиканы, и опустился в плетёное кресло, подложив за спину мягкую подушку. Вечер был прохладный, поэтому перед выходом из дома он набросил на плечи халат, а ноги засунул в тапочки из кроличьего меха.
Небо заволокли тяжёлые низкие тучи, не было видно ни звёзд, ни луны. Он обратил свой взор на ворота, виднеющиеся вдали. Там явно что-то происходило.
— Андрюша, что там? — спросил он, указав дымящейся сигаретой в сторону ворот.
Помощник, который словно тень всюду следовал за своим хозяином, быстро ответил.
— Я не знаю, Ваше Сиятельство. Уточнить?
— Уточни и доложи. Не нравится мне это. Суматоха какая-то.
  
Помощник забежал в дом, схватил трубку домашнего телефона и набрал номер охраны на воротах.
— Алло, Третьяков, ты?
— Да, Андрей Тимофеевич, — послышался грубый мужской голос.
— Что у вас там происходит?
— Ничего особенного. Кораблёв приехал. Сейчас машину досмотрим и пропустим.