И звезды блуждали во тьме (ЛП)

— Может, придешь к нам во вторник? — предложила Афина. — Когда вернешься домой и почувствуешь себя лучше. Мы будем в нашем штабе, просто обустроимся там.
— Да, может быть, — пробормотал Оливер, засыпая. — Да. Может быть.
Лилась слащавая струя мьюзака; музыка эхом отражалась от блестящего плиточного пола торгового центра «Харрисберг-Хилл», пока Крис забирал три напитка у девушки за стойкой «Орандж Джулиус» и раздавал их друзьям.
  
— Я тебе отдам, — сказал Арчи, забирая свой стакан.
— Не парься, — ответил Крис. — Я при деньгах. Сезон покоса как-никак.
— Спасибо, Крис, — поблагодарила Афина. Она сделала длинный глоток через соломинку; они нашли место на ближайшей скамейке.
— Ну конечно, это мы сидим и ждем, — проворчал Арчи спустя какое-то время. — Мне бы так влетело, опоздай я хоть на секунду, а Макс может прохлаждаться сколько влезет.
— Скорее бы уже получить права, — вздохнул Крис. — Знаете, Саманта Макдонах получила ученическое разрешение, когда ей было пятнадцать.
— Да, наверное, это зависит от того, когда запишешься на курсы и всё такое, — сказала Афина. Она нахмурилась. — Папа не хочет, чтобы я водила. Говорит, лучше ездить на велике. Полезнее для природы. Ну, типа, одним водителем меньше.
— Ему легко говорить, — вставил Арчи.
Они ждали, посасывая свои напитки. Из коридора доносились звуки зала игровых автоматов — симфония цифровых писков и звонов. Ребята принялись обсуждать планы на поход. Они выходят завтра, рано утром, от дома Криса. Поскольку Оливер не шел, им нужно было решить, кто возьмет ножовку и походную плитку — две вещи, которые обещал принести Олли.
— Надеюсь, он сможет прийти, — сказала Афина. — Когда ему станет лучше.
— Всё это просто странно, — заметил Арчи. — То, что случилось. Я никогда не видел, чтобы он вел себя так. В смысле, он всегда был странным, но не настолько.
— Ты не замечал? — спросил Крис.
— Замечал что?
— Ему становится хуже. Его видения. Эти — как их там — припадки. Понимаешь, когда мы были маленькими, такие штуки случались. Но в этом не было ничего особенного, верно? Просто Оливер — это Оливер. — Крис швырнул пустой стакан в ближайшую урну. Он встал перед Арчи и Афиной и продолжил: — Но теперь — я имею в виду вот это. А потом та история в прошлом году с мистером Гиббонсом, помните, учителем математики? Что-то тут не так.
— Что именно? — спросила Афина.
Крис пожал плечами. — Не знаю. Думаю, это дело врачей. Но с ним что-то не то. Ну, типа, с мозгами.
Афина нахмурилась. — А вы не думали, что, может быть, это что-то хорошее? Ну, то, что он всегда говорил — эти его предчувствия. Что они делают его особенным? Что они… — Она подбирала слово.
— Магия? — ухмыльнулся Крис.
— Да, — вызывающе ответила Афина. — Может, и магия.
Крис пренебрежительно рассмеялся; Афина покраснела. Арчи был рад увидеть своего брата: тот нес бумажный пакет с надписью «ПЕГАСУС МЬЮЗИК», выведенной неоном. Макс коротко глянул на Арчи и его друзей и прошел мимо, крутя на пальце связку ключей от «Омни».
— Пошли, — бросил он через плечо.
Афина и Крис обменялись свирепыми взглядами; Арчи поднялся со скамьи, и все они последовали за Максом Кумсом из торгового центра на парковку.
Дорога обратно в Сихэм петляла вдоль суровых, поросших лесом утесов высоко над океаном. Они ехали медленно — мешал плотный поток машин: отдыхающие, приехавшие на выходные в начале каникул, и туристы из Портленда, которые вечно глазели, свернув шеи, на дикие пейзажи и бескрайний, бурлящий океан. Макс купил в торговом центре новую кассету, и она играла в магнитоле. Он снова принялся импровизировать на руле барабанную дробь под музыку. Время от времени он поворачивался к Арчи и беззвучно подпевал; Арчи старался не обращать на брата внимания.
— До завтра, ребят, — сказала Афина, когда они подъехали к её дому — зданию странной формы, построенному из старого дерева и украшенному витражами. Через крыльцо тянулась вереница трепещущих на ветру тибетских молитвенных флажков. Вылезая из машины, она добавила: — Спасибо, что подбросил, Макс.
— Без проблем, Мунбим, — отозвался Макс. Афина скорчила ему гримасу.
— В одиннадцать у меня! — крикнул Крис с заднего сиденья. — И не забудь походный нож!
Она обернулась и показала большой палец с крыльца, а затем скрылась в доме.
Когда они выехали на Чарльз-авеню уже в городе, их остановила длинная вереница машин. Макс опустил стекло и высунулся наружу, пытаясь разглядеть препятствие. — Что за дела? — пробормотал он.
Арчи на пассажирском сиденье вытянул шею. Он видел проблесковые маячки полиции в нескольких перекрестках от них. На тротуаре собралась толпа пешеходов, все смотрели на что-то, происходящее на дороге впереди.
Когда Макс подкатил машину ближе, они увидели полицейского, который направлял водителей на боковую улочку; за перекрестком посреди мостовой замер желтый кабриолет. Там же были припаркованы две патрульные машины, их красно-синие огни казались крошечными точками на дневном солнце. Когда они поравнялись с полицейским, Макс притормозил, высунул голову в окно и спросил: — Что случилось?
— Бродяжка какая-то, — бросил коп, уперев руки в ремень. — Сбили. Проезжайте, пожалуйста.
— Да, сэр, — ответил Макс с едва уловимой дерзостью в голосе. Но машина внезапно заглохла. Макс выругался. Он крутанул зажигание, но мотор не заводился. Именно тогда Арчи распахнул дверь и выскочил наружу.
— Эй! — крикнул Макс. — Ты куда?
Но Арчи уже был на тротуаре, проталкиваясь сквозь толпу зевак.
— Арч! — крикнул Крис. Он тоже выскочил из машины и бросился вдогонку за другом.
На перекрестке Арчи увидел водителя кабриолета: тот стоял, прислонившись к переднему крылу своей машины, с сигаретой в руке. Он о чем-то говорил с другим полицейским; лицо его было осунувшимся и серьезным. Офицер делал пометки в маленьком блокноте, пока мужчина говорил. Дальше, на мостовой, прямо перед решеткой радиатора кабриолета, лежало тело женщины.
Арчи подобрался ближе, заглядывая через плечи зрителей, пытаясь рассмотреть получше — и тут он увидел.
Это была та самая женщина, что заговорила с ним всего пару дней назад. Та бездомная с безумным взглядом.
Они там что-то нашли.
Арчи протиснулся боком между двумя пацанами, глазевшими на углу, и шагнул на проезжую часть. Сомнений не было — это была та самая леди. Она лежала на мостовой, скрючившись, её левая нога была неестественно вывернута в гротескной позе. Под её затылком растекалась лужа крови; широко распахнутые глаза бессмысленно взирали в небо. Рот с осколками сломанных зубов был безвольно открыт.
Надо было оставить его скрытым.
— Эй, ты — парень! — крикнул полицейский. — Назад. Работает полиция. Вернись на тротуар.
Арчи почувствовал на плече руку Криса, оттаскивающего его назад.
— Это она, — прохрипел Арчи, не отрывая взгляда от тела на земле. — Это та женщина.
— Арчи, Господи, — произнес Крис, уводя его сквозь толпу обратно на тротуар. — Что ты творишь?
— Я знаю её, Крис.
— Что?
— Я видел её два дня назад. Она говорила со мной. Она сказала… она сказала про ту дыру в скале. Теперь я понимаю. Она говорила, что её надо было оставить скрытой, вот что она сказала. — Сердце Арчи бешено колотилось в груди. Он чувствовал, как кровь пульсирует в ушах.
— Арчи, какого черта? — раздался голос сзади. Это был Макс, он стоял прямо за плечом. — Ты не можешь просто так… — Голос Макса сорвался, когда он увидел жуткое зрелище, развернувшееся на мостовой. — Господи, — тихо выдохнул парень.
Они молча смотрели, как машина скорой помощи, издавая резкие короткие звуки сирены, прокладывала себе путь сквозь затор. Бездомную женщину к этому моменту уже накрыли простыней. Арчи и Крис наблюдали, как медики осторожно подняли её искалеченное тело на носилки. Через мгновение толпа снова расступилась, пропуская скорую, поспешно покидающую место происшествия, а полицейские начали разгонять людей.