Всемирная история: в 6 томах. Том 3: Мир в раннее Новое время

В 1636 г. Франция вступила в войну и со Священной Римской империей; арест курфюрста Трирского и низложение курфюрста Пфальцского в 1623 г. дали французам основание для заявлений о незаконности избрания новым императором Фердинанда III (1637 г.) после смерти его отца.
На франко-испанских фронтах после первых неудач французов произошел решительный перелом в пользу Франции. Силы Испании были подорваны длительной войной. В 1640 г. восстала Каталония (вскоре оккупированная французскими войсками); в декабре того же года, после восстания в Лиссабоне, вернула себе независимость Португалия, поспешившая заключить союз с Францией — на Пиренейском полуострове возник новый фронт.
  
Герард Терборх. Ратификация Мюнстерского договора. 1648 г. Национальная галерея, Лондон
Со взятием в 1640 г. Арраса к Франции перешла инициатива на фландрском фронте. После овладения в декабре 1638 г. мощной эльзасской крепостью Брейзах, господствовавшей над Рейном, французские армии начали совершать регулярные вторжения в глубь Германии; в союзе с ними действовали шведы.
Несмотря на союз с Саксонией и Бранденбургом, императору так и не удалось изгнать из Германии шведов, прочно обосновавшихся в Померании и Мекленбурге, откуда они совершали далекие рейды на земли Саксонии, Силезии, Чехии, Моравии. Не выдержав тягот войны, императора оставляют его союзники: в 1641 г. со Швецией примиряется Бранденбург, в 1645 г. — Саксония.
В 1643–1645 гг. Швеция, воспользовавшись удобным случаем, свела счеты со старой соперницей Данией: ее армия с тыла, из Германии вторглась на датскую территорию и быстро сломила сопротивление датчан на суше. По миру в Брёмсебру к Швеции отошли от Дании острова Готланд и Эзель (Сааремаа), область Халланд на юге Скандинавского полуострова, обширные норвежские земли; все шведские подданные были освобождены от уплаты пошлин за переход пролива Зунд.
Габсбурги еще находили в себе силы иногда наносить ответные удары, да и их противники не были в состоянии сломить сопротивление неприятеля; дотла разоренная и обезлюдевшая Германия не могла прокормить большие армии. В октябре 1648 г. в Мюнстере и Оснабрюке были подписаны мирные договоры (Вестфальский мир), на полтора столетия определившие международное положение германских земель. Отныне была исключена возможность установить неограниченную власть императора в пределах Священной Римской империи. Было подтверждено и гарантировано иностранными державами (Францией и Швецией) фактически существовавшее и ранее право германских князей вести собственную внешнюю политику и заключать любые союзы (с формальной оговоркой, что они не должны быть направлены против императора). Был положен конец попыткам насильственного распространения на немецких землях католицизма: подтверждался принцип Аугсбургского религиозного мира «Чья страна, того и вера», который теперь стал распространяться и на кальвинистов.
В явном выигрыше оказалась Франция: она не только закрепилась в Эльзасе, но и обрела мосты для будущих вторжений французских войск в Германию, заняв прирейнские крепости Брейзах и Филипсбург.
Еще нагляднее были приобретения Швеции: она получила секуляризованные епископства Бремен и Верден, город Висмар и Западную Померанию со Штеттином, взяв под контроль устья Везера, Эльбы и Одера.
Восточная половина Померании отошла к Бранденбургу, получившему выход к Балтике. Магдебург был на время передан второму сыну курфюрста Саксонии с оговоркой, что после его смерти магдебургские земли отойдут к Бранденбургу (это случилось в 1680 г.). Сама Саксония получила Лужицкую область, исключенную из состава земель Чешской короны.
Сын «однозимнего короля» Фридриха V вернул себе Нижний Пфальц и сан курфюрста, но лишился половины бывших владений (Верхний Пфальц), отданной Баварии, владетель которой также сохранил курфюршеское достоинство. В составе Священной Римской империи перестали числиться Республика Соединенных провинций и давно обретшая фактическую независимость Швейцария.
Хотя Тридцатилетняя война началась и закончилась в Праге (в момент заключения мира за обладание ею боролись шведская и имперская армии), никто не озаботился судьбой разгромленного чешского протестантизма. Здесь австрийские Габсбурги остались при плодах своей Белогорской победы; с 1626 г. чешская корона из избирательной стала наследственной в их династии.
Испания еще 30 января 1648 г. заключила мир с Республикой Соединенных провинций, окончательно признав ее независимость. Тогда же мог бы быть заключен и мир между Испанией и Францией: в 1647 г. против испанской власти восстал Неаполь, и испанцы были готовы пойти на очень большие уступки на переговорах, лишь бы развязать себе руки для борьбы против неаполитанской революции. Однако французская дипломатия упустила этот момент, в апреле 1648 г. Неаполь пал, и Испания предпочла продолжить войну со своей главной противницей.
  
ЗАПАД ПОСЛЕ ВЕСТФАЛЬСКОГО МИРА
 
Воспользовавшись ослаблением Франции в годы Фронды, испанцам удалось вновь овладеть Каталонией (1652 г.) и отвоевать ряд позиций во Фландрии. Только после того как в 1655 г. Франция вступила в союз с правительством протектора Кромвеля, вернувшимся к популярной в Англии антииспанской политике, в войне наступил решительный перелом. В 1658 г. союзные франко-английские войска разбили испанцев в битве у Дюнкерка и взяли эту важнейшую морскую базу, которая по соглашению между союзниками была отдана Англии. (В 1662 г., после английской Реставрации, Людовик XIV выкупил ее у Карла II.) 7 ноября 1659 г. был заключен Пиренейский мир между Францией и Испанией, скрепленный браком Людовика XIV с дочерью Филиппа IV Марией Терезой. Победившая в войне Франция получила важные провинции Артуа и Руссильон.
Еще дольше, до 1668 г., продолжалась испано-португальская война, последний конфликт, возникший в рамках Тридцатилетней войны. После безуспешных попыток покорить соседку Испании пришлось признать ее независимость.
Вестфальский мир означал известную «деидеологизацию» международных отношений: вражда между христианами разных конфессий сама по себе перестала порождать большие европейские войны. Зато уже с середины XVII в. Европа познакомилась с новым типом вооруженных конфликтов — войнами торгово-колониальными. Конечно, с самого начала европейской колониальной экспансии происходили столкновения между колонистами из разных стран, но было принято считать, что такого рода заокеанские конфликты не требуют разрыва отношений между метрополиями. В военных действиях Тридцатилетней войны также существовал «колониальный фронт» (захват французами ряда испанских Антильских островов, а голландцами — португальской Северной Бразилии) — но он был все же второстепенным. Теперь же споры по торговым и колониальным вопросам стали главной причиной двух англо-голландских войн, театром которых были воды европейского континента (военные действия происходили в основном на море).
Инициатором этого новшества стала революционная Англия, чья буржуазная элита была непосредственно заинтересована в победе над торговыми конкурентами. Первая англо-голландская война 1652–1654 гг. объяснялась нежеланием Соединенных провинций согласиться с английским «Навигационным актом» 1651 г. (см. главу об Англии).
Это был сильнейший удар для международных торговых посредников, в первую очередь голландцев. Война прошла успешно для англичан, и по условиям мира голландцам пришлось признать ограничения, установленные для них «Навигационным актом».
  
Вторая англо-голландская война (1665–1667) еще до своего официального объявления началась со столкновений в колониях, в Гвинее и Северной Америке (где английские колонисты в 1664 г. овладели голландским поселением Новый Амстердам, совр. Нью-Йорк). Война в европейских морях шла с переменным успехом; союзницей Соединенных провинций стала Франция, опасавшаяся установления абсолютной военно-морской гегемонии Англии. Бредский мир 1667 г. произвел демаркацию интересов: отдав англичанам Новый Амстердам, голландцы добились выгодных для себя поправок к «Навигационному акту» и получили остров Ран (Run), единственную английскую базу в Молуккском архипелаге, что означало утверждение монополии Соединенных провинций на мировом рынке пряностей. Таким образом, голландцы сделали ставку на колонии-фактории, а англичане — на поселенческие колонии. Только в следующем веке, когда цены на пряности упали, а разросшееся население английских колоний в Америке стало предъявлять все больший спрос на массовые товары своей метрополии, выяснилось, что английская ставка оказалась выигрышной.