Эволюция целителя (СИ)

Впервые слышу, что это за Галий, но в этот раз меня выручила память Алексея. Не зря он просиживал скамью в Академии. Кардиостимулятор Галия лишь в одном отличался от привычного стимулятора из моего мира: электрические импульсы, которые задавали правильные ритмы предсердиям и желудочкам, заменялись магической энергией. Эта энергия была настроена на заданный ритм и подзаряжалась от мини-кристаллов, выполняющих роль аккумуляторов.
  
— Я ведь тоже лекарь, — сообщил я ему, и подошёл вплотную к кровати Вероники.
— Да вы что? Уверен, что вы со мной согласитесь, — услышал я позади голос Хоботова.
Я сконцентрировался на магических нитях, сформировал из них щуп и погрузил его в грудную клетку женщины.
Действительно, ситуация была похожа на блокаду. Притом и степень была очень близка к третьей. Сердце билось редко, предсердия и желудочки сокращались невпопад.
Но причиной этому был не ушиб сердца, его вообще не было, насколько я видел картину.
— Какие препараты вы ей назначили? — с ходу спросил я.
Хоботов что-то втирал на ухо Насте, но, услышав меня, затих.
— Витамины Юкка, как и положено в таких случаях, — произнёс он.
Я тут же вспомнил, как у меня недавно чесалась шея, и это было после солидной дозы этих странных витаминов. Представляю, в каких дозах их вливают в организм Настиной мамы.
— Нам не нужна операция, — холодно сообщил я, решив прямо здесь и оживить Веронику Черникову.
— Но подождите, — Хоботов чуть не задохнулся от возмущения. — Если вы лекарь, должны понимать ситуацию. Блокада сердца…
— Да, она есть, но это не результат ушиба сердца, — подытожил я, обернувшись к лекарю.
На лице его смешались чувства. Он был растерян, удивлён, а ещё изрядно раздражён, хотя последнее пытался скрыть.
— Вы о чём говорите? Синяк на грудной клетке, цвет лица вашей матери, одышка, осложнение. Я могу показать вам всю историю болезни с самого начала, — произнёс Хоботов.
— У неё аллергия на ваши витамины, — сообщил я.
— Мы брали общий анализ на аллергию, — сообщил лекарь в своё оправдание.
— Верю, — кивнул я. — Охотно верю. Но это общий анализ, и он не всегда показывает аллергены. И брали вы анализ задолго до того как началось осложнение, верно?
— Откуда вы знаете? — удивился Хоботов, затем замотал головой. — Подождите, всё это какой-то бред. Вы хотите сказать, что так на вашу матушку действуют витамины? И это они создали аритмию вплоть до полной блокады?
— Да, именно так я и хочу сказать. А вы ей ещё одну капельницу влили, — произнёс я, переключаясь на женщину, которая с трудом приоткрыла глаза.
— Тогда надо провести более точный анализ, — упорствовал Хоботов. — Прямо сейчас.
— Времени нет, — сообщил я ему, концентрируясь на магических нитях.
Из нитей сплелась мерцающая сеть, которая окутала женщину и, как и в прошлый раз, в тело одновременно ударили миллионы микроскопических искорок.
Я чувствовал, как силы покидают меня, и в то же время ощущал, что концентрация препаратов в крови Вероники уменьшается. Витамины Юкка в виде зелёных вкраплений окутали сердце, мешая ему нормально работать, проникли в кровь, затрудняя её нормальный ток. И эти вкрапления таяли одно за другим, под воздействием искр «Нейтрализатора».
Я почти выдохся, понимая, что вся эта дрянь наконец-то выведена из организма Настиной мамы. Её сердце само начало биться, как и положено. Убирая щуп, а вместе с ним и энергетический кокон, я отошёл от больничной кровати, покачнувшись.
/Задача выполнена!
Нейтрализация вредных веществ проведена успешно.
Заработано: 100 очков опыта.
Бонус за применение особой способности «Нейтрализатор»: +50 очков опыта.
Текущий уровень: 3 (230/500)/.
— Лёша, осторожней, — поддержала меня Настя. Затем её глаза чуть на лоб не полезли. Она смотрели на свою маму, которая всхлипнула, затем сделала глубокий вдох и задышала ровно, ритмично, как и подобает здоровому человеку.
Пульсограмма показала отличный ритм, а Хоботов кинулся к прибору, затем к пациентке, которая уже открыла глаза.
— Что со мной? Я чувствую себя намного лучше, — тихо произнесла она.
— Вы пошли на поправку, — пробормотал Хоботов, затем обернулся, посмотрев в мою сторону. — Но как? Цвет лица в норме, пульс тоже…
— Говорил же вам — я тоже лекарь, — улыбнулся я.
— Лёшка! — Настя сжала меня в обьятиях, а моё плечо увлажнилось от её слёз. — Ты даже… даже не представляешь, что ты сейчас сделал! Я так тебе обязана!
— Ничего не понимаю, — пробормотал Хоботов, усевшись на свободный стул у кровати. — Нужна была операция…
— Нет, как вы уже успели заметить, — ответил я.
— Ты бледный, попей водички, — Настя подвела меня к кулеру, набрала стакан прозрачной жидкости и дала мне.
Я сделал глоток, затем ещё один. Стало легче, хотя не то чтобы сильно.
«Лёха, а ты крутой лекарь» — услышал я голосок Карыча. — «Впечатлён, чесслово. У нас так даже Верховные шаманы не оживляли существ. Я прям прочувствовал твои эти искры. Ух-х, до дрожи прям».
Пернатый продолжал болтать, но я абстрагировался от его карканья. Переключился на маму Насти, которая уже поднялась с кровати.
Ноги её ещё не слушались, кровь только начала активно циркулировать по организму.
— Мам, осторожней! — воскликнула Настя, кинувшись к ней и подставляя плечо. — Упадёшь ведь. Ещё одного перелома не хватало.
— Всё хорошо, Настюш. Я справлюсь, — глянула она в мою сторону, и Настя ей тут же зашептала на ухо. Видно, чтобы она не спалила меня перед врачом. Всё-таки посторонним в клинику вход воспрещён.
— Ну что ж… сынок, — улыбнулась мне Настина мама. — Спасибо тебе. Я очень тебе благодарна.
— Не болей больше… мамуля, — улыбнулся я в ответ.
Затем мы оставили маму Насти в палате. Хоботов продолжал её расспрашивать о самочувствии, всё ещё не веря в результат.
— Лёша, я останусь. Надо подготовиться к выписке, — радостно улыбнулась Настя, когда мы вышли в коридор. — Теперь надо бежать в банк. Надеюсь, что две тысячи рублей мне дадут.
— Боюсь, что с твоей кредитной историей вряд ли, — хмыкнул я, доставая смартфон и заходя в платёжную систему.
Размышлял я на эту тему недолго. Да, я хотел сегодня выкупить банковскую ячейку и посмотреть, что же там спрятано внутри, и денег на это у меня было впритык.
Но ведь Насте требовалась помощь. Кто ей поможет? Кредит в банке могут и не дать. Её матушку, понятно, выпишут из клиники, чтобы не занимала палату.
Но ведь повесят на неё ещё один долг. Коллекторы будут доставать, если они есть в этом мире, конечно. Почему-то мне кажется, что они здесь точно есть.
А сама Настя просто не вывезет, ну вот никак. Поэтому я и решил протянуть ей руку помощи.
Используя номер телефона ассистентки, я перевёл ей две тысячи рублей.
Телефон Насти просигналил сообщением. Она изумлённо уставилась на экран, не веря, что такая сумма на счету, а затем вновь заплакала, но в этот раз от счастья. Смахнула ручейки слёз рукой.
— Я тебе так благодарна! Как заработаю — всё верну, — пообещала Настя и вновь обняла меня. — Если бы не ты, я бы потеряла маму.
— Рад был помочь, Настя, — кивнул я, кода мы отошли от палаты. Затем я заметил Хоботова, который искал нас взглядом. — Иди, расплатись. А то вон медперсонал уже нервничает.
— Ага, тогда до встречи, — улыбнулась Настя и направилась к лекарю.
Меня же здесь больше ничего не держало. Я спустился на лифте на первый этаж, прошёл по просторному коридору и, миновав регистратуру, покинул клинику.
  
На душе было спокойно. Я помог Насте. Прошёл бы мимо, и кем бы я себя сейчас чувствовал?
«Ты знаешь, а тебе ведь нужна подзарядка», — заметил Карыч, когда я направился по тротуару в сторону парка. Просто захотелось прогуляться на свежем воздухе, т Тем более было свежо и дул лёгкий ветерок. Самое оно для лекаря после изнурительной операции.