Голос сердца. Книга первая

Вместе, рука в руке, они пошли вниз по холму, пораженные силой их взаимного сексуального желания. В каком-то оцепенении они шагали узкой тропкой, петлявшей между сосен в направлении Виттингенгофа и усадьбы, едва видневшихся далеко внизу, в долине. Подняв глаза к небу, Виктор понял, как долго они были в горах. Солнце уже давно село, темнело прямо на глазах, и воздух стал обжигающе-холодным. Они вошли в лес, где было еще темнее, и Виктор успокаивающе сжал руку Франчески. Он пошел быстрее, увлекая девушку за собой, стремясь как можно скорее попасть в тепло дома. Внезапно он произнес, усмехнувшись:
— Мое чувство времени оставляет желать много лучшего! Я совершенно утратил представление о нем, пока ласкал тебя. Должен заметить, мэм, что вы испортили мой внутренний часовой механизм своими чрезмерными прелестями.
Их дружный смех нарушил морозную тишину.
Сырой холодный туман постепенно окутывал лес. Его жемчужно-серая масса становилась все более плотной. Виктор еще ускорил шаг, и они уже почти бежали на последнем участке тропинки, выходящем к опушке. Когда они вышли из леса, сумерки уже совсем сгустились. Холодная голубизна неба перешла в свинцовую синеву. Все еще держась за руки, они продолжали бежать по длинному заснеженному лугу в направлении Шлосса. Ярко сиявшие вдалеке окна замка были такими приветливыми!
— Я думаю, что мы вовремя выбрались, — произнес Виктор, слегка замедляя шаг. — Мне бы очень не хотелось оказаться в горах, когда окончательно стемнеет.
— Это опасно. В темноте легко заблудиться. — Последние слова Франческа договаривала, когда они уже вошли в дом. Спустившись по каменным ступеням, они прошли в гардеробную. Франческа повесила куртку на вешалку и продолжила: — Диана всегда предупреждает меня, чтобы я возвращалась до заката. Наверное, сейчас она уже беспокоится. Нам надо поскорее подняться к чаю.
— Конечно, — согласился Виктор, освобождаясь от своей парки. Он сел, стянул тяжелые прогулочные сапоги и сунул ноги в уютные черные замшевые шлепанцы. Встав, он глянул в зеркало, провел расческой по волосам и аккуратно подтянул вниз свой черный кашемировый свитер. Повернувшись к Франческе, он совершенно неожиданно рассмеялся.
Она озадаченно посмотрела на него.
— Что такое?
Виктор покачал головой, как бы удивляясь сам себе.
— Я просто подумал о всех тех возможностях, которые у нас были с тобой… — Он ничего больше не сказал, а только криво улыбнулся, и на красивом лице появилось выражение самоосуждения. — Мне кажется, что мое отношение к тебе было несколько двойственным.
— Почему?
— Проблемы с Арлен, с разводом. Беспокойство по поводу «Конфидэншл». Занятость картиной. Решение никем не увлекаться. И, я думаю, твой возраст тоже во многом повлиял на мое поведение.
— Мне будет двадцать в мае, — произнесла она, как бы защищаясь.
— А мне сорок в июне, — спокойно отпарировал он, внезапно осознавая эту реальность. — Я слишком стар для тебя, Франческа. Боже мой, двадцать лет! В твоем возрасте я был уже женатым человеком — еще до того, как ты родилась. Мои сыновья старше тебя. Послушай, детка, между нами разница в целую жизнь. На этой земле не осталось ничего, чего бы я не видел, не делал и не познал. Фактически на ней нет больше ничего нового для меня. И я чертовски устал от жизни, если хочешь знать правду. — Виктор печально покачал головой и тяжело вздохнул. В его словах прозвучало сожаление, когда он продолжил: — Это несправедливо по отношению к тебе, Франческа. Рядом с тобой должен быть человек примерно твоего возраста, а не старый распутник вроде меня.
— Что за глупости! — раздраженно воскликнула она. Сердитый взгляд, который она бросила на Виктора, внезапно изменился, став настороженным и пронизывающим. — Вы хотите сказать мне, что жалеете о том, что произошло?
— А вот это просто исключительно глупый вопрос, — мгновенно отреагировал он. Отметив смешанное выражение паники и боли на лице Франчески, он притянул девушку к себе и поцеловал глубоким нежным поцелуем, желая успокоить. Какое-то мгновение назад он действительно испытывал нечто похожее на угрызение совести по поводу разницы в их возрасте. Но, возможно, она была права. Возраст не имел никакого значения. Те чувства, которые они испытывали по отношению друг к другу, были, безусловно, важнее всего остального. Он прошептал в ее спутавшиеся под его рукой волосы: — Я не сожалею о том, что мы сделали, дорогая. Но сожалею о том, что нам пришлось так немилосердно прерваться.
 
— Но вы же сказали потом, — прошептала она ему в ответ и вспыхнула, сама удивляясь своей смелости.
Виктор не ответил, а лишь сильнее сжал девушку в своих объятиях, а затем опустил свои сильные руки с плеч Франчески на спину и ниже, на ягодицы. Он все крепче прижимал ее тело к своему, найдя губами ее губы. Его снова охватил головокружительный виток желания. Виктор застонал. Его плоть властно требовала большего. «Как несвоевременно», — промелькнуло в голове Виктора, и, в очередной раз подавляя едва контролируемую страсть, он пробормотал на ухо Франческе:
— Я также сказал «я весь». Ты хочешь этого, детка? — Он приподнял лицо девушки одной рукой, глядя в ее глаза испытующим серьезным взглядом.
Она почувствовала, что загипнотизирована этими черными глазами, в которых она увидела ничем не замаскированное страстное желание. Его взгляд был абсолютно однозначен. Франческа почувствовала его внезапную эрекцию, и жаркая волна окатила ее с ног до головы. Она невольно вздрогнула всем телом, ощутив на какое-то мгновение свое бессилие.
— Да, — твердо ответила она. — Да, я хочу этого. — В устремленных на Виктора глазах не было ни тени сомнения.
Он улыбнулся своей медленной ленивой улыбкой, наклонился и поцеловал девушку в лоб со всей нежностью, на которую был способен, а затем провел пальцем по ее щеке и шее.
— Тогда пойдем и побыстрее закончим с процедурой чаепития. Я не могу дождаться того момента, когда заполучу тебя полностью. Capisce?
— Capish, — мягко ответила она. — Что это означает?
— Это значит «понятно». Ты ведь действительно понимаешь, Франческа?
Она кивнула, будучи не в состоянии говорить.
— Прости нас за опоздание, Диана, — извинилась Франческа, когда они с Виктором вошли в гостиную несколькими минутами позже.
Терпеливо ожидавшая их Диана сидела на своем любимом месте на скамье, поглаживая маленькую белую собачку.
— Ничего страшного, дорогая, — ответила она с приветливой улыбкой. — Я отложила чай на полчаса. Клара принесла его несколько минут назад, он еще не успел остыть. Но я должна признать, что начала уже немного волноваться. Ведь уже совсем темно! Идите же скорее к огню и грейтесь. У вас очень замерзший вид.
— Когда мы вышли из леса, поднялся сильный ветер, но до этого погода была замечательной. — Франческа остановилась на полпути к камину, воскликнув: — О, Диана, как чудесно выглядит Тутси после ванны! Или это Лутси? Я их всегда путаю, они так похожи.
— Это Лутси, — ответила Диана. Услышав свое имя, собака подняла глаза на хозяйку, затем спрыгнула с ее коленей и весело засеменила к Франческе. Это было очаровательное мохнатое существо, похожее на овечку. Добежав до Франчески, она поднялась на задние лапы и затанцевала вокруг девушки, повизгивая от восторга. Франческа улыбнулась и наклонилась, чтобы приласкать собаку. — Да-да, я знаю, — весело рассмеялась она. — Я тоже счастлива тебя видеть, Лутси.
Виктор с удовольствием наблюдал за обеими.
— Какое великолепное животное! — произнес он, повернувшись к Диане.
— Согласна с вами. — На лице девушки внезапно появилось поддразнивающее выражение, когда она добавила: — Могу ли я пойти так далеко, чтобы позволить себе сказать, что Лутси — просто энчилада?
— Безусловно, — отпарировал Виктор, глаза которого блестели так же весело, как и глаза Дианы.
— Но мы не должны забывать о его сестре, — вмешалась Франческа. — Она так же красива, как и Лутси. Где же наша девочка? — Она окинула глазами комнату. — Эта парочка просто неразлучна.