Земля зомби. Гексалогия (СИ)
– Ты нахрена мне по лысине ботинком зарядил?
– Каким ботинком загядил, ты чего головой об ГАЗель удагился? – недоуменно отвечает Артем, явно не знавший о том, как сбитый им зомбак умудрился отыграться на Вите. На что Витя ему отвечает:
– Извини, марку обуви не рассмотрел – от удара очки сбило, хорошо, хоть не разбились! Это когда ты вообразил, что играешь в Carmageddonи лихо сбил одного из мертвецов! Его слетевший ботинок, описав в воздухе дугу, прилетел мне по голове.
Кузьмич с Артёмом недоуменно переглянулись, а когда до них дошел смысл сказанных слов, и воображение нарисовало картину, начали смеяться. Кузьмич, похрюкивая сквозь смех:
– Витя, ну ты нашел чему удивляться, этот картавый аспид только и ждёт удобного момента, чтобы сделать друзьям подлянку! Такое я бы ему точно не простил, прысни в него баллончиком, да лучше раза три, чтобы осознал всю низость своих поступков!
Артём, отсмеявшись, восклицает:
– Пговокатогов надо бить в пегвуюочегедь, пгичем по самым больным местам! Давай ему в бухлишко незаметно твой баллончик напшикаем. Заодно посмотгим, заметит он пгивкус пегцовки или ему вообще пофигу, что пить, лишь бы гогело.
Кузьмич от возмущения выпучил глаза, и казалось, сейчас их потеряет.
– Ах ты гнида картавая, тварь бездушная, хуже, чем зомби! Даже они на святое не покушаются и не трогают мой алкоголь, хороший алкоголь, между прочим! Я, к твоему сведенью, легко отличу односолодовый виски от двухсолодового, настоящий коньяк, стоявший в дубовых бочках многие годы, от подкрашенной херни со вкусом клопов!
Прерываю их, вклинившись в перепалку:
– Ребят, это всё, конечно, интересно слушать, кто понимает в хорошем алкоголе, а кто с умным видом бутор будет пить, причмокивая от удовольствия, но сейчас мы должны дела делать, дома подискутируете. Сейчас, я пошел с Витей в машину, узнаю у нашего оттаявшего гостя, кто он и чем ему можно помочь, а вы пока тут смотрите за обстановкой и не убейте друг друга. Или, еще хуже, не начните долбиться в десны взасос. Сладкая парочка Твикс, блин. И как вы раньше жили друг без друга?!
Оставив Артема с Кузьмичом перебрёхиватся дальше, мы с Витей садимся на передние сиденья Патриота. В машине невыносимая духота, сразу вращаю регулятор температуры воздуха на середину, чтобы дул чуть теплый, а не такой горячий, воздух. Как бы ни ругали в своё время русские машины, но печка у них, как правило, всегда дула горячим воздухом, как надо. Сидя на водительском сиденье в пол‑оборота к заднему пассажиру, начинаю разговор:
– Привет, ты отогрелся?
Мужик делает заметное усилие и меняет лежачее положение на сидячее. Видно, что он сильно исхудавший и истощенный. Обессиленно откинувшись всем телом на спинку сиденья, он отвечает тихим голосом, иногда его слова прерывает приступ кашля.
– Спасибо вам. Я уже, думал, всё, замерзну там на смерть.
– Да, тебе повезло, мы мимоходом проезжали, и случайно заметили скопление зомби у машины скорой помощи. Как тебя зовут? Что случилось? Мы можем попытаться помочь.
– Валерий. Валера. Я работал на скорой помощи водителем, как нетрудно догадаться по моей спецовке. В день, когда всё внезапно началось, мне повезло, в отличие от многих моих коллег. Когда стало поступать всё больше вызовов о безумном поведении людей и пострадавших с укусами различной степени – от незначительного укуса, до полностью вырванной зубами гортани, я, как раз, отвозил обычного пациента с воспалённым аппендицитом в дежурную больницу. Кххх‑кхх‑кхххх!.. – зашелся в приступе кашля рассказчик. Откашлявшись, продолжает:
– Бронхи у меня всегда были слабыми, и лежание долгое время на крыше на морозе не пошло им на пользу. Кхха‑кха‑кхаа!.. На чём я остановился? А, так вот, отвезя парня с аппендиксом в больницу, я поехал на подстанцию, отдавать машину другому водителю – моя смена закончилась. Причем, еще с час назад, но у нас переработка – это норма – не развернусь же я на полпути в больницу со словами «Мой рабочий день подошел к концу». Пока до пациента доедешь, пока врачи его на дому послушают, поставят предварительный диагнози примут решение о госпитализации. Пока доедешь до больницы, причем дежурной, а она может быть в другом конце города от адреса пациента. Времени может уйти много. Кха‑кхааа‑кха!.. Так вот, пока я вёз пациента, всё только начиналось. Пока врачи его сдавали в больницу, вызовы многократно возрастали. На момент подъезда к подстанции диспетчер просто разрывался, диктуя всё новые адреса, куда нужны экипажи скорой помощи. А в городе творился настоящий дурдом. Машины бешено мчались, зачастую игноря ПДД и устраивая серьезные аварии с пострадавшими и смертельными исходами, сбивая пешеходов. Люди тоже суматошно бегали, устраивая панику и хаос. Я такого никогда не видел и подумал, что сейчас мне скажут, что придётся еще работать, т. к. «скорые» не справляются. Что не удивительно – одних ДТП было по всему городу, как никогда в жизни, много. Уже на повороте с дороги к зданию подстанции, где вы нашли машину со мной на крыше, к машине кинулся окровавленный человек. Врач, увидев его, решила, что ему требуется помощь и сказала остановить машину. Я остановился, и она открыла дверь, справившая, что произошло, откуда кровь. Как вы уже понимаете, тот, кого мы приняли за раненого человека, оказался зомби, который без колебаний впился зубами врачу в шею сбоку и вырвал огромный кусок плоти зубами, ну, а после чего поднял свой ужасный взгляд на меня. До сих пор эта ужасная картина у меня перед глазами, и, наверное, теперь будет преследовать до конца моих дней. Девушка, с которой я был знаком по работе более пяти лет, спасительница тысячи жизней и мать двоих прелестных детей, орала от боли, а из её шеи, пульсируя и заливая кровью лобовое стекло, била сильная струя. Ох, это адское создание с окровавленным куском плоти во рту, пристально смотрящее на меня своими красными глазами. Его взгляд завораживал и пугал одновременно, он как будто обещал смерть, от которой надо бежать сломя голову, но, в тоже время, вызывал дикий ужас и оцепенение, не позволяющее даже дышать. Кха‑кха‑кха!..
В очередной раз откашлявшись, он продолжил:
– Наверное, это меня и спасло. Когда он, откинув свою жертву, пытался дотянуться до меня, я осознал, что не дышу и у меня кончился воздух в легких, сделав жадный глоток воздуха, я схватил лежавшую в кармане моей двери отвертку и без раздумий вогнал ему её по ручку в печень. Это не вызвало у него ни малейший реакции, он только опустил голову, пытаясь укусить меня за руку. После этого мои нервы окончательно сдали, и я, выскочив из машины, побежал в здание подстанции скоро помощи. Там творилась суматоха, почти никого не было, все уже разбежались. Остался я и еще один водитель. Мы с ним долго сидели, наблюдая ужасы на улице, которая быстро очистилась от живых людей, проигравших смертельную схватку зомби. И эти твари бродили повсюду, иногда гоняясь за редкими людьми или кошками с собаками. Кха‑кхаа‑кхааа!..
Видя, что ему тяжело говорить, приоткрываю окно и прошу Кузьмича дать ему сделать еще пару глотков из фляжки. Валера делает три больших глотка, благодарит и продолжает:
– Васька, с кем вместе я укрылся в здании, всё время порывался его покинуть, у него дома осталась жена с грудным ребёнком. И меня подбивал, но мне было страшно, поэтому я отказывался каждый раз. А он на третий день сказал, что уходит. Мы попрощались, я пожелал ему удачи и он, вооружившись шваброй, выскочил за дверь. Я быстро закрыл за ним дверь, и смотрел в окно, как он бежал через этих монстров, отталкивая оказавшихся особенно близко шваброй, пока не скрылся за углом. Дальнейшая его судьба мне не известна, надеюсь, он добрался до дома к своей семье. А я остался один, страх и тоска стали моими постоянными спутниками. Этому способствовала картина за окном и то, что припасы еды неумолимо кончались. Хотя, еда – это громко сказано: тут кроме чая, кофе и сахара, да всяких бубликов и пряников в небольшом количестве ничего и не было. И те, как ни старались мы экономить с Васькой, почти все и съели. Поэтому меня терзал голод, я перевернул всё помещение в поисках еды, но больше ничего там не было.