Изменивший империю. Последний рубеж. Том 3 (СИ)

— Быстро — это наш профиль, — усмехнулся Сергей под маской.
Грузовик, рыча дизелем, вкатился на территорию лагеря.
В кузове, средиящиков с инструментами и мотков кабеля, сидели четверо диверсантов из личной гвардии Ромадановского. Они были напряжены, как струны.
Машина остановилась в тени ангара, рядом с гудящей трансформаторной будкой. Сергейдважды ударил ладонью по борту.
  
— Выходим. Работаем по схеме «Б». Тихо и грязно.
Люди высыпали из кузова тенями.
— Первая двойка — к генератору, — шёпотом скомандовал Сергей. — Закладки на таймер. Три минуты. Вторая двойка — контроль периметра. Если кто дёрнется — валить ножами. Я беру вентиляцию.
Он подхватил с пола кабины тяжёлый металлический баллон, похожий на огнетушитель, но с сложной системойклапанов и цифровым дисплеем. На боку баллона красовалась эмблема лаборатории Савельевой и череп с перечёркнутыми костями.
— Ну что, «Спящая красавица», — прошептал Сергей, поглаживая холодный металл.— Пора укладывать деток спать.
Он двинулся вдоль стены казармы, стараясь держаться в «мёртвых зонах» камер. Маршрут, переданный Ильёй через Сашу, горел перед глазами на визоре тактических очков.Вход в систему вентиляции находился за углом, прикрытый лишь решёткой и ленивым часовым, который курил, прячась от дождя под козырьком.
Сергей подошёл к нему сзади. Бесшумно, как огромный кот.Часовой даже не успел обернуться. Широкая ладонь зажала ему рот, а короткий удар ножом в основание шеи — точно между пластинами бронежилета — оборвал жизнь.
Сергей подхватил оседающее тело и аккуратно уложил его за мусорные баки.
— Ничего личного, парень, — буркнул он. — Просто работа.
Он вскрыл решётку вентиляции мультитулом. Шахта гудела, всасывая влажный воздух. Сергей вставил сопло баллона в воздухозаборник, закрепил его магнитными держателями и активировал таймер.
На дисплее побежали цифры. 02:59… 02:58…
Внутри баллона находился экспериментальный газ-паралитик «Морфей-6». Разработка имперских алхимиков по заказу Савельевой. Без запаха, без цвета. Он действовал мгновенно, блокируя нервные окончания. Через минуту после вдоха человек просто падал, не в силах пошевелить даже пальцем,но оставаясь в полном сознании. Идеальное оружие для тихого захвата. Или для создания паники.
Сергей нажал кнопку «Пуск». Газ с тихим шипением пошёл в систему.
— Сладких снов, ублюдки, — усмехнулсяон.
В это время вторая группа уже закончила работу у генераторной подстанции. Маленькие брикеты пластида были прилеплены к ключевым узлам распределительного щита и к системе охлаждения дизель-генераторов.
— Командир, готово, — раздалось в наушнике Сергея. — Отходим к точке эвакуации.
— Принял. Ждём фейерверка.
Сергей растворился в темноте, отходя к забору, где уже была подготовлена «дыра» в сенсорной сетке.В штабе «Черного квадрата», в казармах, в комнатах отдыха охраны люди начали чувствовать странную тяжесть. Кто-то зевнул. У кого-то выпала из рук кружка с кофе.
Дежурный офицер на пульте охраны попытался поднятьруку к микрофону, чтобы объявить тревогу, но его пальцы не слушались. Он с ужасом смотрел, как его рука безвольно падает на колени. Ноги стали ватными. Он сполз со стула на пол, глядя в потолок остекленевшими глазами.
Тревога так и не прозвучала. Лагерь погружался в сон. Тихий, жуткий, химический сон.
Единственным местом, куда газ не мог добраться, была герметичная камера «Зеро» и изолированный блок комендатуры, имевший автономную систему жизнеобеспечения.
Но для них был приготовлен другой сюрприз.
Сергей, добравшись до безопасного расстояния, нажал кнопку на дистанционном детонаторе.
— Час «Ч», — сказал он.
Взрывразорвал ночную тишину.
Генераторная подстанция превратилась в огненный шар. Пламя взметнулось выше сторожевых вышек. Ударная волна выбила стёкла в ближайших бараках.
И тут же, в одну секунду, лагерь «Чёрный квадрат» оправдал своё название.
Свет погас везде. Прожекторы на вышках, лампы в коридорах, подсветка периметра — всё исчезло. Остались только отблески пожара и красные аварийные маячки, питающиеся от слабых аккумуляторов.
Но самое главное — замолчал низкочастотный гул маго-подавителей. Шпили, высасывающие силу из пленных, остались без энергии. Защитный купол над лагерем мигнул и растворился.В наступившей тьме, под проливным дождём, что-то изменилось. Воздух стал плотным, электрическим.
Из глубины центрального блока, из той самой камеры, где держали «сломленного пленника», вырвалась волна. Это была не взрывная волна. Это была волна чистой, концентрированной Тьмы и Ярости.
Она прошла сквозь стены, заставив выживших и не парализованных охранников схватиться за головы.
В лесу, наблюдая за пожаром в бинокль,Сергей хищно улыбнулся.
— Просыпайся, зверь, — прошептал он. — Клетка открыта. Завтрак подан.
* * *
Тишина, наступившая после взрыва, была оглушительной.
Сначала погас мертвенно-белый свет ламп, уступив место густой, вязкой темноте. Затем, с жалобным стоном умирающей электроники, затих низкочастотный гул маго-подавителей. Шпили, высасывавшие мою силу, превратились в бесполезные куски бетона.
Я лежал на полу камеры,и в тот момент, когда давление исчезло, моё тело выгнулось дугой.
Это было похоже на первый вдох после долгого погружения. Исток, сжатый в крошечную точку, рванулся наружу, заполняя каналы горячей, яростной энергией. Наниты, дремавшие в крови, получили сигнал пробуждения и ответили синхронным импульсом.
— Доброе утро, Вьетнам, — прошептал я в темноту.
Я встал. Медленно, наслаждаясь каждым движением. Антимагические браслеты на моих руках всё ещё были застёгнуты, но теперь это не имело значения.
Я направил поток Тьмы в кисти. Металл заскрипел, нагреваясь. Наниты вгрызлись в замки на молекулярном уровне.
*Щёлк.*
Тяжёлые кандалы упали на пол с глухим стуком. Я растёр запястья. Кожа горела, но регенерация уже запустилась, стирая следы плена.
В коридоре послышались крики. Паника. Топот сапог. Кто-то орал в рацию, требуя включить резервное питание. Глупцы. Сергей не оставляет резервного питания. Если он взрывает, то на совесть.
Я подошёл к двери камеры. Массивная стальная плита,рассчитанная на то, чтобы удержать слона.
— Покров, — скомандовал я.
Чёрная жидкая броня хлынула из пор кожи, обволакивая меня. Она затвердела за долю секунды, формируя мой боевой костюм. Шлемсомкнулся, и мир вспыхнул зелёными контурами тепловизора и тактической сетки.
Я сжал кулак, концентрируя кинетический удар.
— Тук-тук.
Удар был коротким, без замаха. Просто выброс силы. Дверь не открылась — её вырвало из петель вместе с кусками бетонной стены. Стальная плита пролетела через коридор и впечаталась в противоположную стену, превратив зазевавшегося охранника в мокрое пятно.
Я шагнул в коридор.
Красные аварийные лампы мигали, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Воздух был наполнен пылью и сладковатым запахом газа — «Морфей» Сергея уже начал действовать, но вентиляция здесь была хорошей, так что многие ещёстояли на ногах.
На меня уставились три дула автоматов.
— Стоять! — заорал сержант охраны, его голос срывался на визг. — Лечь на пол! Или стреляю!
Я склонил голову набок. Моя маска, лишённая человеческих черт, уставилась на него пустыми глазницами.
— Ты опоздал с приказами, — мой голос, искажённый модулятором, звучал как скрежет могильной плиты.
Они открыли огонь.
Пули застучали помоему Покрову, как град по крыше. Они сплющивались, плавились и стекали каплями свинца на пол. Я даже не замедлил шаг. Я шёл сквозь ливень огня, и с каждым шагом моя аура становилась гуще, темнее. Изумрудное пламя плясало на моих плечах.
  
— Моя очередь.
Я взмахнул рукой. Теневые хлысты, сотканные из магии и нанитов, вырвались из стен. Они обвили стрелков, подняли их в воздух ис хрустом ударили друг о друга.