Планета 514 (СИ)

- Вас, профессор, я так же не задерживаю и приглашаю на физио… - Вспомнил я, даже не пытаясь скрыть улыбку.
Карк, отправляя меня в «отпуск», строго-настрого запретил меня из него выдергивать, а кроме меня, на всей базе никто больше не умел и не умеет обращаться с «Файей» - физиоаппаратом «ФА-5М», монстром, весом в четыре сотни килограмм, способным не только на прогревания или точечные промятия, но и на иглоукалывания и даже электрофорез!
  
Советско-индийская поделка, сделанная скорее из желания «позырить, че получится», чем из медицинских мечтаний упростить работу медперсоналу, модифицируется уже восьмой раз и предела совершенству все еще нет!
И если наш «ФА-5М» это саркофаг с кучей механических роликов, шариков, иголочек и тар под разные жидкости, которые задолбаешься промывать после процедур, то «ФА-8AI» уже полнофункциональная машинка, оснащенная манипуляторами и продвинутым ПО, с легкостью диагностирующим и лечащим простейшие повреждения без вмешательства живого персонала!
- А?! Что? Кекс! 
О, пришло в себя и третье чудо, покусанное!
- Добрый вечер, Оливер. – Я подкатил мужчине одно из трех кресел-каталок на станции, предлагая ему технично сдристнуть из отсека. – Разберешься сам?
- Да, блин… Не первый день… - Грустно усмехнулся мужчина, перебираясь с кровати в кресло и направляясь к выходу. – Скажи спасибо профессору за его заботу!
Ну да, Оливер все это время тупо проспал, наширянный успокоительными и болеутоляющими, так что для него все сделал профессор…
Эх, пойти, бухнуть, что ли?
Улыбнувшись своим мыслям, скинул халат и пошел в столовую.
«… А я тебе говорю – необходимо пересмотреть! – Карк навис над Дианой, но, при виде меня – отодвинулся и даже улыбнулся. – Нельзя быть уверенным в точности проведенных экспериментов, если их нельзя повторить! 
- Их нельзя повторить не потому что «нельзя повторить», а потому что нет расходных материалов! – Диана встала из-за стола. – Дэн, культуру Плавкида где можно найти?
Я замер у холодильника, вспоминая, где же я видел вереницу этих синеньких баночек…
- Тебе сухую или активную? – Я решил уточнить. – Активной точно нет, а сухая в «наташиной» лабе должна быть, немного, с полсотни, но должна…
- «Наташина», это та, которая была затоплена? – Уточнил Тони, отбивая пальцами по столешнице что-то опереточное. – Я ведь не ошибаюсь?
- Да, совершенно верно. – Я открыл дверцу холодильника и шмыгнул носом: с прибытием карковской братии в холодильнике образовался склад правильнопитаниевского говнища с цельными зернами на безлактозном молоке из ядра цельного кедра, вместо нормального куска мяса!
Сдвинув в сторону тонко зазвеневшую упаковку сливочного крема без сахара, достал кусок холодной говядины и, закрыв холодильник, пошел к столу.
- Но ведь если лаборатория была затоплена, то оборудование и расходные материалы – безнадежно испорчены?! – Карк подсел напротив меня, мешая наслаждаться едой.
- Оборудование мы с Гасом частично восстановили, частично заменили из запасного, списав не подлежащее ремонту, а с расходниками… - Я принялся методично шинковать кус мяса на кусочки поменьше. – Те, что вскрытые, на столах, тем, разумеется амбец пришел, а тем, что в упаковке, что с ними будет? Температурные пределы там не нарушались, сама тара герметична… Бери и пользуйся.
- А давление? – Карк что, пытается меня экзаменовать?
- Энтони… - Я отставил тарелку с мясом в сторону. – Ну, хоть Вам-то, надеюсь, не надо объяснять, на какой мы находимся глубине и почему станцию до сих пор не раздавило?
- Ха-ха-ха-ха! – Тони засмеялся и захлопал в ладоши. – Браво! «Вы точно – не поляк?!»
Вместо ответа я лишь развел руками и придвинул к себе тарелку, давая понять, что жутко голоден.
Звезды всемогущие, а ведь мне всего шесть, ой, пять месяцев осталось до конца контракта!
ПЯТЬ месяцев!
Я откинулся на спинку стула.
Контракт я подписал в последних числах октября прошлого года, потом обучение, потом прибытие на «Семерочку», потом…
Я начал загибать пальцы, каждый раз получая, что осталось лишь чуть больше четырех месяцев до конца контракта.
- У нас какое сегодня число?! – Я полез в календарь нейромодуля.
«16 июля 2ххх»!
Вы обалдели?!
Я снова принялся считать по пальцам:
Октябрь – контракт.
Ноябрь – «Семерочка».
Декабрь – повышение зарплат.
Январь – моя находка «Ситроена».
Февраль-март-апрель – бегство Энжи, землетрясение и прочие сложности.
Май – приперся Карк.
А как июнь-то пролетел?!
Где, я спрашиваю, июнь?!
- Дэн! Спокойно! Я сюда приперся в начале июня, а не в мае! Так что с июнем все нормально, он точно был! Могу даже справку выписать! – Тони, сидящий напротив меня сделал вид, что мое «приперся Карк» ничуточки ни задело.
А может и вправду не задело?
Не, быть…
- Если сегодня июль… - Я выдохнул. – То, еще два месяца и я свободен!
- Продлять контракт не будешь? – Искренне удивился Тони, в кои-то веки сняв маску суперученого. – Таких зарплат больше нигде не будет, на суше.
- Я хотел себя попробовать здесь. – Я снова взялся за мясо. – И пока здесь были хоть и чокнутые, но свои ученые – наверное, бы и остался. Но вот с «твоими», Тони, прости, мне не по пути.
Я перешел на «ты», зная, что сейчас, кроме нас, в столовой никого нет и придавая, тем самым, некую нотку понимания и даже дружественности.
- Я слишком сильно не люблю аристократов, нациков всех мастей и флагов…
- Лесбиянок и профессоров? – Тони невесело улыбнулся.
- «Теперешних» профессоров, Тони, исключительно «теперешних», а с лесбиянками… До тех пор пока меня не учат «кого и как» – пусть живут себе мирно и счастливо, тем более что, можешь поверить моему опыту, самые нормальные лесбиянки не лезут в чужую жизнь и не дают советов.
- А нациком ты кого считаешь? – Тони подцепил с моей тарелки кусок мяса пальцами и потянул в рот.
- А у вас их много? – «Ужаснулся» я. 
- Значит, пан снова за свое… - Тони снова потянул мясо. – А что там с дверями? Они реально такие быстрые?
- Нет, это просто пан профессор такой старый. – Честно сказал я.
- Мне тут птичка начирикала, что любой, кто тебя обидит, тут же получает в ответ!
- Птичке передайте, что в следующий раз синяки я ей буду сводить исключительно через жопу. Заодно и геморрой полечу… Тем более, что чирей у нее на том месте уже был, так что ей не привыкать!
- А ты знаешь, что Айрис в тебя влюблена? – Вопрос Тони застал меня врасплох. – Она пытается привлечь твое внимание, а ты с ней так! Ай-яй!
- Ничего… - Я отложил вилку в сторону. – Пару месяцев и она меня забудет, как кошмарный сон!
- Раньше… - Тони слегка отодвинулся. – Я думал сперва ее перевести на «Арьяго-3», а теперь вижу – тебя надо переводить. Разбаловал ты их, Дэн. Жутко разбаловал! Сколько бы ты не строжился, они на тебе до Рая и до Ада едут, а ты их лечишь… Ты не злой и жесткий, ты – мягкий и пушистый и я рад, что ты контракт не продлишь. Не потому что ты плохой специалист или, упаси боже, плохой работник, нет! Ты – хороший работник. Но ты…
Карк поерзал на стуле.
- Ты – одиночка. И результаты твои, одни должны быть ТОЛЬКО твои. – В глазах Тони таилась и печаль и понимание.
Жуткая смесь, особенно если учитывать, что именно этот человек привык вершить чужие судьбы.
- «Шестую серию» Дианы ты делал и обрабатывал?
Я лишь кивнул, а чего запираться-то, журнал ведется, росписи ставятся…
- Если Диана повторит «шестерку» без тебя – уйдешь с контракта 1 сентября. Даю слово! – Тони развернул ладонью вверх правую руку и, чуть поморщившись, «запалил» над ладонью огненный шарик.
  
- Я услышал… - Я положил свои руки, развернул ладонями и запалил «огонек» над правой. – Ну, а если обманешь…
Над ладонью левой руки появилась водяная сфера и с легкостью поглотила огонек…
Молчком встав, убрав тарелку в холодильник, а вилку закинув в мойку, направился из столовой.