Памир. Книга 1
Я так задумался, что даже не сразу заметил проглядывающий через редкий лесок форт. Толстые земляные стены, укреплённые камнем. Почему земляные? Не знаю, я просто чувствовал. А вот людей на вышках, патрульных и прочих – видел. И они нас, к сожалению, тоже.
– Это Песковка? – одёрнув бандита, спросил я, но тот вместо этого заголосил.
– Спасите! Спасите, люди добрые! – во всю глотку орал он, вырываясь так, что одежда трещала. Я не успел перехватиться, и бандит, упав на колени, скинул с себя куртку и броню и, голый по пояс, помчался в сторону форта.
Но мне его жизнь была уже безразлична: в открытых воротах в этот момент как раз появился тот самый барчук, который возглавлял нападение на имение Гаврасовых. Он меня тоже увидел, глаза его в ужасе округлились, парень тут же бросился к лошади и, вскочив в седло, пришпорил её.
Я тоже медлить не стал. Приклад к плечу, вдохнуть, задержать и плавно нажать на спуск. Свинцовый шарик пролетел около двухсот метров и клюнул главаря в плечо. Недовольно цыкнув, я выстрелил ещё раз. Отсутствие нормального прицела и чужое, непристрелянное оружие давали о себе знать, но и второе попадание вошло в грудную мишень, свалив боярина с лошади.
Третьего мне сделать не дали. Ворота с грохотом захлопнулись, и сбежавший от меня бандит замолотил кулаками по створкам.
– Пустите! Пустите бога ради! А-а-а! – голосил он, заливаясь горючими слезами. – Он же меня убьёт! Пустите!
– Заткнись! – гаркнул сверху мужчина в красном кафтане, накинутом на начищенную до блеска броню. В шлеме, но с поднятым забралом. Крепкий, бородатый, с кривым шрамом на щеке. – А ты стой! Кто таков?!
Я даже завис на мгновение. А в самом деле – кто? Двести пятьдесят шестой? Памир?
– Защитник бояр Гаврасовых. С кем имею честь? – ответил я, смело выходя на середину дороги.
– Боярин Влад Сокольников, сотник графа Александра Вяземского, – с небольшой заминкой ответил сотник. – Чего тебе надо?
– Сегодня на Гаврасовых напала банда, перебила несколько крестьян, пыталась снасильничать боярынь, – сказал я, ткнув пальцем в рыдающего преступника. – Этот участвовал, как и тот щёголь, которого я с седла сбил. Так что прошу не препятствовать правосудию и не укрывать бандита.
– Что тут правосудие решать не тебе, изверг, – резко ответил Сокольников. – Лишь суд решит их судьбу. Пока же передо мной обезумевший убийца, которого извратила стихия. Мы с вами, тварями, по несколько раз в год бьёмся, и тебе нас не запугать! А бояре Гаврасовы за то, что чудище приютили, перед графом ещё ответят!
– Как ты меня назвал? – медленно, подняв бровь, переспросил я.
– Что, понравилось? Изверг! Мутант магический! Порченый! – хохоча, начал перечислять сотник. – Рожу свою давно видел в зеркале?
– Рожу… ладно… – хмыкнул я и постарался максимально взять под контроль стихию камня. Кожа очистилась, хоть и оставалась серой, под опавшей каменной бронёй оказался бессменный мой парадный костюм принца, с золотыми узорами, в котором я попал в этот мир. И чем больше я менялся, тем в большем ужасе бился в ворота бандит.
– Магик! Магик пришёл! – прокатилось по рядам стражи.
– Так лучше? – улыбнувшись, спросил я и развёл руками, чтобы меня могли со всех сторон рассмотреть. – Так что, сотник, отдашь мне преступника, который напал на боярыню Милославу? Или мне в ворота постучать?
– Чего? – ошалело проговорил сотник, и тогда я просто подошёл к воротам, отпустил окаменение и стукнул в ворота кулаком, да так, что соседние башенки покачнулись. – А ну, стой! Я тебе постучу!
– От-дай-бан-ди-та, – громко, с расстановкой, приговаривал я, на каждом слоге ударяя в ворота.
– Кончай дурить, магик! Отдам, коли виновен он, слово даю! – закричал сотник, цепляясь за край трясущейся стены, чтобы не упасть.
– Ну вот. Так бы сразу, – улыбнулся я. – Открывайте.
– Открыть ворота! – выкрикнул Сокольников. Но тяжёлые дубовые дверцы и не подумали расходиться в сторону, пришлось вопросительно посмотреть на местного начальника. – Пошевеливайтесь, лодыри! К нам господин магик пожаловал.
– Слушаемся! – донеслось с разных сторон, и через минуту ворота, заскрипев и осыпая щепой, отползли в стороны. Только для того, чтобы я увидел на противоположном краю форта улепётывающего главаря бандитов. Да не одного, а с целой свитой, прикрывающей его тяжёлыми щитами на спинах. Все на лошадях, ещё и с запасными, да вьючными.
– Ты понимаешь, что помешал правосудию? – спокойно, но глядя прямо в глаза, спросил я сотника.
– Прощения просим, за задержку. Ну так вон же он, берите… – с едкой ухмылкой проговорил Сокольников. – А коли что не по нраву вам, так не серчайте, его светлость враз в этой беде разберётся и всё решит.
– А скажи-ка, любезный, если я тебя в камень превращу. Ну, со злости. С этим тоже граф твой разбираться будет? – внимательно посмотрел я на сотника, и тот быстро потерял весь свой румянец. – Ты ведь знаешь, кто это был, по глазам вижу.
– Нападение на государева человека карается смертью! – покрывшись бурыми пятнами, но не отступив, сказал начальник форта. Видно было, что ему страшно, чуть ли не до смерти, но службу он свою и верность держал.
– Ну что же. Мне говорили, что эти земли полны разбойников и налётчиков. Но не думал я, что граф Вяземский к этому какое-то отношение имеет.
– За поклёп на его светлость даже магику спины не сберечь. Как до него слова ваши дойдут – вмиг своё получите, – храбрясь, ответил сотник.
– А это хорошо. Передай ему мои слова, – голос вновь сел, но я не собирался заканчивать. – Граф Вяземский не в состоянии службу, порученную ему государем, исполнять. Людишки его распоясались, по дорогам бандиты шастают. Законы не исполняются. А раз так, то какой же он граф? Передашь?
– Видит бог, до последнего слова, – сглотнув ком в горле, ответил сотник.
– Молодец, – улыбнулся я и направился к лестнице, ведущей на стену. Понадобилось несколько секунд, чтобы взять силу под контроль, но в результате я сумел взбежать наверх. Один из стражников попытался преградить мне путь и ткнуть в рёбра мечом, но я лишь отмахнулся, скинув его со стены и быстро превращаясь в гранитную статую.
– Стой! Ты что удумал? – сотник попробовал сопротивляться, но его кинжал лишь вышиб искры из каменной кожи. – Нападение…
– А я не нападаю. Я спрашиваю, – положив ему руку на плечо и чуть сжав, улыбнулся я. – Кто этот мерзавец, что напал на Гаврасовых?
– Не знаю! – выкрикнул он, и я надавил ещё, отчего металлический наплечник со скрипом смялся. Потом ещё капельку, защемляя живые ткани, и сотник взвыл.
– Войцех это! – неожиданно выкрикнул один из стражников. – Боярина Казимежа Клусинского сын.
– Молчи, дурак! – сквозь зубы рявкнул сотник.
– О, спасибочки. Ты своего начальника сейчас спас от того, чтобы в камень обратиться. И чем этот боярин занимается? Где его искать?
– Так, тысячник он, младший воевода графа… – даже чуть растерянно ответил стражник, переводя взгляд с меня на сотника.
– О как. Значит, выходит, что не повезло мне, – хмыкнул я и отпустил Сокольникова. – Ну, может, это и к лучшему, поводов познакомиться с графом всё больше. Значит так, Влад, ты о произошедшем начальству доложи. Всё чин по чину.
– Даже не сомневайся… магик, – держась за плечо, ответил тот.
– И про разбойников. И про нападение на бояр. И про то, что мне вмешаться пришлось. Понял? А если что не так доложишь, так не волнуйся, я потом свою точку зрения точно выскажу, – улыбнулся я, и из-за каменной маски вышла улыбка по-настоящему жуткой. – Ну а если так случится, что на наши обозы нападут или, не дай боги, на имение Гаврасовых, не серчай. С тебя и твоих людей спрашивать приду.
– Спрашивалка у тебя не отросла! – вскинув подбородок и изображая боевой дух, возмутился сотник.
– Да ну? – в этот раз стоило мне шагнуть к вояке, как он не выдержал и отступил на шаг, но споткнулся на пороге башни и сел на задницу. – Думаю, ты и себе и людям своим сейчас всё сказал. В принципе, я и сам всех убить могу. Благо из тех двадцати, что на поместье напало, лишь двое живы: сбежавший трус и вот этот придурок полуголый. Вам его оставляю, развлекайтесь, расспрашивайте, что и как было. А я потом проверю.