Порочный наследник (ЛП)

Снаружи снова раздаются выстрелы, частые и сливающиеся в один звук. Кто-то кричит. Я вздрагиваю и зажмуриваюсь.
— В спальне никого нет! — Кричит один из мужчин. — Давайте проверим…
Его прерывает выстрел. Он такой близкий и громкий, что я закрываю уши руками. Сквозь тонкие стены я слышу крики, ругательства и звук удара чего-то тяжёлого об пол.
Затем звучит холодный и властный голос Элио:
  
— Бросайте оружие. Сейчас.
Наступает напряжённая тишина. Всё моё тело дрожит.
— Я сказал, бросать.
Звук падающих на пол пистолетов — самый приятный звук, который я когда-либо слышала.
— Диего, свяжи их, — говорит Элио. — Уведи их отсюда. Я хочу знать, кто их послал и как они нашли это место.
— Сейчас, босс.
Тяжёлые шаги отдаляются, и я слышу, как хлопает дверь. В доме становится тихо, если не считать приглушенных голосов, доносящихся из передней части дома.
Я застываю в шкафу, боясь пошевелиться, пока дверь не распахивается и не появляется Элио с бледным лицом и пятном крови на подбородке.
— Энни. — Его голос срывается на моём имени. — Иди сюда.
Я практически падаю в его объятия. Он ловит меня и прижимает к себе так крепко, что я едва могу дышать, но мне всё равно. Он жив. С ним всё в порядке. Это всё, что имеет значение.
— Ты ранен? — Умудряюсь спросить я.
— Нет. Я в порядке. — Он отстраняется ровно настолько, чтобы оглядеть меня, его ладони пробегают по моим рукам, плечам, проверяя, нет ли травм. — Ты сама в порядке? Они тебя не задели?
— Я в порядке. Я всё это время пряталась в шкафу.
Он стискивает зубы.
— Они прошли через лес. Убили двоих моих людей. — Слова звучат жёстко и горько. — Это моя вина. Я должен был…
— Это вина Десмонда, — перебиваю я. — Не твоя.
Но я вижу, что он меня не слушает. На его лице написано чувство вины.
— Нам нужно тебя перевезти, — говорит он. — Это место скомпрометировано. Нам нужно отправиться куда-нибудь ещё.
Я прикусываю губу, чувствуя грусть при мысли о том, что придётся покинуть этот домик. Какой бы ужасной ни была ситуация, здесь у нас остались воспоминания, с которыми трудно расстаться.
— Куда?
— Я отвезу тебя в свою квартиру в городе. Это последнее место, где он будет тебя искать, он не подумает, что я приведу тебя туда. Я поставлю там столько охраны, сколько смогу. Ты будешь в безопасности, пока мы выслеживаем Десмонда и покончим с ним.
В его квартиру. В городе. Ближе к Ронану, ближе ко всему, от чего мы прятались.
Но я не спорю. Не после того, что только что произошло. И в этом есть смысл. Десмонд будет ожидать, что мы отправимся в другое безопасное место, возможно, ещё дальше. Он не будет ожидать, что Элио вернёт меня в самое сердце событий. Психологический приём может сработать.
В любом случае, стоит попробовать.
— Хорошо, — тихо говорю я.
Он обнимает меня за плечи, пока мы идём по дому. Я стараюсь не смотреть на разбитые окна, пулевые отверстия в стенах, кровь на полу у входной двери. В гостиной два тела накрыты простынями. Люди Элио.
Меня тошнит.
Вот во что превратилась моя жизнь... Насилие, смерть и бегство.
И всё из-за Десмонда Коннелли.
Диего ждёт нас у чёрного внедорожника и быстро говорит по телефону на итальянском. Увидев нас, он заканчивает разговор.
— Маршрут безопасен. Я попрошу людей встретить нас у квартиры. За вами поедут две машины.
Элио кивает и помогает мне забраться на заднее сиденье. Он садится рядом со мной, а Диего занимает место за рулём. Мы отъезжаем от хижины, оставляя позади обломки и тела. У меня сжимается сердце, когда я смотрю, как всё это исчезает из виду. Мы никогда туда не вернёмся. Это похоже на начало конца.
Я смотрю в окно, и передо мной появляется Бостон — знакомый пейзаж, одновременно успокаивающий и угрожающий. Мы въезжаем в город. На территорию Ронана. Если кто-нибудь меня увидит…
— Никто тебя не увидит, — говорит Элио, читая мои мысли. — В здании есть частный гараж. Ты поднимешься прямо в квартиру.
Я киваю, но не могу говорить. У меня слишком пересохло в горле.
Дорога занимает ещё двадцать минут. Большую часть времени Элио проводит за телефоном, отдавая приказы и требуя отчётов о людях, напавших на домик в лесу. Насколько я могу судить, двое из них мертвы, а двое других «допрашиваются» командой Диего.
Я не спрашиваю, что это значит. Я и так знаю, мне не нужны подробности. Независимо от того, на кого они работают, от одной мысли об этом меня тошнит.
Диего заезжает на парковку у дома Элио, того самого дома, куда я прибежала в ту ночь, когда всё началось. Элио ведёт меня прямо к частному лифту, который поднимается в пентхаус, и приглашает войти. Двери закрываются, погружая нас в тишину.
Мне странно находиться в доме Элио. В его доме. У него не было возможности превратить его в таковой, здесь по-прежнему царит атмосфера отеля, а весь декор и мебель словно созданы дизайнером интерьеров. Здесь безупречно чисто и красиво, но нет ничего личного.
— На втором этаже есть гостевая спальня, — говорит Элио, подводя меня к лестнице и сопровождая наверх. — Там есть отдельная ванная комната и всё необходимое. Просто устраивайся поудобнее. Я скоро приду проведать тебя. Мне нужно сделать несколько звонков.
Он какой-то отстранённый, и ещё дальше от меня, чем раньше, как будто уже начинает процесс расставания со мной. Он отворачивается с телефоном в руке, а я на мгновение застываю, чувствуя себя потерянной и одинокой в этой красивой пустой квартире. Затем я иду в спальню и закрываю за собой дверь.
* * *
Элио приходит проверить, как я, уже за полночь, но я не могу уснуть. Я сижу на краю кровати и смотрю в пустоту, когда дверь в спальню наконец открывается. Он выглядит измотанным, рубашка на нём не заправлена, а волосы растрёпаны из-за того, что он слишком часто проводил по ним руками.
— Прости, — тихо говорит он. — Это заняло больше времени, чем я ожидал.
— Всё в порядке. — Я встаю и обнимаю себя руками. — Ты что-нибудь выяснил?
— Люди, напавшие на хижину, были наёмниками. Десмонд заплатил им, чтобы они забрали тебя и привели к нему. Я не уверен, что он знает, что я женился на тебе. — Его лицо мрачнеет. — Мы пытаемся выяснить, где он скрывается.
Я с трудом сглатываю и киваю. Что-то изменилось, я чувствую это. Между нами возникла дистанция, которой раньше не было.
— Мне нужно уйти завтра, — говорит Элио, не глядя мне в глаза. — Мне нужно уладить дела с Ронаном и попытаться выяснить, где прячется Десмонд. Ты останешься здесь с охраной.
— Как долго тебя не будет?
— Я не знаю. День, может, два.
От чего-то в его тоне у меня сжимается сердце. Он говорит так холодно, и он совсем не такой, каким он был несколько часов назад, когда я сидела у него на коленях, когда его руки были повсюду, когда мы были...
— Элио...
— Нам нужно поговорить, Энни.
У меня внутри всё сжимается.
— Хорошо, — осторожно говорю я, хотя ничего хорошего в этом нет.
Он садится на край кровати, зажав руки между коленями. Я встаю, слишком нервничая, чтобы сидеть, в животе всё переворачивается.
— Сегодня вечером, — начинает он, и я уже знаю, к чему он клонит. — Мы не можем продолжать в том же духе, Энни. Это должен быть последний раз.
Меня сейчас стошнит.
— Почему? — Спрашиваю я, и Элио смотрит на меня измученным взглядом.
— Потому что от этого становится только сложнее. — Он наконец смотрит на меня, и боль в его глазах отражается в моих. — Каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, каждый раз, когда я вот так с тобой, мне всё труднее помнить, что этому нужно положить конец.
  
— Так не давай этому закончиться, — отчаянно говорю я. — Мы можем во всём разобраться, Элио. Мы можем сказать Ронану…
— Нет. — Это слово звучит резко и окончательно. — Мы уже это обсуждали. Мы говорили обо всех причинах. Ронан не станет слушать. Не станет, когда узнает, что мы ему лгали. Он обвинит меня. Он совершит необдуманный поступок, и когда пыль уляжется, я буду мёртв, а твоя жизнь будет разрушена. Твои отношения с братом будут разрушены. Я не позволю этому случиться, Энни. — Он сжимает челюсти. — Я ушёл, чтобы убедиться, что этого не произойдёт. Мне не стоило возвращаться.