Вик Разрушитель 10 (СИ)

— Сначала, когда дедушка Геванча выбрал меня наследницей, особо не думала об этом, — проявив секундную слабость, Дайаана отпрянула от меня. — Другим голова была занята. Раз священный костёр запретил, кто я такая, чтобы ослушаться духов? Хотя… — она хитро улыбнулась, — я так до сих пор не поняла, как тебе удалось их уговорить?
— Ты знала? — я вдруг смутился.
— Нет, конечно! — покачала головой девушка. — Это уже потом передо мной стали раскрываться картинки прошлого и грядущего. Признаюсь, я была очень обижена на тебя, но со временем поняла, что нельзя принуждать к чему-то человека, если тот сам этого не хочет. А ведь тебя принуждали. Попробуй, переубеди наших отцов, что ничего хорошего из нашего союза не вышло бы.
  
Немного не так. Мой-то отец тоже с большой неохотой воспринял желание Чакыра породниться с нами, и очень переживал, что жертвой старинного договора стал я. Пришлось идти на хитрость. Надеюсь, местные духи не осерчали. Судя по тому, что моя жизнь после этого хоть и несколько раз вильнула причудливыми зигзагами, но всё же хуже не стала, я даже в выигрыше оказался.
— Ладно, осваивайся здесь, — я прикоснулся к плечу шаманки, погладил его. — Ванная комната рядом — напротив. До обеда ещё время есть, отдыхай.
— Завтра вечером я хочу провести обряд успокоения духов этого дома, — сказала Дайаана. — У тебя во дворе можно зажечь костёр?
— Ну… парк у меня большой, место найдём, — я хотел сначала предложить пустырь, но сразу отмёл эту идею. Соседи могут неправильно понять, вызовут огнеборцев и полицию. На фига мне такие проблемы? — Наверное, дрова нужны?
— Если не затруднит, — кивнула подруга. — Их нужно принести, но костёр сложу я. Никто не должен к нему прикасаться, кроме шамана, или человека, которому он доверяет.
— А почему именно завтра, а не сегодня? — мне стало интересно.
— Так хотят духи, — отрезала Дайаана.
— Ну, раз хотят — сделаю, — кивнул я и вышел из комнаты слегка обалдевший. Мне ещё шаманского обряда не хватало! Хотя… очень интересно будет поприсутствовать на нём. Авось и в самом деле Диана духов из дома прогонит. С другой стороны, они мне вообще не мешают.
Кого озадачить дровами? Работников-то в усадьбе нет, одни бойцы. Я нашёл Петровича и пошептался с ним. «Старик-разбойник» ответственно отнёсся к делу. Он не стал смеяться, и с серьёзным лицом пояснил, что сейчас же выделит на важное мероприятие молодых бойцов. Нечего бока пролёживать, заодно и мышцы разомнут. Оказывается, в хозяйственном сарае у нас с десяток ненужных брёвен лежит, их нужно только распилить и наколоть дров. Откуда они там появились, я даже не знал. Вероятно, остались со времён Ушатых, когда особняки ещё отапливались собственными котельными. Она и в моём доме есть; правда, не действующая, её захватил садовник для своих нужд. Сейчас-то посёлок подключён к единой отопительной сети. Новенькая котельная бодро дымит двумя высокими трубами, никто не жалуется, только плати работникам исправно. Ну, за этим следит выборный поселковый староста. С ним активно общается мой управляющий. Казаков еженедельно даёт отчёты по всем направлениям хозяйственной деятельности, поэтому я в курсе, что происходит в «Сокольниках».
Озадачив Петровича, со спокойной душой направился в мастерскую, где Гена Берг со своими неутомимыми помощниками готовил оба моих «Бастиона» к предстоящим боям с князем Оболенским. Надеюсь, тверские аристократы не подложат мне какую-нибудь свинью. Как-никак, я же для них теперь конкурент!
2
Сделав несколько кругов над землёй, сверкающий в лучах солнца массивный с виду экзоскелет вышел на пологую траекторию и мягко опустился на влажную площадку полигона, изрытую сотнями подобных приземлений. Чавкнула ещё не успевшая замёрзнуть грязь. К пилоту тут же бросились стюарды — как с усмешкой называл их князь Артемий Степанович, частенько критикуя директоров «Экзо-Стали» за излишнюю тягу к иностранным словам. Обычные помощники, механики. Какие, к дьяволу, стюарды? Тем не менее, надо было признать, что Оболенские — те ещё англофилы.
Закинув ногу на ногу, Глава Рода терпеливо ждал под навесом, когда Владимира освободят из бронированного каркаса, и чтобы не скучать, изредка прикладывался к серебряной фляжке.
— Дедушка, ты ещё не всё выпил? — иронично поинтересовалась у него стоящая рядом молоденькая барышня в длинной горностаевой шубе. Покрасневшие на морозе щёчки, влажно блестящие карминовые губы, ровный ряд белоснежных зубов, точёный носик и огромные зелёные глаза с золотистыми искорками на радужке вкупе с толстой пшеничной косой, достающей чуть ли не до талии, вырисовывали образ юной красавицы, по которой сохла молодая аристократия Твери. — Удовольствие растягиваешь?
— Елизавета, твоя язвительность очень расстраивает меня, — тяжело вздохнул князь, но настолько наигранно, что на губах девушки появилась улыбка. — Неужели деду нельзя согреться? У тебя-то кровь горячая, да и тепловой завесой себя окружила. Не жарко? Может, шубку скинешь?
— А я, как кошка, люблю тепло и комфорт, — Лиза устремила взгляд на отца, широким шагом идущего в сторону командного пункта, и придерживающего на плечах тяжёлую шубу, которую на него накинул один из стюардов. С внутренним беспокойством она ждала, что же скажет папочка насчёт аэродинамических свойств экзоскелета. Ведь по её чертежам на «Атоме» изменили экстерьер в районе плеч, да и шлем претерпел изменения. В ожидании блиц-боя с московским выскочкой Мамоновым эти нововведения могли улучшить манёвренность.
— Отец, у тебя осталось? — вместо разбора полётов Владимир Артемьевич кивнул на фляжку, которую крепко держал Глава. Лиза слишком театрально вздохнула и поправила шапку из того же меха горностая. Ветерок шевелил невесомые шерстинки, отчего белоснежный мех заблестел на солнце, создавая красивый ореол над головой девушки.
— Держи, пока Лизка не отобрала, — усмехнулся князь, протягивая фляжку сыну. — Не томи дочку, а то она сейчас своим сапожком яму в земле выроет.
— Ну, папа! — не выдержала княжна. — Словечко-то хоть вымолви!
— Удачно получилось, — улыбнулся Владимир Артемьевич и припал к фляжке. Сделал два глотка, крякнул. — Хороша настоечка! С брусничкой да клюковкой!
— Так ты бабушкину настойку стянул из буфета? — вытянулось лицо у Елизаветы. — Деда! Её же в малых дозах употреблять надо!
Старший Оболенский захохотал, запрокинув голову. Стоявшие рядом телохранители и инженеры старательно прятали улыбки.
— Обвёл я тебя вокруг пальца, внучка! — довольный собой, князь подмигнул сыну.
— Молодец, Лизонька, хорошую идею подсказала, — кивнул Владимир на немой вопрос дочери. — Аэродинамические показатели я сбросил на планшет наших инженеров. Пусть сами разбираются. А манёвренность улучшилась на вираже. Ненамного — у нас и так все компоненты бронекостюма вылизаны — но перегрузки уже не так ощущаются. И вообще, лучшее — враг хорошего.
— Папа, я на днях посмотрела некоторые бои этого Волхва, — Елизавета решительно отобрала фляжку у отца. — Он в рукопашном бою очень хорош, как и в отражении любой магической атаки. А почему бы вам не провести спарринг не в закрытом помещении, а на полигоне? Можно даже поставить на направляющие учебное вооружение, которое будет стрелять красящими шариками. Так интереснее, мне кажется.
— У нас осталось всего шесть дней до встречи, — покачал головой Владимир Артемьевич. — Боюсь, Лига не пойдёт на изменение формата.
— Или пойдёт, если ты им ещё полмиллиона в зубы дашь, — хохотнул Глава. Его настроение повысилось после забористой настойки, от которой кровь бурлила, как термальный источник. Что-что, а готовить магические зелья разной направленности любимая жена умела. Мало того, что сама в молодости с ума сводила мужиков, используя природную красоту вкупе с настойками, так и внучке передала Дар обольщения.
  
— Жирновато будет для этих упырей, — буркнул Владимир Артемьевич, с задумчивостью бросая взгляд то на отца, то на раскрасневшуюся от мороза дочь. — Да и не каждый зритель согласится торчать на открытом воздухе и пялиться вверх. Опять же, мы планировали делать объёмную сьёмку. Нет, не в этот раз. Идея очень интересная и многообещающая, но пока отложим.