Айсберг страсти

– Боюсь, вы правы. Я приехал в Уинсвил полный решимости забрать ее с собой, чтобы начать все заново в другом месте.
Сьюзен еще раз внимательно обвела глазами огромный тюдоровский особняк.
– И вы готовы были отказаться бы от такого великолепия ради нее?
– Без лишних раздумий. Ей стоило лишь сказать «да». – Слова были произнесены с таким жаром, что у Сьюзен даже не возникло сомнений: почтенный судья говорил правду, одну только правду и ничего кроме правды.
  
Сердце в груди девушки с силой заколотилось. С невыносимо огромной силой.
– Почему она с вами не поехала?
– Она знала, что это погубит мою карьеру. К тому времени я уже был мировым судьей с юрисдикцией по уголовным и гражданским делам. Открывалась хорошая перспектива. – Бредли улыбнулся старым воспоминаниям. – Сандра была очень умна и знала, что, если она скажет, будто делает все ради моего блага, я не стану даже слушать. Поэтому она заявила, что встретила другого и собирается за него замуж.
– И вы поверили ей? – Сьюзен взглянула на дневник, из которого буквально вырывалось пламя страсти. Она не могла поверить в подобный исход.
Янтарные, как и у девушки, глаза Бредли тоже устремились на дневник.
– Сандра, как гениальная актриса, сумела разыграть все так убедительно, что я не чувствовал ничего, кроме смертельной боли. Мне словно вонзили нож в самое сердце. Она еще и смеялась надо мной. Я ушел, ни разу не оглянувшись назад. В тот момент я ненавидел эту женщину так же страстно, как и любил ее.
Сьюзен чуть не вскрикнула. Она до боли закусила губу, чтобы сдержать отчаяние. Андре Бредли участливо взглянул на девушку.
– Я прошу прощения. Я понимаю, какое это, должно быть потрясение для вас. Вам надо что-то выпить.
– Нет! – остановила его Сьюзен. – Расскажите мне все.
Бредли заколебался, но в глазах девушки горела такая мольба, что он подчинился.
– Прошло много лет, прежде чем я узнал, что Сандра солгала мне. В одной из газет поместили ее фотографию. Она как раз начинала заниматься благотворительностью.
Сьюзен взглянула на дрожавший в ее руках дневник.
– Вы встречались с ней?
– Нет. Что я мог ей сказать? Все было кончено. После стольких лет. У меня жена. Погубить только одну женщину – это уже тяжкий грех, бремя которого мужчина несет всю жизнь.
– А я думала, это вы бросили ее.
– И ненавидели меня за это? – Сьюзен не ответила, да и не было в том нужды. – Отнеситесь к ее решению с уважением, Сьюзен. Она знала, что, согласившись с моим планом, мы погубим нас обоих. Сандра отпустила меня. А теперь я могу познакомиться с родной дочерью о существовании которой и не догадывался. Если только она, конечно, позволит.
– А ваши родные? Они знают? Вы говорили им?
– Еще нет, – покачал головой Бредли. – Кто вы такая, Сьюзен, – это ваша история. Я утратил право просить вас признать меня отцом в тот день, когда позволил молодой женщине одурачить меня святой ложью во имя любви. Но теперь я все открою им.
– Нет, сэр, не надо. – Боль читалась в каждой черточке сильного лица, и девушка коснулась его руки. – Я не отвергаю вас. Но у вас семья. Моя мать сделала свой выбор и примирилась с ним. Нам тоже не остается ничего, как подчиниться ее воле. Я уверена, она никогда не жалела о принятом решении. У меня были любящие родители. – Сьюзен робко улыбнулась. – Давайте подарим жизнь вашей легенде. Пусть все думают, что я только дочь старого друга.
Как когда-то ее мать, Сьюзен приняла решение покинуть любимого человека. Но в отличие от Сандры она оказалась неправа. Но ей тоже придется примириться со своим выбором. Единственным утешением могла служить неожиданная правда об отце.
Дверь библиотеки открылась, на пороге появился Пол.
– Сэр, мама просит вас прийти. Она хочет знать, сколько человек будет к обеду.
– Спасибо, Пол, я иду. Позаботься о Сьюзен. Проводи ее в комнату. В голубую спальню.
– Но… – поразился юноша.
– Голубая спальня, Пол.
– Да, сэр.
Пол проводил Сьюзен наверх по широкой лестнице, болтая о всевозможных пустяках. Она наблюдала за молодым человеком. В нем уже проглядывали черты отца. Еще десять лет, и путь наверх, но теперь уже по служебной лестнице, заставит его лицо посуроветь.
Молодой человек остановился возле двери, глубоко вдававшейся в обшитую панелями стену.
– Это голубая спальня. Если что-нибудь понадобится, поднимите трубку домашнего телефона. – Он растерянно улыбнулся, словно ребенок, который набедокурил и был пойман с поличным. – Увидимся за обедом.
– Спасибо, Пол.
Сьюзен посмотрела вслед молодому человеку, который повернулся и быстро зашагал прочь. Пол мог не знать всей правды о ней, однако сейчас ему было известно больше, чем ей сказал Андре Бредли. Девушка взглянула на книжку, которую все еще сжимала в руках. Интересно, как она попала к ее внезапно объявившемуся отцу? Каким-то образом она догадывалась, что Рой в этом участия не принимал. Завтра она еще раз поговорит с судьей, и все встанет на свои места.
Сьюзен нетерпеливо повернула ручку, открыла дверь и застыла на полпути, осознав, что в комнате уже кто-то есть. Широкоплечий темноволосый человек задумчиво рассматривал парк за окном.
– Входите, Сьюзен. Закрывайте дверь. Комната неожиданно стала очень маленькой, кровь застучала в голове все сильнее и сильнее. И когда казалось, что барабанные перепонки вот-вот лопнут от нарастающего грохота, подступила спасительная темнота.
Прикосновение холодного полотенца вернуло Сьюзен к действительности. Она попыталась открыть глаза.
– Грэгори? Что вы здесь делаете?
– Тш-ш. Сейчас вам станет лучше. Полежите тихонько.
Невыносимая боль в висках заставляла усомниться в правоте его слов, но Сьюзен подчинилась, потому что движение потребовало бы больше усилий.
Кровать слегка качнулась под тяжестью тела Грэгори, когда он устроился рядом с девушкой. Сьюзен слабо запротестовала, когда он расстегнул ей воротник и бюстгальтер под блузкой. Но Грэгори не обратил никакого внимания на ее протест, к тому же дышать действительно стало легче, и Сьюзен успокоилась.
– Я потеряла сознание?
– Да, любовь моя. Боюсь, что так. Когда оправитесь, можете оторвать мне уши за то, что я так напугал вас.
– Я не испугалась. Это потрясение… Как много потрясений в один день!
– Но как вы узнали?..
– Как я узнал, почему вы убежали от меня?
– Ну, хотя бы это. Для начала.
– На это ушло некоторое время, дорогая. От такого неожиданного поворота я сначала утратил способность ориентироваться. Я думал, я надеялся, что вы любите меня по-настоящему, а когда видишь, что заблуждался в человеке, полностью теряешь присутствие духа. К тому же вы наврали мне про телефонный звонок, а я был настолько зол, что даже не стал доискиваться причин вашей лжи.
– Как вы узнали, что я солгала? – изумилась девушка.
– Да потому, моя сладкая, глупенькая, прекрасная Сьюзен, что в ту субботу Рой просто не имел возможности дать ваш телефон кому бы то ни было.
– О-о! – протянула она, раздосадованная тем, что ее уловку удалось так быстро разоблачить.
– О-о? – ласково передразнил ее Грэгори. – Я объясню даже почему. Потому что Рой Дэвис не вернулся в свой офис в субботу. Он доехал до Уинсвила, понял, что, сидя за рулем в таком состоянии, он будет представлять угрозу не только своей жизни, но и жизням других людей на дороге, и принял мудрое решение снять в гостинице номер на остаток дня и хорошенько выспаться. Он только-только выходил из отеля, когда я возвращался из Эксетера, сияя от счастья ярче, чем луна на небе, и чувствуя, как это проклятое кольцо прожигает дыру в моем кармане.
  
– О, Рой!
– Это не тот человек, кому можно довериться, Сьюзен, – предупредил ее снова Грэгори. – К тому же его очень легко сделать пособником, всего лишь слегка напугав. Как же еще я мог пробраться в ваш дом и заполучить дневник Сандры?
– А как вы догадались, где его искать?
– Озарение. Ну, и еще лестница, которую вы оставили наверху в надежде, что Рой уберет. Это очень непредусмотрительно с вашей стороны.