Его строптивая малышка (СИ)

Впрочем, после той ночи, почти как любая девушка с разбитым сердцем, я решаю изменить внешность, стать ярче и привлекательнее. На кардинальный подход я не решаюсь, но кое-что все-таки делаю. Обрезаю волосы, прохожу курсы по макияжу и делаю себе татуировку. Маленькую. В самом низу поясницы.
Небольшие изменения, но теперь на меня заглядываются не только ровесники – вчерашние студенты.
  
Достаю зеркальце.
На меня смотрит молодая темноглазая девушка с каштановым удлинённым каре, достающим до плеч. Макияж заставляет выглядеть глаза выразительнее, а губы капризнее. Сейчас я выгляжу соблазнительно.
Толик даже приходил истерить по этому поводу. Мол, ты пошла по наклонной, но если ты вернешься, то я тебя прощу и направлю на путь истинный.
Вздыхаю.
Да, я бросила Толика. Утром сразу после того, как переспала с Данилом.
Та ночь оставляет неизгладимое впечатление, и теперь меня воротит при мыслях о слюнявых поцелуях бывшего, его жадных влажных руках, лезущих ко мне в трусики.
Мы и сексом-то с Толиком занимались всего два раза.
Он лишил меня девственности и очень эти гордился, но после первого раза у меня осталось только недоумение и чувство брезгливости. Слава богу, у меня хватило ума понять, что это не я фригидная, а мужик мне попался не мужик.
Повторение этих нелепых телодвижений оттягивала так долго, как только могла, надеясь, что Толику надоест, и он свалит в закат. Но Толик ныл, приставал, давил на жалость, и, в конце концов, я дала ему опять.
Второй раз вышел чуть получше. Может, даже дотянул бы до отметки «терпимо», если бы Толик не решил показать мне всю свою сексуальную подкованность, которая выражалась в частой смене неудобных поз. Это отбило у меня и без того слабое желание ложиться с Толиком в постель.
Впервые удовольствие я получила с Данилом.
О! Он явно знал, что делает!
Ему и в голову не приходило никого впечатлять. Данил просто делал то, что хотел. Он позволял себе все. И рядом с ним я сама становилась раскованной и смелой. Даже дерзкой.
Мы провели вместе всего один вечер и одну ночь, но мне кажется, я никогда не чувствовала себя настолько свободной.
Я берегу это воспоминание, каждый его кадр отпечатался в моей памяти.
Я счастлива, что, когда он протянул мне руку, я решилась ее принять. И как бы больно мне не было потом, я не жалею, что это было.
Но повторения этой боли я не желаю. Рана еще слишком свежа.
И сейчас сидя перед специалистом, оформляющим мой прием на работу, я все еще полна сомнений.
Ах, если бы мне не была так нужна именно это работа!
Я, не задумываясь ни на минуту, ушла бы сейчас и искала другую.
Разумеется, потом я бы поливала слезами подушку, кусала локти и представляла, как назло бесчувственному Староверову выхожу замуж за самого шикарного мужчину, оставляя теперь уже Данила кусать локти и мучиться от ревности.
Знаем уже, проходили.
Проблема только в том, что я не могу представить мужчину шикарнее, чем Данил. Наверно, у меня слишком мало опыта. Я влюбилась впервые. Говорят, любить здорово, но мой опыт показывает, что первая любовь – это больно и обидно.
Надо бы уйти, но, увы, обстоятельства складываются против меня.
Поэтому, сжав зубы, я жду, пока Елена – так кажется – закончит всю процедуру.
Уже оформлена электронная цифровая подпись, остались мелочи. Даже ноутбук выдали. Хорошо работать в айти-компании: все давно цифровизировано, и кругом гаджеты.
Правда, когда я подписываю все электронные документы и полагаю, что мы закончили, Елена достает из верхнего ящика стола большой заклеенный коричневый конверт из плотной бумаги и передает его мне.
– Что это? – интересуюсь я.
– Это вам. Там рабочий смартфон, дополнение к вашей должностной инструкции и информация от Данила, необходимая вам на начальном этапе работы, – Елена ненадолго задумывается. – Думаю, внутри его расписание, список уже запланированных дел на ближайшее время и коды доступов.
– Дополнение к должностной инструкции? – у меня снова бегут мурашки.
«… к вам у меня будут особые требования. И обязанности у вас будут тоже особенные».
– Да, в трудовом договоре есть пункт, что вы обязаны выполнять и другие разовые поручения руководителя. Помните? Вы же понимаете, что все предусмотреть невозможно. Так вот, здесь – детальнее.
– И что там? – меня бросает в жар.
«… насколько вы владеете языком…»
Елена смотрит на меня укоризненно.
– Вы же видите, конверт запечатан. Значит, там информация только для вас. Я не имею права вскрывать конверт, который запечатал лично Данил.
– А… – облизываю пересохшие губы, – по вашему опыту какие дополнительные обязанности могут быть?
Она пожимает плечами:
– Данил впервые оформил это отдельным документом, – похоже, Елене вовсе не интересно, с чем придется столкнуться ассистенту генерального директора.
– Но ведь вы должны были озвучить мне все условия до подписания трудового договора!
– Никто из прежних ассистентов Данила не жаловался. Размер заработной платы компенсирует многие недостатки этой работы. Но вы точно должны быть готовы к сверхурочным. Персональный ассистент – это должность с ненормированным графиком. Вы будете проводить с Данилом не менее шестнадцати часов в день.
«…нам с вами предстоит тесная работа…»
Каждое слово словно гвоздь в крышку гроба.
– А если эти обязанности будут для меня неприемлемы. Или я по каким-то причинам не смогу выполнить поручение?
– Я не уполномочена обсуждать ваши обязанности, вы подчиняетесь напрямую Данилу. Если у вас есть какие-то сомнения, то вам стоит обратиться к нему.
«…лично проверю ваши навыки…»
Елена вырывает меня из ступора:
– Виктория, проверьте, пожалуйста, наличие и исправность техники. Если все в порядке, я дам айтишникам отмашку, они вышлют вам логин и пароль от корпоративной системы.
Подрагивающими пальцами надрываю плотную бумагу.
Блестя яблочком, на колени мне выкатывается новенький беленький смартфон. Вроде включается.
Также выпадает несколько связок ключей, записки с логинами-паролями от гаджетов Данила.
И да, в конверте есть кое-что еще.
Волнуясь я достаю из конверта несколько листов формата А4, среди которых действительно обнаруживается дополнение к должностной инструкции персонального ассистента Виктории Леонидовны Долецкой.
Пробежав глазами по диагонали первый лист, я теряю дар речи.
– Виктория, что с вами? Вы побледнели!
  
Глава 3. Взвешенные риски
 
Толкаю дверь и, держа за телескопическую ручку свой здоровенный чемоданище, вкатываю его в просторную комнату, оформленную в бежевых тонах.
Все пространство залито светом, струящимся из двух больших окон.
В целом, все выглядит уютно и функционально.
В левой половине комнаты оборудован офисный уголок, а правая половина, очевидно предназначена для отдыха.
Перед глазами всплывают строки дополнения к должностной инструкции: «Персональный ассистент (далее – Ассистент) в течение всего срока действия трудового договора проживает на территории Работодателя».
Интересно, сколько ассистентов здесь побывало до меня?
А были ли среди них мужчины? Очень вряд ли.
Мне представляется череда разнообразных женщин, лежащих с раздвинутыми ногами на этой огромной кровати.
Вообще-то, когда я наводила справки о «Старз», многое прочитала и о Староверове. Мне казалось, что если пойму, что за личность ее основатель, то смогу представить порядки, которые царят на моем будущем месте работы.
Понять это было очень важно. Вот уже почти полгода я пытаюсь решить свою проблему, и работа в «Страз» видится мне одним из вариантов выхода из ситуации.
  
После анализа всех интервью Староверова мне не показалось, что генеральный директор «Старз» – человек, который будет смешивать работу и личную жизнь. Черт, и как это мне ни разу не попадается его фотография? Словно он нарочно нигде не светится.