В ловушке

Он улыбнулся мне.
— Спасибо.
Затем были веревки вокруг наших лодыжек, которые он перерезал несколькими быстрыми движениями, и мы были свободны.
Я встала.
— Что мы будем делать теперь?
— Ты ничего, кроме как убежишь. Я разберусь с ними.
— Что? Нет. Ты ни в коем случае не можешь этого сделать. Их трое!
— Если ты не заметила, задняя дверь прямо за лестницей. Они были достаточно самоуверенны, чтобы не запереть эту дверь, — он указал на дверь подвала, — так что одной проблемой меньше. Я собираюсь убедиться, что путь свободен для тебя, чтобы…
  
Я схватила его за предплечья, становясь все холоднее и холоднее.
— Ты вообще меня слышишь, Блейк? Нам нужно убежать вместе! Мы найдем кого-нибудь с телефоном и позвоним в полицию.
— Джесси. — Он взял мои руки в свои. — Я не могу упустить эту возможность. Я не могу просто сбежать, когда наконец могу отомстить.
— Нет, Блейк. Пожалуйста. Подумай об этом. Пожалуйста. Я умоляю тебя не делать этого. Давай сбежим вместе и вызовем полицию. Они получат большой срок за то, что сделали с Эммой.
Он просто долго смотрел на меня, и каждая новая секунда была мучительной, потому что моя надежда сталкивалась с болью, которая поглощала меня все больше. Если он не передумает…
— Или… или ты можешь просто выстрелить им в ногу или что-то в этом роде, — добавила я, отчаиваясь. — Ты можешь сильно их ранить. Да. Ты можешь ранить их, и они, типа, будут сильно истекать кровью, и это будет приятно, да? — Теперь я лепетала весь этот бред, пытаясь сделать все возможное, чтобы заставить его изменить свое мнение. — Ты можешь заставить их страдать, пытая их долго и медленно, и это все равно будет жестоко, да? Есть много способов пытать их…
Он сжал мои руки.
— Джесси…
— Пожалуйста, — прошептала я. Слеза скатилась по моей щеке. — Пожалуйста, не покидай меня.
Он обхватил мою щеку и смахнул слезу большим пальцем, глядя на меня с грустью, которой не было равных.
— Я не хочу оставлять тебя. Я хочу сделать тебя счастливой.
— Тогда сделай меня счастливой. Дай нам шанс. Есть и другие способы отомстить. Пожалуйста, Блейк.
— Джесси, я… — Он убрал руку с моего лица и закрыл глаза, глубоко вздыхая. — Я не знаю, что делать. Я понятия не имею.
— Живи, — сказала я. — Найди способ вырваться из своего прошлого и жить. А я буду здесь. Я буду ждать, когда ты выйдешь, и помогать тебе до конца. — Я положила руку ему на сердце, и из моих глаз потекло еще несколько слезинок. — Я помогу тебе увидеть, что у тебя есть еще много всего, ради чего стоит жить. Ты снова можешь быть счастлив. Я сделаю все возможное, чтобы сделать тебя счастливым.
Он изучал мое лицо в те долгие секунды, которые тикали, его сердце бешено колотилось под моей рукой. Я едва могла дышать, отчаянно надеясь, что достучалась до него.
Он вытер одну слезу с моего лица, затем другую. И еще одну…
— Хорошо, — сказал он, спустя целую вечность.
Мое сердце остановилось.
— Хорошо?
— Хорошо. Давай уйдем отсюда.
Меня охватило невиданное ранее облегчение, и я притянула его в свои объятия, крепко обхватив руками его талию.
— Спасибо! — Сказала я ему в грудь. — Спасибо, спасибо, спасибо.
Он поцеловал меня в макушку.
— Оставь свои благодарности на потом. Пойдем, пока они не вернулись.
Он взял меня за руку и направился к двери. Стук моего сердца звучал слишком громко для моих ушей, когда он потянулся к дверной ручке, и сотня плохих сценариев пронеслась в моей голове, пока я ждала, когда он ее повернет. Я глубоко вздохнула, когда он открыл дверь, а за ней никого не было.
Мы поднялись по лестнице на первый этаж, и он остановился на верхней ступеньке.
— Подожди меня здесь, пока я проверю, заперта ли задняя дверь, — прошептал он, отпуская мою руку.
Мрачная мысль о том, что я в последний раз держу руку Блейка, мелькнула у меня в голове, и я застыла, как приклеенная к земле. Это плохо.
Он выглянул из-за деревянных перил, чтобы посмотреть в коридор, из которого мы пришли, и бесшумно прошагал к задней двери, которая теперь казалась слишком далекой. Мое тело жаждало пошевелиться, проверить, где они, оттащить Блейка от этой двери, но я ничего не делала, считая секунды, которые казались часами.
Он попробовал открыть дверь, но она была заперта. Плохо. Это очень плохо. Рядом с этой дверью коридор заканчивался тупиком, а это означало, что единственный выход был тот, которым мы вообще сюда попали. Нам нужно было пройти через гостиную, которая была соединена с холлом, так что у нас не было возможности уйти незамеченными.
— Что теперь? — Прошептала я одними губами, приближаясь к нему на шаг.
— Подожди, — прошептал он в ответ, подняв руку в покадровой съемке. — Я поищу другой путь. Не двигайся.
— Нет, Блейк… — начала я, но он не послушал, направившись в сторону гостиной.
Я сжала руки в кулаки. Я знала, что ему не следует туда идти. Они увидят его и…
Грохот из гостиной заставил мою кровь застыть в жилах.
— Блейк, — простонала я.
Еще один грохот пронесся в воздухе, и я метнулась по перилам под звуки борьбы и хрюканья. Я едва успела сделать два шага, как Айзек вышел из гостиной и бросился ко мне с пистолетом. С криком я бросилась по перилам и вниз по лестнице в подвал, паника обожгла мне легкие, когда он выстрелил в меня из пистолета.
Я снова закричала, шатаясь. Что я могла сделать? Я не могла убежать! Всего через несколько секунд он доберется до меня и убьет меня… Мои глаза лихорадочно метались по пустой комнате…
Веревки!
Но…
Нет, я должна это сделать.
Я схватила веревку и остановилась рядом с открытой дверью в последний возможный момент. Айзек ворвался внутрь, не видя, как я прячусь в стороне, и я действовала инстинктивно.
Я набросила веревку ему на шею и потянула так сильно, как только могла, адреналин хлынул через мою систему.
— Сука, — выдавил он, ударив меня локтем в живот.
Я осталась без воздуха, когда тошнотворная боль пронзила мой живот, и я почти отпустила веревку. Проталкиваясь сквозь нее, я дернула веревку еще сильнее, борясь с ним, пока он пытался сбить меня с ног. Его задыхающиеся звуки смешались с моими громкими хрюканьями, когда он снова попытался ударить меня локтем, но я едва увернулась, и веревка глубоко врезалась в мою кожу, когда я потянула ее еще сильнее.
Он захлебнулся и хлюпнул, отступая:
— Я… убью… Он впечатал меня в стену, заперев меня между собой и твердой поверхностью, а из гостиной раздались крики и грохот.
Его локоть снова наткнулся на мой живот, выбив из меня весь воздух. Я закричала от невыносимой боли. Я больше не могла этого выносить, и собиралась отпустить веревку, но тут он рухнул головой вперед, ударившись об пол без сознания, и я чуть не оказалась распростертой на нем.
Я восстановила равновесие. Мои руки все еще дергали веревку, мой разум отказывался принимать возможность того, что он был без сознания, думая, что он, должно быть, разыгрывает меня… Но секунды шли, а он не двигался. Я отпустила веревку и упала на колени, когда ужас от того, что я сделала, нахлынул на меня.
Он был мертв? Нет, он не мог быть мертв!
Я прижала пальцы к его шее и почувствовала слабый, но живой пульс. Я вскрикнула от облегчения. Он жив…
Раздирающий крик прорезал воздух, и мой желудок упал.
Блейк.
Мне нужно было немедленно добраться до Блейка.
Я оперлась на пол, чтобы встать, но сильная боль пронзила мой живот, вызывая слезы на глазах. Я захрипела, говоря себе не обращать внимания на боль и напряжение, и заставила себя подняться на ноги, пока не заметила выпуклость в заднем кармане джинсов Айзека, похожую на телефон.
  
Я могла бы использовать его, чтобы вызвать полицию! Да.
Послышались еще звуки ударов, и я заставила себя двигаться быстрее.
Блейк, держись.
— Пожалуйста, не просыпайся так скоро. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — прошептала я Айзеку и засунула руку ему в карман. Да! Это был телефон.