Экстрасенс в СССР 2 (СИ)

После этого Рыжий вытащил из сарая канистру бензина, заправил бак мотоцикла по крышку. Потом потребовал, чтобы я отвёз его в заводскую общагу на законное койко-место. Разумеется, мы сразу выдвинулись.
— Мамка деньги не отдаёт, — пожаловался друг, когда мотоцикл медленно проехал мимо затаившихся за поворотом «Жигулей». — Приказала половину полученного на заводе отдавать. Хочет всё на книжку мне положить. А остальное заставляет на одёжку потратить.
  
— Ну, и в чём она неправа? — спросил я, сидевший позади Рыжий, хлопнул меня по шлему. — Тебе такая сумма в общаге на хрен? Ты наверняка договорился, что будешь проставляться. Вот тётя Тамара и переживает. Ей не нужно, чтобы ты всё заработанное за два месяца, включая колхозные рубли, за неделю прогулял. Какой смысл пахать, как лошадь, чтобы потом всё быстро спустить на водку?
— Ну, я же парням обещал?
— Вот и проставься, только грамотно. В пятницу после работы купи двадцатилитровую канистру «жигулёвского» и солёной рыбы. Да у вас весь этаж упьётся. Сам знаешь, будет пиво, мужики водку сами найдут. А тебе дёшево и сердито. Заодно никто слова плохого не скажет, а наоборот оценят.
— Хорошо, такое мне подходит, — крикнул Саня и добавил. — Но кто-то недавно предлагал в ресторан сходить.
Я сразу подумал о ресторане «Чайка» при гостинице. Козырнее места в нашем захолустье нет. Или придётся ехать в Смоленск. К тому же можно подобрать время визита, и как бы случайно пересечься с журналисткой. Надо подумать. С учётом того, что Волкова за мной следит, то она и сама может пойти на контакт.
— Раз обещал, значит, сходим. Покажу, с какой стороны вилка должна лежать, а с какой ложка. Но тебе предварительно надо приодеться. Извини, Саня, но твоя мать права. Спортивный стиль в ресторане не прокатит. Так что кеды и олимпийку, необходимо сменить на что-то модное.
— Хорошо! Схожу, джинсы себе прикуплю, новую рубаху и штиблеты, — пообещал Рыжий.
Подкатив к общаге, находящейся невдалеке от завода, я высадил дружбана и неспешно покатил к дому. Немного отклонившись от маршрута, проехал мимо трёхэтажного дома тёти Вали. Откуда-то я помнил подъезд и теперь попытался угадать, на каком этаже она живёт. Правда, с наскока не получилось. Наводить справки об адресе нельзя. Поэтому придётся определять квартиру на месте, уловив момент.
Добравшись до дома, я в последний раз посмотрел на промелькнувшую красную «копейку» и ухмыльнулся. Ну, вот неймётся человеку! Какой смысл бесполезно тратить время? Я ведь завтра в деревню рвану. Она поедет следом? А если мне придётся остаться там и вернуться в Яньково утром? Так, скорее всего, и будет.
Главное, что журналистка пока не уверена в моей вине, иначе сдала бы органам. Поэтому пусть катается.
Видимо, после обморока, я держался на морально-волевых. Вторая волна отката резко настигла, как только за мной захлопнулась дверь конуры. В итоге пришлось закинуться цитрамоном, и сразу лечь спать.
Всю ночь снилась чернота, в которой кто-то шевелился. И опять там была не одна, а две едва видимые фигуры.
Несмотря на то что лёг рано, проснулся только благодаря будильнику. Одно хорошо, долгий сон подействовал позитивно. По крайней мере, сознание прояснилось, и исчез даже намёк на слабость. А дальше захлестнула обычная рутина. Всё как обычно. Встреча со знакомыми в толпе, Саня, догнавший рядом с общагой.
* * *
Смена прошла нормально. До обеда поговорил с начальником транспортного, сослался на то, что надо съездить в колхоз, и доделать кое-какие дела. Севастьянов без проблем дал разрешение выйти в среду после обеда.
В столовой снова не было Светы Егоровой. Опять появилось беспокойство, но я не придал ему значения, ибо голова была забита совсем другим. Ещё Рыжий отвлёк, пристав с выбором джинсов. Лида снова включила режим равнодушия. Прочитал обрывок мыслей комсомолки, где она обвиняет меня в тупости, и малость прифигел. Она серьёзно?
Решил не заморачиваться, пустить ситуацию на самотёк, и продолжил работать. В итоге остаток смены прошёл нормально. Уже на выходе с проходной почувствовал чей-то нехороший взгляд. Естественно, это была тётя Валя. Она смотрела на меня из бокового коридора, думала, что не замечу.
Странная она. Хорошо, ты за мной следишь. Сразу возникает вопрос — зачем? Что это даст в глобальном смысле? Мобильных телефонов в этом времени нет, и Волкову не предупредить. Зато вызвать у меня опасения, легко.
После работы хотел быстрее сесть на мотоцикл и уехать, но на выходе меня поймал Саня.
— А я?
Вспоминаю, что утром обмолвился о поездке.
— Да без проблем, поехали, — тут же соглашаюсь.
Вместе веселее. И Рыжий не помеха, всё равно ничего не заметит, заодно отвлечёт на себя внимание.
У поворота в сторону посёлка, в зеркале показалась красная «копейка». Интересно, поедет ли журналистка за нами? Через пару километров выяснилось, что благоразумие восторжествовало. Акула пера отстала. Может, решила поберечь подвеску?
Оно и правильно. Иначе я уже не знаю, как дальше делать вид, что её не замечаю. Тем более в посёлке сделать это практически невозможно.
Хотя днём прошёл небольшой дождик, дорога уже высохла, и до дома Матрёны мы добрались к шести тридцати. Бабка обрадовалась, тут же принявшись накрывать на стол под яблоней. Незапланированный приезд Сани она восприняла нормально, сразу отправив его кормить поросят.
Как и обещала знахарка, нас ждали блины со сметаной, клубничное варенье, домашняя колбаса, сало и душистый хлеб со всяческой зеленью. Ну а после ужина подъехала клиентка. Серьёзного вида женщина на новеньком автомобиле «Нива ВАЗ-2121». Такую машину в этом времени я ещё не видел. Думал, их ещё не выпускают.
— Ну, что? Поехали! — властно произнесла дама, едва зайдя во двор.
— Клара Семёновна, а у тебя всё готово? — спросила бабка в ответ.
— Да, собрала пятёрку самых злостных алкашей. Сидят в конторе с бригадиром, думают, что их в очередной раз перевоспитывать будут.
— Ну, поехали. Давай, ты езжай вперёд. А меня Алёшка подвезёт на мотоцикле. Не дай бог, разолью у тебя в машине, чего вонючего.
— Хорошо! Только не отставайте, дело-то важное.
Оставив Саню на хозяйстве, мы с Матрёной покатили следом за автомобилем.
— Это кто такая?
Ранее этой властной и явно зажиточной женщины я в колхозе не видел.
— Матвеева Клара Семёновна, директор лесхоза — ответила знахарка. — В здешних местах она второй человек после Жукова. А не видел ты её, потому что предприятие базируется в соседнем селе. Оно в два раза меньше нашего, но зато вокруг сплошные леса. Говорят, если бы у нас дорога нормальная была, то там давно бы цех по выпуску деревоплиты поставили. Лесовозы-то по своему колдобистому шляху ездят. А здесь придётся постоянно машины гонять и людей с разных мест возить. Ещё лет пятнадцать назад болтали про возможность проложить до обоих посёлков железнодорожную колею. Если бы сделали, то можно целый деревообрабатывающий комбинат строить. У нас же вокруг лесов, можно пол-Франции накрыть.
И опять всё дело упирается в дорогу. Неужели деятелям из Смоленского обкома до такой степени плевать на местные реалии? Кстати, я заметил, что дорога между сёлами лучше, чем идущая в райцентр. Похоже, председатель и директор лесхоза совместными усилиями подсыпают, где надо гравия и песочка. Только прямого выхода на асфальтовый завод у них нет.
Самое интересное, недавно я вспомнил, как в будущем ездил в эти места на автобусе. Один раз на рыбалку с друзьями, а второй по какому-то поручению тёти Кати. Так вот, в девяностые эти дороги выглядели практически аналогично. Получается, до развала страны, у советской власти руки до ремонта так и не дошли.
  
Эта Матвеева, тётка явно непростая. Примерно понимаю, какой контингент трудится на столь специфическом предприятии. На лесопилках, складах и цехах деревообработки, работает тот же люд, что и в колхозах. А вот в бригадах вальщиков леса по большей части бывшие сидельцы. Так уж у нас сложилось. И к этому контингенту надо особый подход. Того, кто не умеет правильно обложить трёхэтажным матом и поставить на место, слушаться попросту не будут. Поэтому директор должен состоять из гранита.