Миротворец-3
– Вся наша жизнь, это сплошные трудности, – ответил ему Георгий, – но давайте поконкретнее.
– Хорошо, – сказал Жубер, – по данным нашей разведки ближайший к Оранжевой республике бронепоезд стоит на станции Стейнсбург, это примерно 50 километров от границы в направлении Порт-Элизабет…
По ту линию фронта
Руководство английским экспедиционным корпусом располагалось в Стейнсбурге, небольшом городке на железной дороге, ведущей из Порт-Элизабет на побережье в Оранжевую республику. Командование корпусом заседало в здании местного вокзала, в него входили генералы Редверс Буллер, Арчибальд Хантер и только что прибывший из Индии Джордж Уайт.
– Господа, – начал совещание главнокомандующий Буллер (он имел богатую биографию, включавшую подавление восстаний в Китае, Канаде и Гане), – на ближайшее время нам поставлена задача выдавить буров с их позиций и по возможности занять столицу Оранжевой республики.
– Хотелось бы, чтобы наши силы по крайней мере не уступали бурам, – буркнул со своего места Джордж Уайт, ветеран войны в Афганистане и кавалер ордена Виктории, – а сейчас у нас слишком недостаточно живой силы и техники для этого.
– Приказы, сэр Джордж, не обсуждаются, – напомни ему Буллер, – но могут корректироваться в соответствии с обстановкой. Доложите ваши соображения на этот счет.
– Докладываю, – тяжело вздохнул Уайт, – когда я воевал в Афганистане, там тоже было непросто, но хотя бы понятно, что надо Лондону… а здесь я не совсем понимаю главную задачу нашим войскам. Поясните, если нетрудно…
– Странно, что вам это непонятно, генерал, – ответил ему Буллер, – занять провинции Оранжевую и Трансвааль и тем самым присоединить их к Британской короне. Желательно, чтобы в кратчайшие сроки.
– Ну вы же сами понимаете, мистер Буллер, – отвечал ему генерал, – что задача это из числа невыполнимых – у буров просто больше войска, чем у нас, причем как бы не вдвое…
– Я все понимаю, мистер Уайт, – вторично тяжело вздохнул главнокомандующий, – однако приказы надо выполнять. А если не получится, то надлежит объяснить вышестоящему руководству, почему не получилось. В течение двух-трех месяцев нам поступят подкрепления из метрополии, Индии и Австралии, а до этого времени надо кА-то продержаться.
– А что у нас с бронепоездами? – задал неожиданный вопрос начальник Генштаба Хантер.
– С ними все обстоит неплохо, – поднял брови Буллер, – две штуки ремонтируются в Дурбане, а еще два стоят под парами в ожидании приказа.
– Где именно они стоят под парами? – спросил Хантер.
– Не совсем понимаю, с чем связаны ваши вопросы, генерал, – ответил Буллер, – но один практически рядом с нами, на запасных путях Стейнсбурга, а второй на параллельной ветке, в Бюргерсдорфе.
– И что они представляют из себя? – продолжил интересоваться Хантер.
– Стандартная схема, – пожал плечами Буллер, – паровоз с дополнительным бронированием, за ним два артиллерийских и один пулеметный вагон, в хвосте состава сервисный вагон, где проводит время, свободное от боевой службы, состав поезда.
– Как осуществляется охрана бронепоездов во время стоянок?
– Ну это я уж вам не скажу, – развел руками Буллер, – в такие подробности я не вникал.
– Тогда прошу разрешения проверить организацию охраны хотя бы на том бронепоезде, который припаркован рядом с нами.
– Конечно, – вторично развел руками главнокомандующий, – проверяйте – это примерно в километре от нас на юго-восток…
Уайт с сопровождающими лицами покинул переговорный пункт в 18.15 по Йоханнесбургскому времени. Для того, чтобы добраться до места стоянки бронепоезда «Кейптаун» (оказывается, ему было присвоено такое имя), ему понадобилось двадцать минут, в течение которых он обогнул целую деревню из фавелл, а потом перешел вброд мелкий, но быстрый ручей, текущий куда-то по направлению к Оранжевой реке.
– Вон те запасные пути, где он должен стоять, – сообщил ему дежурный офицер из штаба Буллера, показывая куда-то вперед.
– Ничего я там не вижу, – недовольно ответил Уайт, – потрудитесь уточнить направление.
Но офицер с направлением затруднился и остановился, как вкопанный у стрелки, переводящей пути с главного в отстойник – не было тут никакого бронепоезда.
– Да вон же он, – обрадованно указал офицер после небольшой паузы, – задним ходом к нам подходит.
Тут уже все увидели зеленые огоньки на последнем вагоне состава, который медленно придвигался к этой группе военных, постукивая колесами на стрелках.
– А куда он, собственно, выдвигался? – задал логичный вопрос Уайт, – если должен был стоять здесь вот…
На это уже никто не сумел ответить, а поезд тем временем затормозил, при этом последний штабной вагон оказался ровно напротив Уайта с сопровождающими лицами. И из этого вагона посыпались вооруженные люди в чужой форме.
– Буры! – закричал генерал, – слушай мою команду – оружие к бою, рассредоточиться по укрытиям!
Но его команда, к большому сожалению для англичан, немного опоздала – ухватистые молодцы с поезда в мгновение ока скрутили всех, включая Уайта. Выстрелить никто даже не успел… пленных запихнули в последний вагон, после чего состав двинулся вперед, постепенно набирая скорость в 50 км/час, быстрее на южноафриканских дорогах было запрещено.
– Вы кто? – спросил, наконец, Уайт у офицера в необычном мундире, – выговор у вас необычный.
– Великий князь Георгий, – ответил тот, – к вашим услугам.
– Это что, вы русский? – удивленно сдвинул брови генерал.
– Абсолютно верно, – улыбнулся тот, – прямо из Петербурга.
– И что вы тут делаете?
– Поддерживаю справедливую освободительную борьбу бурских республик, неужели не понятно?
Порт Лоренсу-Маркиш
Русская экспедиция достигла берегов Португальской восточной Африки даже раньше намеченного срока, управились ровно за 20 дней. Никаких глубоководных причалов, конечно, здесь не имелось, поэтому Варяг, Ослябя и два транспорта встали на якоря посреди обширной бухты и просигнализировали на берег, что готовы встретить лоцманов.
– Жарковато здесь, – признался старший помощник Панин командиру Варягу Рудневу, – и душно… как здесь люди круглый год живут, не представляю.
– Привыкли наверно, – пожал плечами Руднев, – а что тепло, так это прекрасно – отопления в жилищах не надо устраивать… да и еда на деревьях растет круглый год, протяни руку и будешь сыт до вечера.
– Я тут полистал исторические книги про эту территорию, – продолжил разговор Панин, – могу вкратце рассказать их содержимое, пока мы лоцманов ждем.
– Охотно послушаю, Дмитрий Сергеевич, – откликнулся Руднев.
– Так вот… впервые эту бухту обнаружил и обследовал португальский торговец Лоренсу Маркиш, в честь него и назван порт. В дальнейшем это место отжали себе голландцы, их фактория простояла тут сто с лишним лет, но в итоге ее разрушили и сожгли пираты. А в 18 веке сюда окончательно пришли португальцы, построили крепость… это вот она наверно, – показал он куда-то на север.
– Да, очень похоже, – согласился Руднев, – двух крепостей тут не может быть по определению.
– Сто лет город и порт влачили жалкое существование, но все изменилось лет 20 назад… да-да, одновременно с открытием алмазных приисков в Трансваале.
– Как много сил, оказывается, замешано в этих алмазных делах, – улыбнулся Руднев.
– Все верно, очень много… так вот, в 95 году была построена железная дорога до Претории, а вдоль нее началось интенсивное развитие сельского хозяйства и промышленности. Город с тех начал быстро расти, тут даже глубоководный причал собрались построить, насколько мне известно… о, а это, кажется, к нам лоцман пожаловал.
К борту Варяга причалила моторная лодка с двумя пассажирами на борту, они оба поднялись наверх по веревочной лестнице.
– Криштиану Минейру, – представился первый на хорошем английском языке, – лоцман его королевского величества, а это мой помощник Роналду. Я сейчас проведу ваши суда в безопасное место недалеко от берега.