Зверь у моих ног (СИ)

Я подавила желание опустить глаза:
— Морэлла Торнтон.
— Дочка Тайриза? — из его горла вырвалось что-то похожее на смешок.
Я кивнула, настораживаясь ещё больше.
— Ты появилась не в том месте, не в то время, Морэлла Торнтон. Но мне это на руку, — улыбнулся окровавленными губами мужчина.
Я бросила осторожный взгляд в сторону окна. Волки больше не пытались пробраться в дом, наверняка поняли, что здесь замешаны гномьи руны… Лишь бы они скорее что-то придумали. Я была готова броситься в объятия к самому Виктору Макензи или даже изменщику-жениху, лишь бы они вытащили меня отсюда!
  
— Помоги справиться с этими пуговицами, — голос медведя слабел, он попытался расстегнуть рубашку, но пальцы уже не слушались.
Может быть, он в бреду? Я подошла и протянула руку, осторожно касаясь пуговиц. Рана на его животе не выглядела столь ужасно, как я себе представляла. Скорее было похоже на ножевое ранение. Кровь почти перестала течь, но меня снова начало тошнить.
Мужчина откинул тёмную с проседью прядь с лица. Я как будто почти узнала этого оборотня… Но внезапно в центре его груди что-то вспыхнуло. Зажмурившись, непроизвольно отшатнулась назад, но, открыв глаза, уже через секунду поняла, что умираю от дикой смеси страха и благоговения.
Нет… Великие предки… Буквально начала терять разум, осознавая правду, выбившую почву из-под ног. Я никогда не видела её вживую. Но слышала сотни, нет, тысячи раз. От тех, кто видел… От тех, кто мечтал увидеть. 
— Химера, — я упала на колени, пытаясь справится с охватившим меня восторженным трепетом.
— Сейчас не время для преклонений, — сказал мне Грегори Мэйсон, носитель Химеры, вершитель судеб жителей Мерцающего Иллириона. — Поднимись.
Я встала пошатываясь. Глаза непроизвольно снова нашли доказательства того, что мне не почудилось: разноцветные всполохи ползли под кожей мужчины, вырисовывая причудливые узоры. Множились, разрастаясь, завораживая, притягивая взгляд. У меня заложило уши. Химера была так похожа на мерцающую завесу между мирами, но стократ ярче, стократ притягательнее, в миллион раз чудеснее.
— Она прекрасна, — прошептала я.
Как я сразу не догадалась? Только носитель Химеры может приказывать, только его невозможно ослушаться.
— Соберись, — просипел Мэйсон. — Они скоро ворвутся сюда и добьют меня.
Но как же? Никто не может причинить вред носителю. Это просто невозможно!
— Они помогут вам, величайший, — я участливо коснулась его руки. — У вас, должно быть, начался бред от потери крови. Позвольте мне…
— Помолчи, — прервал меня медведь. — Положи руку мне на грудь.
Я подчинилась, с благоговением касаясь мелких всполохов. Это было похоже на лёгкие удары током, кожу начало покалывать, по всему телу побежали мурашки. Мне начало казаться, что пальцы слегка заледенели, а в голове как будто застыл густой, вязкий туман.
— Выше, в самый центр, к сердцу, — Грегори Мэйсон уже не мог держать даже голову, просто лежал едва дыша, но откуда-то всё-таки нашёл силы вцепиться в мою руку и провести ею по своей коже.
Мне стало дико больно, в ладонь как будто вонзились острые иглы, голова взорвалась от тысячи тысяч голосов. Я закрыла глаза, не в силах терпеть и, кажется, закричала. А голоса зашептали: просьбы, приказы, наставления. Принялись рассказывать свои истории. И хорошие, и плохие. В меня как будто врезали наживую чужую боль, чужое счастье, чужие надежды, чужие страхи, чужую радость, чужие сомнения. И триумф. Химера преисполнилась этого чувства, она бесновалась, приветствуя нового носителя.
Я отшатнулась, разлепляя веки. По моей руке поползли, раздирая всё изнутри, мерцающие огни. Я скинула с себя куртку, вены жгло так, как будто в кровь подмешали крошку от стекла.
— Что вы сделали? — вскрикнула я, пытаясь прогнать безумную догадку. — Зачем?
— Ты слышишь их? — спросил Мэйсон.
Кивнула, чувствуя, как подгибаются ноги.
— А я больше не слышу, — улыбнулся медведь.
Я упала на колени и заскулила, меня словно сжигало изнутри, слёзы застилали глаза. Проморгавшись, принялась всматриваться в Грегори Мэйсона. Он привстал, из его горла вырвался хрип, торжество в его глазах опалило меня на секунду. Мэйсон зашёлся кашлем.
Я попыталась подняться, но сил не было, просто подползла и коснулась руки носителя Химеры.
— Что вы сделали, величайший? — едва слышно вопросила, стискивая его ослабевшие пальцы.
В эту секунду входная дверь буквально слетела с петель.
Я поднялась, держась рукой за кресло, в комнату ворвались оба Макензи.
— Отойди от него, Морэлла, — нервно бросил мне Дариус.
— Это Грегори Мэйсон, — пояснила я. — Ему нужна помощь.
Хотя они должны знать его куда лучше меня. Я видела носителя лишь несколько раз и то издалека. Волки же принадлежат к дому Серебристой Луны, Господином которого был Мэйсон.
— Убери девку отсюда, — скомандовал Виктор Макензи моему жениху, даже не глядя на меня. Всё его внимание было сосредоточено на лежащем в кресле медведе. И мне не понравился опасный блеск в его глазах.
— Беги, девочка, — едва слышно произнёс Мэйсон.
Я сделала пару шагов назад.
— Морри, — улыбнулся Дариус обманчиво ласково. — Испугалась?
Мне хотелось броситься в его объятия и расплакаться, умолять спасти от этого кошмара. Но что-то останавливало… Они пришли сюда не за мной. Виктору нужен Грегори Мэйсон.
— Хочу передать Химеру, — прошептал медведь, привлекая к себе внимание всех собравшихся.
— Правильное решение, Грегори, — кивнул старший Макензи, расправляя плечи. — Моему сыну.
Медведь сначала улыбнулся, а потом из его горла раздался тихий булькающий смех:
— Вы все — позор Дома Серебристой Луны. Позор клана волков.
Я бросилась в соседнюю комнату и закрыла дверь. Защёлка слабая, её можно было сломать в два счёта, но кажется мой побег никого особо не взволновал.
Открыла окно и выбралась наружу, ломая ногти. Голова пульсировала, а тело ломило. Мне начало казаться, что я в каком-то дурном сне… Попыталась бежать, но сил совсем не было, поэтому я просто поплелась в проулок, желая оказаться как можно дальше от всего этого безумия.
— Мора! — сзади раздался выкрик Дариуса. Я обернулась и увидела, что он выбежал из дома. Рядом с женихом стояли два оборотня, уже перевоплотившиеся в волков, они повели носом, видимо, пытаясь поймать мой след.
Я всхлипнула и сделала пару шагов назад.
Они что-то сделали с Грегори Мэйсоном, я чувствовала это.
Я собрала последние силы и побежала. Дыхание рвалось из грудной клетки, сердце заходилось в бешеном ритме. Я знала, что бегать от волков плохая идея. И вот менее чем через минуту уже услышала, как волчьи лапы неслись по лужам, а когти хлёстко ударялись об асфальт.
Паника всё нарастала, а ноги слабели. Мне не убежать, не скрыться, я уже слышала волчье дыхание за своей спиной. Хотелось кричать, но из горла вырвался только слабый хрип.
Я обернулась через плечо, волк был уже рядом, готовился к прыжку.
Внезапно что-то огромное прыгнуло сверху и перекрыло моему преследователю дорогу. Огромный тигр придавил волка лапой к земле, угрожающе рыча. Второй волк оскалил зубы, но затормозил, замерев в метре от угрозы. Он смотрел, как его собрат не может выбраться из захвата и скулит.
Я притормозила, глядя на ужасающую меня картину, а Дариус выбежал из-за угла… За ним шёл его отец. Страх начал вползать в вены.
Неожиданно меня схватили сильные руки и притянули к себе. Я упёрлась спиной в мужскую грудь. Запах ментола врезался в тяжело дышащие лёгкие.
Я попыталась дёрнуться.
— Тс-с-с, — раздался мягкий голос у моего уха. Мужчина повёл носом по моим волосам, опускаясь ниже, я слышала, как он втягивает воздух:
  
— Запах страха и отчаяния. Пьянящее сочетание.
Его тёмные длинные волосы упали на мои плечи на секунду, затем он отстранился, продолжая удерживать меня в своих объятиях. Я настолько испугалась, что не заметила, как оба Маккензи подошли совсем близко.