школа для чудовищ (СИ)
Мирт дрался как лис! Уклонившись от удара человеческого рыцаря, предводитель хищников резко выпрямился и попытался рубануть сверху еще раз. Человек успел подставить оружие и жестко парировать этот удар. Лезвия мечей со звоном скрестились, противники застыли в клинче. Мирт навалился всем телом, стараясь опрокинуть врага. При похожих размерах и строении тела, даже такой низкоранговый хищник, как Мирт, оказывался сильнее большинства людей. Возможно сейчас он и достиг бы успеха, но враг, закованный в тяжелые доспехи все же оказался не по силам. Медленно, но верно, рыцарь начал передавливать лиса, и Мирту пришлось резко разорвать клинч, напоследок в бессильной злобе пнув рыцаря ногой в живот. Тот отшатнулся на шаг назад, лишь на мгновение потеряв равновесие — доспехи прекрасно защищали носителя от подобных ударов. Ответный удар рыцаря не достиг цели, Мирт сделал шаг назад, оказавшись вне досягаемости смертоносного лезвия.
Ироя отпрянула, когда стражник, прятавшийся за спиной мечника и помогавший ему копьем, попытался пырнуть ее. Амазонка резво отпрыгнула назад, и хрипло рассмеялась басовитым голосом, дар Богини сделал ее похожей на мужеподобную бабу, перекачавшуюся на стероидах в тренажерном зале. Другие хищники пришли на помощь ей и Маки — поредевший фланг строя защитников уже оказался смят, и сбоку на упрямых стражника и копейщика, упорно пытавшихся сдержать натиск амазонки и крупного оборотня-волка, накинулись новые враги. Уже раненый мечник оказался быстро смят, щитом невозможно защищаться сразу в три стороны. Оставшись один против четверых, копейщик, наконец, потерял волю сражаться и попятился назад, отступая.
Лапис, пролетевшая поверх голов, оказалась ближе к лучникам, которые все еще разглядывали крышу, ожидая, что фея покажется именно там. Мгновенное усилие по применению Искажения, и Лапис возникла рядом с одним из них в полный рост, ошеломив человека своим появлением.
— Сюрприз!
Переборов оцепенение, лучник резко развернулся в ее сторону, собираясь выстрелить. Но не успел — вспышка, и только пустые кольчуга и одежда осыпались на брусчатку, где-то среди них барахтался крошечный человечек, мгновение назад бывший рослым сильным воином.
Удача улыбалась хищникам. Брешь в строю, которую проделали Мирт и его соратники, продолжала расширяться, и все больше хищников угрожало прорвать строй и затопить защитников морем когтей, оскаленных морд и клацающих зубов. Следовало отходить, и рыцарь-знаменосец проревел в мегафон приказ. Линия щитов пятилась в сторону узких улиц, которые легче перекрыть небольшими силами. Дикари, неуемные в своей агрессии, продолжали бросаться на отступающих, получая ответные удары копьями, и оставляя на брусчатке новых убитых, воющих и скулящих от боли раненых.
Воины Мирта были более дисциплинированы. Они занимали площадь возле стены, выстраиваясь в когорты, как учили инструкторы. Атакующие пролезли в город, теперь надлежало сделать все правильно и перегруппироваться, а не распылять силы, убиваясь поодиночке о сплошную линию защитников, как это делали дикари-наемники.
Рыцарь, с которым бился Мирт тоже отвел копье, которым командовал. Он ушел последним, на прощание подняв меч и указав его концом на лиса. Мол, мы еще встретимся. В ответ Мирт оскалился и презрительно показал человеку средний палец — в конце дня его воины будут жрать таких рыцарей на ужин.
Начало сражения прошло так, как ожидали обе стороны. Роланд сознательно разменивал практически без сопротивления неудобные для обороны площади и улицы возле стены, в которой катапульты Мирта проделали бреши. Вместо этого военачальник людей решил затягивать врага в узкие улочки плотной городской застройки — невзирая на все так удачно доступные рядом ресурсы, постройкам все равно приходилось тесниться внутри ограниченного пространства, усилий самопровозглашенного города-государства не хватило бы на огораживание значительной территории. В этих пределах люди жили буквально друг у друга на головах. Кварталы, которые начинались как одноэтажные дома на две-четыре семьи, за два десятилетия прибавили в росте, местами достигая четырех этажей. Большей высоты средневековая архитектура строителей позволить не могла, а доступа к современным материалам, как Датиан, жители Блейдвелла не имели.
За время осады узкие улицы защитники перегородили баррикадами толщиной, порой, в несколько метров, создавая непролазные заторы, которые не смог бы сдвинуть даже Кротрикс. Тщательно спланированное расположение таких баррикад позволило создать карманы смерти , куда предполагалось заманивать особо нетерпеливых хищников, чтобы обстреливать и бить копьями со всех сторон. Здесь, среди городских улиц, на которых проживали обычные горожане, простые граждане города и его гости с разных концов региона, Роланд собирался обороняться уже по-серьезному, цепляясь за каждую пядь брусчатки. Дальше начинались особняки знати, входы в подземные убежища и, собственно, сам замок Роланда, в котором размещалось правление города, и где находились казармы и арсенал.
Командующие противоборствующих сторон выбрали подходящие ситуации стратегии.
Мирт решил провести масштабную фронтовую атаку, воспользовавшись тем, как сильно практически неуправляемые дикари в его войске жаждали поскорее добраться до людей. При этом хитрый лис полностью отдавал себе отчет, что потери атакующих будут ужасающими.
Рональд положился на тщательно подготовленную оборону, и не стал цепляться за передовую позицию, хотя и выжал из нее тот максимум, который получилось достичь. Его воинам удалось нанести штурмующим очень много потерь.
В результате, после долгой обороны защитники откатились назад, точку поставил огромный ящер, который имелся в армии Мирта — рептилия размером с дом довольно долго держалась позади, опасаясь выстрелов баллист, расставленных на площадках крепостных башен. Когда защитники отвлеклись на прорыв Мирта, ящер ринулся к ближайшей башне. Длинное чешуйчатое тело скользило сквозь ряды атакующих, прижимаясь к земле, не сводя рептилоидных глаз со своей цели. Баллисты молчали и ящер, добравшись до башни, стремительно вскарабкался наверх по каменной кладке, словно огромный пятнадцатиметровый геккон. Камни крошились под его весом, и осколки кладки сыпались вниз, башня ходила ходуном, вызвав встревоженные крики у защитников наверху. Ящер перевалился через край площадки, на которой стояла баллиста, и находился ее расчет из нескольких человек.
Ящер стремительно сомкнул пасть на одном из них и, запрокинув голову, глотнул, а остальных взмахом когтей сбросил со стены. Вытянув морду, ящер торжествующе заревел, вселяя ужас в защитников. Ударом лапы он сбросил вниз баллисту и часть зубчатой стены на головы пехотинцев.
После этого защитники уже полностью сдали позицию и принялись в организованном порядке отходить на городские улицы. Теперь армия хищников втягивалась в город через проломы в стенах, и выстраивалась в новые порядки для продолжения штурма.
Мирт прохаживался вдоль рядов своих воинов. Здесь ему уже ничего не угрожало, защитники полностью покинули площадь. Все пространство оказалось завалено убитыми и тяжелораненными. Они валялись кучками там, где происходили наиболее ожесточенные стычки, где волны монстров ударялись о ряды щитов и копий. Количество мертвых хищников неприятно резануло глаз — их было почти вдвое больше, чем убитых защитников. Дикари ликовали, не сдерживая животной радости, но лис знал, что этот размен невыгоден. Умный и наблюдательный, как и большинство его народа, Мирт за годы жизни в Диких Землях хорошо изучил простые законы природы — хищники должны быть сильнее добычи. Да, никто добровольно не полезет в глотку, даже если Богиней указано в ее заветах, что таковы обычаи этого мира. Поэтому даже дикие кролики с оружием в руках бились, как могли, за свое выживание. Это только в Датиане Защитники давно уже держали Зеленых в твердой хватке, пресекая любые мысли о неповиновении. Но в дикой природе хищники иногда погибали, от отравленной стрелы, ловушек или задавленные числом смелых Зеленых, решивших завалить хищника, во что бы то ни стало.