Бывшие. Ты мой папа? (СИ)

- Ну, чего застыла? Я не шучу. Я к тебе все время хорошо относилась и, несмотря на твой поступок по отношению к Савве, готова принять тебя обратно.
Задыхаюсь. Из меня как будто одним ударом в солнечное сплетение дух вышибли. Наливаю минералки в стакан и осушаю его в два глотка.
- Василиса Евгеньевна, - начинаю осторожно. Мало ли, вдруг она действительно перестала дружить с головой. - А Савва в курсе, что вы здесь? Самому смелости не хватило прийти, мне в глаза посмотреть, так маму послал? Так вот, Василиса Евгеньевна, передайте своему сыночку, что пора взрослеть и научиться решать вопросы самостоятельно.
  
- Выбирай выражения, Нина, - осекает, вздергивая подбородок и расправляя плечи. Моя свекровь сейчас очень напоминает боярыню, что с презрением и долей брезгливости смотрит на своих холопов. - Причем здесь Савва? Он даже не знает, что я здесь.
- Тогда зачем вы пришли, я не понимаю?
Мне всё же удается сбить немного спесь с Василисы Евгеньевны. С ее лица медленно утекают надменность и выражение лица, будто она - хозяйка этого мира.
- Я же говорю - вернуть тебя в студию. Второй шанс тебе, дурехе, даю.
Склоняю голову набок и рассматриваю ее, как диковинный образец представителя ее вида - «свекобры обыкновенной».
Это как же тяжело ей жилось все эти годы…
Она улыбалась мне в глаза, нахваливала мои работы, мой талант, хвасталась мной при любом удобном случае. Даже Леона, неродного внука, и того терпела и изо всех сил играла роль бабушки. Такой себе, но бабушки, которую мой сын искренне, как умеют только дети, любил.
Терпела, притворялась, играла роль столько лет….
Вот что жажда денег с человеком делает...
- Во-первых, смею напомнить, что вы ничего не решаете. Все решения так или иначе принимает Савва как генеральный директор. Вы на работу студии не влияете никак. Вы на пенсии, Василиса Евгеньевна. Во-вторых, как вы себе это представляете? Бывшая жена работает в фирме бывшего мужа вместе с любовницей? Вы вообще в своем уме?
Свекровь подается вперед.
- А ты сама во всем виновата, Нина. Это ты и только ты виновата, что Савва изменил тебе. Так что не нужно строить сейчас оскорбленную невинность.
Я буквально чувствую, как дерьмо и помои, которыми меня сейчас щедро облили, стекают за шиворот, а часть из них висит на ушах. Острое желание помыться пронзает меня как копье.
- То есть это мой муж и ваш сыночка совал свой детородный орган куда не попадя, наплевал на меня и банальное уважение ко мне, - методично загибаю пальцы, - занимался этим со своей помощницей в собственном кабинете, не обращая внимания на коллег и подчиненных за стенкой, забыл о контрацепции, а я ещё и виновата? Вы сейчас серьёзно, Василиса Евгеньевна?
Свекровь разглаживает стрелки на брюках и, чопорно поджав губы, продолжает в том же надменном тоне:
- Этого всего бы не было, если бы ты, Нина, уделяла достаточно внимания своему мужу. Ты же все эти годы увлечена только своей карьерой да своим сыном. Тебя и дома-то толком не бывало! Не готовила, не наводила уюта, не ухаживала за мужем. Савва терпел-терпел и заскучал. И нашлась другая, которая подобрала, обогрела и подарила ему ласку. За столько лет ты ведь даже не родила мужу совместного ребёнка! Ты думаешь, он не хотел настоящей семьи?
- А вы думаете, мы все это время в игрушки играли? Вы уж определитесь, Василиса Евгеньевна, вам шашечки или ехать? Вы наверно забыли, что я пахала, чтобы студия держалась на плаву. И что уж сейчас скромничать - первые многомиллионные контракты вы получили благодаря моим работам. А при этом я была всего лишь рядовым дизайнером! И все эти годы и Савву, и вас устраивало подобное положение вещей! А сейчас он, бедняжка, утомился, заскучал и пошел искать утешения в чужой койке!
- Я не умаляю твоих заслуг, Нина, но ты - жена, ты - сердце семьи. И не просто должна, а обязана успевать все! И, в первую очередь, следить за мужем!
От такой позиции хочется биться головой об стол.
Я считаю, что, во-первых, женщина не должна пахать, как бессмертный пони и тянуть на своих плечах быт, работу и детей. Всё же обеспечивать семью - святая мужская обязанность. А, во-вторых, я считаю, что мужчина - взрослый, адекватный человек. И должен отдавать отчет своим поступкам. А не жена должна пасти его, чтобы он хранил ей верность.
Насколько мне известно, моя свекровь почти всю жизнь этим и занималась. Я не разделяю этих ее взглядов на семейную жизнь, и поэтому мы никогда не поймем друг друга.
Этот разговор вызывает у меня несварение желудка. Пора его сворачивать. Поэтому выпрямляю плечи и, глядя свысока, холодно бросаю:
- Василиса Евгеньевна, я вам уже говорила, что у меня через пять минут встреча. Извините, но вам пора.
И вновь она расплывается в оскале. Одновременно с этим мой телефон подает признаки жизни, я демонстративно верчу им, показывая, что разговор окончен. Вот только свекровь не спешит на выход.
- Добрый день, Нина, - в трубке раздается голос заказчицы. Я здорово напрягаюсь, потому что голос торопливый, виноватый. - Извините, что так поздно, знаю, что у нас с вами на сегодня уже назначена встреча, но…Я отказываюсь от нашего проекта.
- Что, простите?
- Мне больше не актуален дизайн-проект моей студии красоты, извините.
Я растеряна и сбита с толку. Впиваюсь взглядом в оформленный конечный результат. Восемьдесят страниц, сотни цифр, замеров и бесконечная ответственность. Я занималась им днями и ночами, забивая на сон и где-то воруя время у сына! В конце концов, мне нужно платить аренду и на что-то жить! Леону, вон, нужно новую форму покупать и в школу, и на футбол. А ещё сборы оплатить. Без оплаты этого дизайн-проекта я останусь практически без денег!
- Но я все сделала, он уже готов!
- Извините, но он мне не нужен. Всего доброго!
Мне не дают даже возможности попрощаться, и в ухо летят короткие гудки. Ошеломленная, медленно отнимаю мобильный от уха и смотрю в пустоту, широко раскрыв глаза. Почти три недели трудов… просто в пустоту.
Перевожу взгляд на довольную свекровь, и картинка складывается.
- Это вы.…
- Да, Олеся заключила в конечном итоге контракт с нашей студией. Мы смогли сделать ей более выгодное предложение и интересный дизайн.
- Вы это сделали специально…
- Да, - не скрывает своего злорадства. - И так будет с каждым твоим заказчиком. Слухи в нашей среде разносятся быстро, я буду знать обо всех. И в итоге их все переманит наша студия. Мы с Саввой не позволим, чтобы наша клиентская база утекла к тебе. Так что выход у тебя только один: или помереть нищей или…возвращаться к нам.
- Я лучше помру нищей.
Этот ответ мою свекровь не устраивает, и она моментально сатанеет.
- Вот, значит, какая твоя благодарность…Ты была ничто без нашей фамилии. Тебя знать никто не знал! Поднялась только благодаря мне и моему сыну.
Вцепляюсь в край стола и резко подаюсь вперед, что Василиса Евгеньевна отшатывается, едва не падая со стула.
- Давайте смотреть правде в глаза: половину клиентской базы ваша студия дизайна наработала благодаря мне. Многомиллионные проекты тоже принесла я. Ещё вопрос, кто больше получил выгоды. Я считаю, что достаточно отблагодарила вас с Саввой. Теперь каждый сам по себе. Пахать на благосостояние вашей семьи и любовницы вашего сына я не намерена! Учитесь обеспечивать себя самостоятельно.
Свекровь поднимается на ноги, отряхивается и презрительно бросает:
- Ты ещё пожалеешь. И обязательно приползешь назад.
  
Глава 37
 
Ян
- Пап, ну, ты где? - раздается в трубке, пока я зажимаю телефон между ухом и плечом, мысленно кляня администрацию города и всех коммунальщиков, для которых зима наступила «неожиданно».
  
Чуть буксую на месте, открываю дверь и оглядываю колею, в которую попал, и из которой мне не свернуть во двор.
- Сын, ты сможешь обойти дом? Я прямо на углу стою. Просто я боюсь, что, если заверну к вам, то мы с тобой никуда не поедем.