Геном хищника. Книга восьмая (СИ)

— Охренеть…
Я только и смог прошептать, пытаясь собрать воедино картинку и понять, что же на меня напало. Вроде бы змея, разрезанная на две половинки. Но было непонятно, почему эти две половинки, вдруг потянулись обратно в дырку. Я бросил взгляд в сторону Осы и понял, что это никакие не змеи, а просто чьи-то чересчур длинные лапы, щупальца или даже хоботы! Ещё сразу две, в этот раз проскочив через дверной проём, шарили по полу, пытаясь схватить шакрасика за лапы.
  
Оба пока уворачивались, но недолго. Мелкий-то в итоге отскочил, перемахнув каждый отросток, как через скакалку, ещё щип воткнул, пригвоздив одну. Пусть слабо и не глубоко, но хотя бы замедлил. А вот Анне повезло меньше, она подстрелила один отросток, вместе с ним и раздробив кусок стены, но по полу прилетел второй и обвился вокруг её ноги. Осу дёрнуло, будто она на льду поскользнулась, и ударило спиной об пол. И потянуло к дыре в хрупкой стене.
Я тут же оказался рядом. Наступил на «шланг», сам чуть не грохнулся и бросился на камни, перехватывая его подальше от ноги Анны. Схватился, стиснув руки до активации «Стальной кости», а заодно и применяя навык «смертельной хватки». А потом дёрнул на себя, почувствовав нехилое сопротивление. Как перетягивание каната на школьных уроках физкультуры, и, к сожалению, в моей команде оказались только додики и дохляки, а на той стороне самые качки и отъявленные хулиганы!
Пришлось чуть ослабить, но потом рвануть ещё сильнее, раскачав противника. И что-то снова пошло не так! Где-то там за стенкой что-то сорвалось, тяга ослабла, и я рухнул на задницу, в последнее мгновение уворачиваясь от тёмного пятна, прилетевшего за своим хоботом! Это всё-таки был хобот, к концу которого был привязан блестящий, лоснящийся овальный панцирь размером с хорошего поросёнка. По бокам от хобота выпирало два круглых, будто от страха выпученных глаза, а снизу болталось шесть коротких ножек, заканчивающихся острыми когтями. Я даже растерялся немного, узнав в монстре обычного долгоносика. Ладно, необычного, а прилично так перекормленного и с явным апгрейдом хобота.
— Чёртовы «Древние», не могли на ком-то понежнее экспериментировать, — фыркнул я, — хотя бы на бабочках!
Хотя, почему-то я уверен, что таким бабочкам я бы рад не был…
Эти мысли пронеслись в голове фоном, пока я уже сам порхал как та самая бабочка и жалил «Пером» вместо нашей Осы, которая всё ещё пыталась выпутаться. Из кончика хобота, будто там какой-то краник открылся, потекла тёмно-зеленая жидкость. Попала на штанину Анне и явно грозила появлением новых шрамов. И пока Оса спасала ногу, я разбирал монстра.
Несколько ударов в брюхо, где пусть потоньше, но тоже оказался гибкий панцирь, я даже не заметил. Не заметил пробивающего усилия, обновлённое перо резало хитин как обычную бумагу. К сожалению, недолго. Первых два удара лезвие ещё сопротивлялось, сбрасывая с себя тягучие ядовитые капли, а на третий уже начало темнеть. И второго долгоносика, который сам выбрался к нам, я уже пробил с трудом. Даже продавил, ломая панцирь целиком. Броня «Древних» тоже потемнела и начала дымиться, но со своими защитными функциями справлялась. Под такое, небось, и создавали!
Третьего монстра я снова перехватил за хобот. Выдернул и раскрутил, пытаясь приложить об стену, забыв, что она из засохших ферментированных соплей и крошится, как сухой старый клей. В итоге я полностью снёс стенку, открыв вид на ещё трёх долгоносиков и такую же стену в паре метров за ними. И пока я делал второй круг, целясь уже в нормальный камень со стороны, откуда мы пришли, Оса с шакрасиком уже спокойно расстреляли прятавшихся.
К сожалению, на этом всё не закончилось. Чуйка отчётливо показала с десяток маркеров, оттягивающихся вглубь оотеки. То, что это была именно она, я уже не сомневался. По следам того, что осталось от разрушенных стен, было видно, что всё пространство состояло из довольно ровных ячеек, заполненный какой-то трухой и ошмётками чуть ли не вековых кусков хитина. Они даже затвердеть уже успели, из-за чего их можно было отличить от самих разрушенных стен.
— Дальше идём? — спросила Анна с сомнением.
— Других вариантов пока нет, — я пожал плечами. — Тебе, кстати, идут шортики. Ну, точнее, один шорт.
— Ага, — фыркнула Оса. — Ещё бы пара секунд и один шорт я бы всегда носила. — У тебя лучше с ними выходит, так что я прикрываю.
Я лишь кивнул, сам так и собирался сделать. Я вперёд, а женщины и дети, то есть два суперхищника-убийцы, сзади. Я сформировал новое «Перо», чувствуя, как в желудке буквально формируется дыра из нового желудка, который грустно скребёт старый по стенкам, и осторожно пошёл вперёд. Замер у узкого, овального проёма, пытаясь прикинуть, что за хрень отсюда могла вылупляться. Не иначе как богомолы, если в полный рост покидали свои ячейки. Маятником заглянул в проём, резко откинувшись назад.
— Ты серьёзно? — спросила Оса.
Я обернулся и увидел, что Анна вместе с мелким просто стоят по центру, совершенно не скрываясь, и смотрят на меня. Оса даже руками развела, описав два полукруга и показывая на обломки стен.
— Ну да, что это я… На живца-то ловить быстрее будет… — хмыкнул я, выпрямился и с ноги выбил себе вторую створку, расширив узкий лаз.
 Глава 4 
Заход с ноги ни к какому результату не привёл. Живца здесь явно хотели, по нему сильно соскучились, сколько лет-то прошло с прихода сюда последней жертвы археологии, но шум им, похоже, не нравился. Пришлось действовать деликатней, и в следующий проём я втиснулся уже по-своему. И тут же вскинул руку, перехватывая на лету хобот долгоносика.
Поймал, сжал, дёрнул — ничего не получилось, монстр либо упирался, либо вообще за что-то зацепился. Пришлось перехватиться чуть ли не на ширину раскинутых рук и рубануть «Пером», перерезая тугой канат. Кукри, конечно, для рубящих действий подошёл лучше, но что используем то, что имеем. И тоже достаточно эффективно. Брызнула токсичная зелень, исчезла тяга, а кусок хобота остался у меня в руке. Не знаю, что там, кроме яда в голове у этих жуков, но дальше воевать подранок не стал. Пискляво протрубил обрубком хобота и, ломая перегородки оотеки, свалил куда-то в темноту.
Туда же пошёл и я, пробираясь через проломы. Реально какая-то тюремная общага на пол звезды, ещё и звуки приглушает. Про свет я вообще молчу, внутри этого материала светлячки не селились, в чём я их полностью поддерживал. Работал только тепловизор, но в его спектре я прекрасно видел только Анну с шакрасиком.
И вторая атака не заставила себя ждать, только в этот раз гибкий шланг прилетел по ногам. Меня пропустили где-то уже в четвёртый отсек оотеки, а, может, и пятый — вокруг всё уже смешалось. Я сделал шаг, уже собирался сделать следующий, и мне будто подсечку по пятке зарядили. Я упал и тут же получил удар по спине от второго. Не веслом по хребту, конечно, но где-то на уровне полицейской дубинки. Знаем, как это, получали пару раз.
Раздались выстрелы в чересчур опасной близости от меня, но задело только уже ошмётками панциря. Яд, к счастью, не долетел, прилипнув на кусках «пены» оотеки. Интересно так прилип, начал пузыриться и расширяться, будто это какая-то строительная пена. По цвету и плотности он пока ещё отличался, но я уверен, что это не надолго. Один и тот же, похоже, материал. Подсохнет, посветлеет и сравняется.
Но тогда я уже вообще ничего не понимаю. Кладка богомолов, а строили долгоносики? Или всё-таки долгоносики пришли откуда-то снаружи и каким-то образом за сотни лет подстроились под окружение? Я подхватил геном, выпавший из простреленного монстра, и с отвращением выкинул обратно. Гниль и та посимпатичней, а это уже какая-то червивая гниль.
  
— Ты геномы собираешься забирать? — спросила Оса, заметив мои действия. — Вдруг это тоже «объект»?
— Да хоть «объект» номер один, — поморщившись, выдал я, ещё и руку хотелось вытереть обо что-нибудь. — Ничего такого, что хотелось бы позаимствовать у этих хоботоносиков, я не вижу.