Украденная беременность

Однако, не успела молодая женщина завести тесто на пирожки, как зазвонил ее смартфон. Взглянув на экран, она обнаружила, что номер не определился. Фаина даже не стала отвечать на вызов о неизвестного абонента, но тот отказался настойчив и перезвонил еще раз. Теперь сомнений у Фаи не было: поговорить с неизвестным все равно придется.
— Але, слушаю вас, — проговорила она, приняв вызов.
— Фургончик дядюшки Мокуса доставил послание для Фунтика. Желаете узнать новости? — произнес веселый мужской голос: похоже, незнакомцу было забавно пользоваться паролями, который придумал подполковник Лазарев для дочери, когда она была еще ребенком.
— Желаю! — тут же подскочила Фифа. — Где и когда?
— У лесного шлагбаума на выезде из Михалково. Вы ведь теперь тут живете? — проявил осведомленность неизвестный.
— Да, тут! Мне что-то брать с собой? Я увижу отца?
— Просто оденьтесь потеплее и поторопитесь. Все ответы при личной встрече, — в голосе мужчины на другом конце провода появились собранность и строгость. Чувствовалось, что он привык командовать.
— Уже бегу!
Фаина сбросила вызов и помчалась наверх, в свою комнату, на ходу пытаясь дозвониться Лукьянову. У того было занято. Как и велел гонец, который принес вести о подполковнике, Фаина утеплилась, схватила ключи, кошелек, окинула взглядом спальню, пытаясь сообразить, не забыла ли чего, и рванула к выходу. У лесного шлагбаума она оказалась буквально через двадцать минут после разговора.
На улице смеркалось. Охранники в своей будке пили чай, смотрели телевизор и, похоже, резались в карты. На одинокую женскую фигурку, проскользнувшую через незапертую калитку, внимания они не обратили. Фая выскочила за ограждение, огляделась.
— Фаина Иннокентьевна? — прозвучал справа от нее тот же голос, что она слышала в телефоне.
— Я, — она обернулась и поневоле запрокинула голову: мужчина, дожидавшийся ее, оказался высоким, под два метра ростом.
— Идемте в машину, там теплее, да и света хватит, чтобы вы могли ознакомиться с письмом вашего отца.
— С ним все в порядке? Он жив? — не выдержала Фая.
— Жив, жив, — успокоил ее собеседник.
И она, откинув всяческие сомнения, позволила взять себя под локоть отвести в автомобиль. Усадив молодую женщину на заднее сиденье, мужчина уселся спереди, рядом с водителем, и подал запечатанный конверт.
Фифа тут же вскрыла его, извлекла одинарный лист в клеточку, явно вырванный из блокнота, и поднесла его поближе к лампочке.
«Доча, родная, — гласило послание. — Прости, что я долго не появлялся и оставил тебя без помощи и защиты. Теперь вот собираюсь исправить свое упущение. Ребятам, которых я к тебе послал, можешь полностью доверять. Если согласишься, они доставят тебя ко мне. Сам я, к сожалению, пока навестить тебя не могу, хотя ужасно соскучился. В любом случае, если за тобой кто-то следит, или есть еще какие-то проблемы — мои ребята их решат. Надеюсь на встречу. Папа».
Дочитав записку, Фаина сморгнула проступившие на ресницах слезы и подняла взгляд на парней, которым отец поручил ее защиту:
— Где отец? Что с ним? Почему он не смог приехать сам?
— Он получил ранение, но сейчас уже идет на поправку, — тут же откликнулся тот, который ее встречал у шлагбаума. — Если вы хотите увидеть отца, нам нужно ехать прямо сейчас.
— Ранен? Идет на поправку? Но я ничего с собой не взяла, — охнула, растерялась Фая.
— Ничего страшного. Визит будет недолгим, и вас обеспечат всем необходимым на месте. У вас есть пять минут на размышления.
— Едем, — не стала мучиться сомнениями Фифа. — Я не смогу спокойно спать, если не увижу отца. Хочу убедиться своими глазами, что его жизни ничего не угрожает!
Мужчины как-то странно переглянулись. Тот, который сидел за рулем, слегка пожал плечами. Второй, заметив вопросительный взгляд Фаи, пояснил причину их переглядываний:
— Подполковник пока на секретном положении. Подробности мы разглашать не вправе. Он сам вам расскажет все, что посчитает необходимым.
— Тогда тем более надо ехать! — Фая расстегнула свою новую безразмерную дубленку, которую купила недавно в расчете на то, чтобы ходить в ней и в феврале, и даже в марте: срок беременности у нее к тому времени будет солидный, а вот зима вряд ли уже отступит. Заметив, что Фая в положении, ее сопровождающие снова молча переглянулись, но в этот раз обсуждать с ней ничего не стали.
Автомобиль мягко заурчал мотором и плавно тронулся. Молодая женщина несколько минут вчитывалась в послание, отправленное ей отцом, словно надеялась прочесть между строк что-то еще. Потом сложила листок, вернула его в конверт, а конверт решила сунуть в карман дубленки. И только когда ее пальцы не встретили в глубокой меховой полости такого родного и привычного смартфона, Фая поняла, что конкретно она искала взглядом, когда торопилась выйти из дому.
— Послушайте… — она замялась, не зная, как обращаться к мужчинам.
— Меня можете называть Руфусом, — помог ей один, а его (он кивнул на водителя), — Тараном.
— Поняла. Руфус, я забыла дома мобильный телефон. Вы не одолжите мне свой, чтобы я могла позвонить своему… мужчине?
— Тому, с которым живете?
— Да.
— Сейчас этого лучше не делать, Фаина Иннокентьевна, — собеседник покачал головой. — Иначе вас и нас вместе с вами могут вычислить, а потом доберутся и до вашего отца.
— Значит, ему все же что-то угрожает? Его кто-то ищет? Зачем? — Фая соображала быстро, а мгновенно сжавшиеся губы Руфуса показали ей, что она со своими предположениями попала в точку.
— Простите, это закрытая информация. Но мы еще можем отвезти вас обратно.
— И когда я смогу увидеть отца, если сейчас передумаю ехать с вами?
Мужчины переглянулись в третий раз, и по их мрачным лицам Фая поняла, что другого случая может и не быть.
— Можете не отвечать, — нахмурилась она. — Едем дальше.
Парни слегка расслабились, лица их посветлели, во взглядах Фая прочла молчаливое одобрение.
«Может, отец сумеет придумать, как передать Федору, чтобы он не беспокоился о том, где я нахожусь, и что со мной все хорошо», — попыталась утешить себя она. Взрослея, Фаина постепенно избавилась от мысли о всемогуществе своего отца, но все равно считала, что его возможности намного шире, чем у большинства известных ей людей.
Погрузившись в размышления обо всем, что услышала и узнала, Фаина совершенно не обращала внимания, куда и по какой дороге ее везут. От своих тревожных мыслей она очнулась только тогда, когда автомобиль остановился на пару минут перед автоматическими железными воротами, встроенными в сплошную бетонную стену, по верхнему краю которой была пущена колючая проволока. Ворота открылись, и машина въехала на довольно просторную площадку, ярко освещенную прожекторами. Оглядевшись, Фаина поняла, что ее привезли на небольшой аэродром, скорее всего — военный. Там молодую женщину и ее спутников дожидался вертолет.