Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

— Заклинание крови? — удивился я. — Какое?
— Ну не знаю, хоть исцеление, хоть "звездочки", только не заклинание массового поражения.
Не выходя из ускоренного восприятия, я надрезал руку и, собрав кровь в кулак, активировал заклинание, которое я по-простому стал называть "звездочки". Этим заклинанием меня хотела убить при первой нашей встрече Ильридана. Выбросил кровь в ближайший фонтан и поспешил уйти. Когда я вышел из ускорения, за моей спиной рвануло. Я оглянулся и увидел столб пара, поднимающийся над фонтаном. Люди в страхе разбегались от этого места.
  
— Метку я сняла, — довольно произнесла Шиза. — На кого будем ее вешать?
— Вон на того кота, — показал я на тощего, облезлого кота, трущегося об угол дома.
— Сделано. А зачем ты бежишь за вампиром?
— Э-э-э… — Я растерялся. В самом деле, метка снята, угрозы моей жизни больше нет. Так зачем мне тогда нужен этот кровосос?
Я остановился рядом с господином в дорогом костюме, которому открыл дверцу автомобиля водитель. Вышел в ускоренный режим и без затей обобрал этого джентльмена. Идентификационная карта и бумажник остались в моем кармане.
И тут до меня дошло, что моя заветная сумка осталась в номере. В рюкзаке Жюля. "Твою дивизию! — хлопнул я себя по лбу. — Какой я балбес! Там все, что мне нужно для путешествия по этому миру. И даже больше". Я рванул в гостиницу.
Возле нее было столпотворение. Из многочисленных окон здания выглядывали люди, прося о помощи. Но никто не собирался спасать тех, кого заперла разбуженная мной стихия. Нечто подобное уже происходило со мной в новом для меня мире. И тоже связано с канализацией. Только там масштабы были меньше.
— Еще бы! — вторглась в мои мысли Шиза своим язвительным голоском. — Ты же растешь, у тебя прибавляется мощи, только ума не прибавляется. Ты же не можешь не спасать, ты у нас герой. Ты, чтобы спасти одного, можешь погубить сотни.
Я в это время размышлял, как незаметно попасть в гостиницу. Шиза права. Жизнь в новом мире для меня складывается так, что вокруг себя сею смерть и боль. Догадываясь, что это неслучайно, я стал считать, что являюсь в руках Провидения каким-то странным, избирательным оружием. Но, быть может, я просто себя таким образом успокаивал, сваливая свои грехи на Провидение. Я уже давно в глубине своего многослойного сознания осознал, что ничего случайного в жизни не происходит. Наши сегодняшние шаги определяют наше будущее, и каждого ведет по жизни его предназначение. Но если мое предназначение — спасать и одновременно крушить, убивать, то мне это очень не нравится. Хотел ли я гибели людей в гостинице? Конечно нет. Но почему тогда так вышло?
— Почему ты не бросил Генри? Ты сделал из него ментального раба и решил, что несешь за него ответственность? — наезжала на меня Шиза.
— Тьфу на тебя еще раз. Отвяжись, мешаешь.
— Только это и можешь, солдафон! — В моих глазах возник красный разгневанный шарик, который загорелся и лопнул.
— Три раза тьфу.
Я уже понял, как попасть внутрь. Надо обежать гостиницу и войти с черного хода. Здесь так принято строить дома. Парадный вход для гостей и хозяев, а черный — для прислуги.
Я обежал здание и остановился у черного входа. Там, к моему облегчению, никого не было. Видимо, прислуга удрала через окна первого этажа. Зеленая жижа вылезла на невысокое крыльцо и булькала.
Через дверь не проберешься, надо через окно второго этажа, решил я и недолго думая, создав заклинание левитации, подтолкнул себя воздушным кулаком. Помня про пинок, который я получил над озером, силу вектора тяги уменьшил, а зря. Меня подбросило, и я, потеряв направление, врезался головой об стену. Цепляясь за каменные выступы и кляня свою неудачу, сполз на тротуар.
Ладно, первый блин комом. Добавлю силу в кулак. Я вновь испытал судьбу, но, видимо, что-то сделал не так, потому что меня, словно снаряд, забросило в окно второго этажа. Я пробил двойные стекла, влетел в комнату и хорошо приложился о потолок. И тут же меня выбросило в боевой режим. Весь пол номера был залит зеленой массой, и мне приходилось падать в нее. Я завис под потолком, вцепившись в люстру. Я не горел желанием закончить дни, как закончил бородатый вампир, поэтому попытался вновь создать заклинание левитации. Не тут-то было. Магического фона хватило лишь на два заклинания. Люстра еле держала меня, и, если бы не ускорение, я уже, наверное, был бы поглощен этими микроскопическими всепожирающими чудовищами. От отчаяния я прокусил руку и создал "кровавый туман".
Я не знаю, было ли это счастье на моей стороне, или, наоборот, судьба решила наконец избавить мир от меня, чтобы спасти остальных, но дверь открылась и в комнату заглянул человек с сигаретой во рту. Он, видимо, был в стельку пьян, потому что спокойно и невнятно пробормотал:
— И здесь… ик… то же самое… Ох и накурили… все в дыму. Где же… ик… мой номер? — и небрежно швырнул сигарету на пол.
Раздавшийся после этого взрыв оглушил меня и вышвырнул из здания на улицу. Что стало с бедолагой, бросившим злосчастную сигарету, я даже боюсь подумать. Мне самому было несладко: пролетев по воздуху и проломив ветви, я ударился о ствол дерева, где и остановил свой полет.
Пока я приходил в себя, под деревом состоялся короткий разговор.
— Ой! Смотри, Карел, этот дядя так же застрял на дереве, как и тот дядя, которого наш папа выкинул из окна маминой спальни. Может, это он и есть.
Я скосил глаза вниз. Под деревом, держась за руки, стояли и смотрели на меня мальчик лет восьми и девочка лет шести.
— Нет, Мара, тот был с длинными волосами, а этот лысый.
Я пощупал рукой голову и обмер: мои волосы, длинные и красивые волосы, полностью сгорели! От них остались одни обожженные пеньки. Одежда тоже висела на мне лохмотьями. А еще обиднее было то, что за выступом балкона, куда я не заглянул, находилась пожарная лестница. И отсюда, с высоты дерева, которое я обнимал, как любимую девушку, мне ее хорошо было видно.
Я спрыгнул с дерева и побежал к лестнице.
— И тот не мог бежать, — услышал я за спиной. — Его увезли в карете скорой помощи. А этот смотри как скачет.
— Но он же почти голый, как и тот, — тонким голоском проводила меня девочка.
Я добрался до лестницы и взобрался на второй этаж, прыгнул на балкон и заглянул в комнату, где произошел взрыв. Обгорелые стены, вывернутые оконные рамы и болтающаяся на одной петле дверь. Но вот плесени не было. Ее просто выжгло в мгновение ока. Из коридора в номер со страхом заглядывали люди, но не решались войти. Курильщик, что бросил сигарету, валялся на полу, не подавая признаков жизни. Рядом с ним у стены, зажав уши, сидели несколько человек, по-видимому оглушенные и контуженные взрывом. В коридоре плесени было мало, и в основном она находилась у дверей номеров.
На каком-то этапе своего роста она остановилась и не пошла дальше. Может, устремилась по канализации, где пищи больше, и теперь гуляет по городу под землей?
Я пошел к выходу на лестницу, ведущую на третий этаж. Увидев меня, обгорелого и оборванного, люди замолкали и расступались.
— Идите в номер, откуда я вышел, и спускайтесь через балкон по пожарной лестнице, — крикнул я, и они потянулись в номер.
Я прошел по лестнице и поднялся на третий этаж. Здесь людей было больше, а плесени меньше. Протолкнулся сквозь толпу к своему номеру. Дверь была открыта, но люди, видя плесень, туда не заходили. Плесень доползла до середины комнаты и остановилась. Ее края были уже серо-бурыми.
По-моему, она потихоньку отмирала. Людям, что теснились в коридоре, я сказал:
  
— Идите на второй этаж, там есть выход на улицу. Через пожарную лестницу.
Толкаясь и ругаясь, лурги поспешили вниз. Я со вздохом облегчения прошел в свой номер и подошел к шкафу. Там лежал нетронутый рюкзак Жюля, а в нем моя сумка.
Мне надо было переодеться. Я пошел по номерам и после недолгих поисков подобрал себе одежду. Взглянул в зеркало и выругался. На голове торчали обгорелые остатки волос. Голова, руки и лицо были черные от копоти. Я понимал, что это проделки Лиана, который почему-то стал относиться ко мне хуже и таким образом выражал свое неудовольствие. Или они с Шизой сговорились отомстить мне за то, что я их игнорировал.