Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

— Уже освободилась? — удивился он. — Ну так даже лучше, пошли за мной.
Он повернулся и зашагал прочь, не глядя, иду я за ним или нет. Он зашел в свою каюту и, не закрывая дверь, пропустил меня.
— На колени, тварь! — приказал он.
— Ага, сейчас! — саркастически проговорил я и ударил его в живот кулаком. Молодец согнулся и, задыхаясь, стал ругаться.
— Мало, значит, — проговорил я и ударил его кулаком по лицу. Метил в нос и попал.
  
Тот упал как подкошенный и, плача, засучил ногами по полу.
— Иди пожалуйся папе, что тебя женщина избила, — презрительно бросил я и удалился.
Лиранда спешила. Адъютант слыл гадким и жестоким человеком, но все знали, что капитан слушает его и получает от него информацию. От нее не убудет переспать с красивым молодым офицером. Она, не стучась, вошла в каюту и увидела Миртона, вытирающего платком размазанную по лицу кровь.
— Кто это вас так? — спросила девушка, и офицер дернулся, как от удара.
Он откинулся на спинку дивана и со страхом спросил:
— Вы зачем пришли, младший листер?
— Вы же сами приказали прийти к вам после капитана! — с удивлением ответила Лиранда. Вид избитого Миртона ее возбуждал, кровь на лице будила в ней древние инстинкты. Девушка облизнулась и приблизилась к офицеру.
— Э-э-э… прошу вас, не надо, — проблеял Миртон, пытаясь вжаться в диван.
Но девушка расстегнула на себе блузку, сделала шаг, и юбка упала к ее ногам. Офицер не успел опомниться, как девушка уцепилась за ремень его брюк и стала быстро расстегивать.
Капитан залпом допил вино в бокале, налил себе еще и выпил. То, что с ним сотворила эта бестия, его сначала ошарашило, выбило из колеи, но затем пробудило в нем волнующую страсть. Он захотел еще раз испытать боль и приходящее с ней наслаждение.
Капитан нажал кнопку вызова, и на его экране появилась картинка каюты адъютанта. Капитан вытаращил глаза. Его адъютант откинулся на спину и постанывал, а рядом с ним на коленях стояла полураздетая Лиранда Монади, уткнувшись головой в его пах.
— Монади! — заорал капитан.
Адъютант вскочил, а девушка, отброшенная сильным толчком, упала на пол.
— Монади, — повторил капитан. Эта сучка ублажала его адъютанта! Совсем страх потеряла! — Миртон! Трое суток ареста… и выговор.
Он в сильном раздражении отключился. Выпил еще, и картина, которую он увидел в каюте адъютанта, вскружила ему голову. Он вызвал дежурного офицера и приказал:
— Монади ко мне, срочно!
Я только подошел к каюте Вейса, как меня остановил окрик вестового:
— Монади, к капитану, немедленно.
Я недовольно посмотрел на вестового:
— Зачем?
— А я почем знаю! — удивился тот и нагло подмигнул. — Пойдешь, узнаешь.
Развернувшись, я направился к капитану и застал его в благодушном настроении. Он пригубил вино и проговорил:
— Как хорошо, что вы так быстро пришли, Лиранда. Я закрою глаза на ваши шалости с моим адъютантом, но с одним условием… — Он сделал паузу, давая мне время проникнуться значением его слов. Хотя я ничего не понял и спокойно продолжал смотреть на кэпа, он закончил довольно странно, видимо, принял мое молчание за согласие: — Вы сделаете мне то же, что и моему адъютанту.
Я с нескрываемым удивлением посмотрел на еще не старого мужчину. "Ну точно, садомазо обожает, извращенец, — подумал я. — Что у них за нравы? Не корабль, а летучий бордель".
— Как пожелаете! — вздохнул я и, увидев, как подобрело лицо капитана, подошел и врезал ему кулаком в живот.
Капитан согнулся и вылупил глаза.
— О-о-о!
Но я добавил кулаком в скулу, и капитан упал на пол. Я старался сильно не бить, человек он уже немолодой, еще, чего доброго, сломаю что-нибудь. Я нагнулся к лежащему почти в отключке капитану и спросил:
— Еще чего желаете, сэр?
Тот стал отползать, в его глазах плескался ужас. Мыча что-то нечленораздельное, он отрицательно помотал головой. Я распрямился, поправил выпадающие из бюстгальтера груди, посмотрел на капитана.
— Тогда я пойду?
Он согласно закивал. Пожав плечами, я вышел и вновь направился к Вейсу. Когда я проходил мимо каюты адъютанта, дверь открылась, и меня ухватил за руку все тот же молодей. Втащил и без разговоров полез под юбку. Видимо, и этому было мало. Я схватил руку наглеца и сломал ее. Потом ухватил мерзавца за нос и крепко сжал.
— В следующий раз я не руку тебе сломаю, а голову оторву, понял?
Адъютант что-то промычал в ответ, и я его отпустил. Долго мне с ним разбираться было некогда, мне нужен был Вейс.
Королевство Вангор. Столица Вангора.
Курт Веймар сидел и молчал. Советник по своему обыкновению рассматривал улицы столицы, что примыкали к их цитадели, и тоже молчал. В кабинете их было двое. После того как Веймар принес клятву верности Советнику, у них установились более тесные отношения.
— Как же все плохо складывается, — равнодушным тоном произнес Советник. — Вы не находите, Веймар? — Советник не ждал ответа от магистра. Он просто рассуждал вслух, и Веймар знал эту его привычку. — Чем дольше я тут нахожусь, тем больше проблем у нас возникает. И знаете, что самое неприятное, Веймар? — Советник отвернулся от окна, прошел к своему креслу и уселся. Поставил локти на стол и сложил пальцы рук перед собой в замок. — Впервые я не могу контролировать ход событий. Он не поддается никакому анализу. И что прикажете сообщить Фрау? М-да. Мы заперты в замке. В нейтральном мире существуем в подполье. В Инферно мы потеряли специалистов и заперты под куполом. Объект для Фрау потерян. Нам нужны виновные, Веймар. Вы хотите им быть?
— Нет, — спокойно ответил Курт.
— Правильно, дружище, вот и я не хочу. А они должны быть, и не просто быть, понимаете?
Веймар понимал. Советник играл с ним в игру "угадай мое желание". Ему нужны были виновные в провалах, на которых он мог бы свалить все грехи. Но открыто этого не говорил. Он хотел остаться в стороне от назначения виновных.
Веймар откашлялся.
— Я думаю, господин Советник, что у нас созрел большой заговор. Старые кадры недовольны новыми правилами и решили отделиться от синдиката, создав свою организацию. Они саботировали все наши начинания. Подставляли агентов, продавали информацию и готовили переворот.
Советник согласно кивал в такт словам Веймара.
— Только кто сообщит нам эту информацию, Веймар? — спросил он, как только тот закончил говорить. — Есть у меня один Искореняющий, собирающий информацию о положении дел в ордене. Он передал мне список заговорщиков. Если нужно, я вечером вам его отдам. Но это довольно большой список. — Он вопросительно посмотрел на Советника.
Тот одобрительно кивнул.
— Это хорошо, Веймар, чем больше, тем лучше. Мы запросим новых людей, и, пока они войдут в курс дела, у нас будет запас времени, чтобы решить наболевшие вопросы. Идите и готовьте список.
Вечером Веймар принес список предателей. Прочитав его, Советник остался доволен.
— Надеюсь, у вас есть план нейтрализации врагов? — спросил он.
Веймар кивнул.
— Тогда начинайте его претворять, и да поможет вам космос.
Ночью в замке начались аресты. Группа преданных Веймару людей поднимала братьев и волокла их в подвал, там им вкалывали наркотик, и они подписывали признание. Список врагов рос. Аресты продолжались и на следующий день. К вечеру три десятка самых старых и опытных агентов синдиката были арестованы и допрошены. Веймар действовал решительно и жестко. Записи допросов и признаний открывали колоссальную историю предательства. Замок Искореняющих погрузился в мрачную гнетущую тишину. На охране замка стояли новенькие агенты, только что прибывшие в сектор. Они презрительно смотрели на старожилов, видя в каждом предателя. Ночью состоялся суд.
  
Веймар задержался, готовя сообщение к отправке, а Советник вместе с назначенными судьями в присутствии тех, кому повезло не оказаться в рядах злоумышленников, проводил судебное заседание.
Дело разбиралось быстро — просматривались признательные показания, показания, обличающие сподвижников предателей, и выносился приговор. Виновен! Виновен! Виновен! Эти слова уходили вверх, под купол зала заседаний и возвращались эхом.