Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

— У вас тут все какие-то слабые, не успели чуток принять, по кружечке, сразу падают под стол, даже поговорить не с кем. А что за застолье без разговоров? Это пустая трата времени, — сказал я. — Давай выпьем за настоящих мужиков, кто не под каблуком у бабы, кто Отчизну свою защищает и глендара не посрамит. Ты не посрамишь своего глендара? — спросил я моего застольного гостя.
  
Того уже торкнуло, глазки посоловели, и он решительно ответил: "Не посмарлю". Мы ударили кружками и выпили. "Молодец! Хорошо держится", — подумал я и закусил поросенком. Гленд некоторое время посидел и упал мордой в тарелку с рыбой.
Ну вот, еще один неразговорчивый. Я огляделся и увидел стоящего в стороне прислужку.
— Ты гленд или гном? — спросил я.
— Я гном, — испуганно ответил он.
— А где гленды? Позови кого-нибудь, а то выпить и поговорить не с кем.
Глава клана шел по замку, в обеденный зал, проходя мимо малой залы, он увидел толпу слуг, толкающих друг друга в дверях.
— Что там происходит? — недовольно спросил он и уставился на замерших слуг.
— Там человек требует кого-нибудь с ним выпить, — нерешительно ответил один из них.
— Ну так позовите какого-нибудь гленда. Второго советника, например, пусть напоит гостя, — сказал глендар и захохотал от своей шутки. Начальника личной стражи перепить мог только сам глендар.
— Он уже там, но валяется под столом пьяный, — ответил тот же слуга.
— Пьяный? А человек? — Глава клана был сильно удивлен, что кто-то смог перепить второго советника. Это было немыслимо!
— А человек трезвый и кричит: "Я требую продолжения банкета".
— А ну, разойдись! — На слуг как таран пошел глава клана, ему, глендару клана Четвертых ворот, был брошен вызов. И кто это сделал? Человек!
В зал вошел статный гленд, широкоплечий и высокий, почти как я.
— О, друг, наконец-то! Ты составишь мне компанию, а то поговорить и добро выпить не с кем. Все, кто приходили, слабаками оказались, пару рюмочек выпили и потерялись.
Я изображал подвыпившего и нес всякую чепуху. Гленд уселся, побуравил меня глазами, пнул ногой чье-то бесчувственное тело и сказал:
— Я глендар Грендар. Слуги говорят, ты, человек, перепил моих глендов?
— А что их перепивать? Настоящего застолья в жизни не видели, мы ни поговорить не успели, ни песни попеть. Срамота!
Глендар кивнул слуге, и ему налили самогонку в стаканчик. Я себе налил в пивную кружку и посмотрел с усмешкой на главу клана. Тот побагровел и сам перелил из стаканчика в кружку, дополнил и поднял:
— За что пьем, человек?
— За радушного хозяина, самого великого глендара из всех подворотен.
— Ворот, — поправил меня польщенный здоровяк, и мы опрокинули кружки. Спаивать местного хозяина было опасно, это тебе не гленды, это почти царь в своем клане, и урону своей чести он не простит.
— Хорошо тут у тебя, хозяин, — вздохнул я. — Всего полно, но почему для нас женщины не танцуют? Вот у нашего герцога, по-вашему глендара, всегда девушки танцевали. Сидишь, ешь-пьешь и наслаждаешься.
— Я знаю, что такое герцог, хуман, — произнес глава. — Это необразованные гномы думают, что на свете есть только мы и темные дзирды. — Он еще попытался просверлить мне дырку взглядом, а потом засмеялся. — Ты прав, это было бы интересно. — Он хлопнул в ладоши и, когда появился слуга, велел: — Гоните сюда дочерей глендов, каких найдете, и пусть для нас с гостем потанцуют.
— Уважаю твою решительность, — одобрительно сказал я, — в тебе чувствуется настоящий правитель, не меньше короля.
— Это крамольные речи, хуман, — остановил он меня, но морда его, раскрасневшаяся от выпитого, лучилась от удовольствия. — Ты странный человек. Но понимающий. Думаю, мы найдем общий язык, позволяю тебе называть меня просто Грендар, когда мы одни.
— Тогда выпьем за понимание, оно много значит среди настоящих мужчин. — И мы выдули еще по кружке.
Пока ждали девушек, у нас состоялся разговор.
— Вот тебя как зовут, человек? — спросил Грендар.
— Ирридар, — уплетая за обе щеки, ответил я. — Приятно познакомиться.
— Ирридар, ты передашь нам свои знания магии? — вкрадчиво спросил глендар и остро посмотрел мне прямо в глаза. Я не отвел взгляда и честно ответил:
— Не вопрос, Грендар, скажи, кого учить, и я все сделаю.
Он просиял и проговорил:
— Вот это, я понимаю, взаимопонимание. Только ты на трезвую голову вспомнишь о своем обещании? — Он сомневался, хорошо понимая, что трезвый и пьяный — это два разных человека.
— Я еще не пьян, Грендар, чтобы забывать о обещании. Хочешь, тебя научу? — спросил я.
— Меня не надо, я магией не владею. Моих хиртрагов научи.
— Мужик сказал — мужик сделал, лишь бы они смогли учиться, — ответил я. Передать знания я мог, но вот в то, что они смогут применить их, не верил. Совсем другой подход у них к магии.
Подошли смущенные девушки и, толкаясь, выстроились у стола.
— А где музыка и музыканты? — спросил я. — Они что, без музыки танцевать будут?
Глендар задумался:
— У меня есть только военный оркестр с дудками и барабанами.
— Давай их сюда! — радостно закричал я, банкет продолжался. — А чтобы девушки не стеснялись, им надо налить по стаканчику.
Глендар удивленно воззрился на меня:
— Зачем?
— А ты посмотри на них, — показал я на краснеющих дам. — Трезвыми они что тебе спляшут? Только похоронную. Они же боятся. Вот ты в бой с боязливыми солдатами пойдешь? — привел я ему сравнение, понятное глендару по сути и духу.
— Нет, не пойду, — понял он меня и гаркнул: — Налейте девушкам для храбрости.
Не смея отказать всесильному главе, девушки, давясь, выпили. Скоро и они разрумянились. Глазки заблестели, и они уже с интересом посматривали на меня и глендара. Я вытащил свой инструмент, похожий на гитару, прошелся по струнам и спросил:
— Красавицы, вы какие мелодии любите, медленные или быстрые?
— Медленные, — ответила самая бойкая, расстреливая меня глазками.
Я подобрал аккорды и, тронув струны, запел:
— Я гитару настрою на лирический лад…
Девушки, услышав мелодию, замерли с открытыми ртами. А потом несмело повели хоровод, прямо как у нас на Руси. Даже платочки достали.
К этому времени подошли музыканты с гуслями, дудками, барабанами и фанфарами.
Глендар сидел красный и довольный. Он так хорошо не отдыхал никогда. Он решил главный вопрос и мог позволить себе не напрягаться.
— Ребята, что-нибудь быстрое и веселое! — скомандовал я, и они бахнули что-то шотландское с волынками, от их музыки у меня заныли зубы.
— Нет, так не пойдет! Хозяин, они по-трезвому играть не будут, прикажи налить им по чарке, иначе от скуки умрем.
Глендар только кивнул, и каждому музыканту поднесли стаканчик. Те с удовольствием выдули и слитно крякнули. Сразу стало видно — спаянный коллектив. Как и наши полковые оркестры, гуляют и пьют вместе, обычно на похоронах.
Я, видя, что можно оторваться, радостно закричал:
— Еще девушкам по стаканчику для резвости!
На глендара уже не смотрели, сразу обнесли танцовщиц, и оркестр грянул что-то среднее между "Муркой" и чарльстоном. Я выскочил на середину и пошел по кругу девушек, притоптывая, прихлопывая и вприсядку. Они не выдержали и потянулись следом. Я бил в ладоши, танцевал "яблочко", переходил на "цыганочку", потрясая плечами, и выкрикивал: "Эх, гуляем!" Схватил за талию глазастую и вытянул ее на середину. Девушка охотно ответила и очень гармонично стала кружить вокруг меня. Тут оркестр перешел прямо на лезгинку. Я выхватил из-за пояса кинжалы и давай выделывать коленца, а девушка павой ходила вокруг меня. А вокруг нас вели свой хоровод остальные. Натанцевавшись, я закричал:
  
— Всем по чарке! Банкет продолжается! Выпьем за самого лучшего глендара — глендара Грендара.
Мне наполнили кружку, и мы, ударившись ими с главой клана, выпили. Музыканты поняли, что нужно делать, и наяривали быстрые мелодии, которые больше напоминали кошачий концерт, но засидевшиеся без праздников гномки отдались танцам вовсю. Были они хорошо сложены, с приятными личиками и своей хрупкостью напоминали сказочных фей.