"Фантастика 2026-13". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
– Помню, конечно. Только ты так и не дал мне его прочесть, – укорил друга Кедров. – А теперь я его уже никогда не прочту: ты отдал его товарищу Сталину.
– Это не проблема. – Коля указал Михаилу на стоявшую в тени скамейку, и они уселись на нее; Миша тотчас вытянул раненую ногу. – Я помню это письмо наизусть. Слушай…
[1] Military Intelligence.
[2] Secret Intelligence Service.
Вместо эпилога. Последняя страница из дневника великого князя Николая Михайловича
15 (28) января 1919 г.
Сегодня день моей казни. Никто прямо не говорил мне об этом, но я знаю. Кажется, даже мой кот Вальмон это знает. И теперь мне предстоит самое трудное: воззвать к незнакомцу, который, быть может, даже имени моего никогда не слышал.
Почти тридцать лет назад мною и небольшим кругом моих соратников овладела идея: восстановить славянское язычество. Нам казалось тогда, что только оно, с его тысячелетней историей, способно вернуть величие нашему Отечеству. Мы – я и еще два человека – учредили проект под названием «Ярополк» и финансировали проведение экспериментов, необходимых для подпитки языческих эгрегоров – полей энергии, конденсаторов могущества, расположенных в Тонком мире. Увы, при одном из испытаний случилась катастрофа: была нарушена граница между мирами – Нашим и Той стороной. Потусторонние сущности, коим даже названия нет (я решил называть их словом инициаторы), хлынули сюда.
Это произошло почти шестнадцать лет тому назад, в июне 1903 года, и с тех самых пор инициаторы занимаются здесь, в Нашем мире, вербовкой пособников для себя. Впрочем, слово «вербовка» я употребил в фигуральном смысле. Инициаторы выбирают детей, чья воля еще слаба, или тех, кто отпал от своей исконной Церкви, и овладевают их душами. Существ, которыми эти несчастные становятся, прежде именовали в народе словом двоедушники, подразумевая, что у них наряду с человеческой душой возникает душа демоническая. Такие люди начинают творить Зло, даже не отдавая себе в этом отчета.
Цель враждебных нам сущностей Той стороны – та же, что и во все времена: поквитаться с человеческим родом за то, что Бог предпочел им нас, людей. Наступление Армагеддона – вот чего они всегда желали. Но теперь они близки к своей цели как никогда ранее.
Я сумел узнать: им требуется пятьдесят лет, чтобы инициировать Конец Света. Но прежде этого каждый Год Змеи (по терминологии Восточного календаря, в котором принят двенадцатилетний цикл) будет совершаться очередной виток приготовлений . Два витка уже прошли: сперва, в 1905‑м, произошел подрыв веры народа в Самодержавие, а затем – в 1917‑м – полный крах Российской Империи. Однако это – только начало. В 1929 году будет уничтожено русское крестьянство – те, на ком держалась Святая Русь. В 1941 году Россия вступит в войну, ужасней которой в истории еще не было. А в последний Год Змеи – 1953‑й – начнется всемирная битва, в которой человечество погибнет.
А теперь – о главном. Мне сказали, что приготовления остановить невозможно, но я в это не верю. Процесс был запущен человеком, и, стало быть, человек может обратить его вспять. Для этого необходимо восстановить границу, отделяющую людей от Врага, и не дать двоедушникам утвердиться в Нашем мире. Беда лишь в том, что мне неизвестно, как это сделать. Но, может быть, Вы – именно Вы – сумеете это узнать и найдете людей, которые помогут Вам.
Об одном только хочу Вас предупредить. Мне удалось выяснить, что в Европе уже много веков существует тайная организация, ставящая задачей своей противодействие наступлению Армагеддона. Никто не может по своей воле снестись с нею; ее агенты сами выходят на тех, кто представляет для них интерес. Ваш покорный слуга в число таковых не вошел, и, вероятно, это уберегло меня от нового греха. Ходят слухи, что методы, которые организация эта применяет в борьбе со Злом, ничуть не лучше самого Зла. Я бы, пожалуй, рискнул своей душой, стал бы сотрудничать с этими людьми. Но если они свяжутся с Вами, то Вы никогда, никогда, никогда не должны делать того, чему будет противиться Ваша душа!
Пусть Бог спасет Вас и сохранит!
Вел. кн. Николай Михайлович Романов.
Петропавловская крепость.
Алла Белолипецкая
Командировка в обитель нежити
Эпиграф
Ведьма – колдунья, чародейка, спознавшаяся, по суеверью народа, с нечистою силою. По поверью, есть ведьмы ученые и прирожденные; ученая ведьма хуже прирожденной.
В.И.Даль. Толковый словарь живого великорусского языка.
Навы – древние мифические существа, насылавшие смерть; кроме того, слово навь означает мертвеца.
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
Пролог
Ноябрь 1920 года
1
Только два человека доподлинно знали, кто поджег храм Святой Параскевы Пятницы в канун престольного праздника: в ночь на 28 октября 1920 года по православному календарю, а по новому стилю – на 10 ноября. Эта деревянная церковка простояла на высоком берегу Оки почти три века: её возвели в начале 1650-х годов, незадолго до никонианской богослужебной реформы. И благодаря храму близлежащее село тоже стало зваться Пятницким, хотя древностью своей оно на столетия этот храм превосходило. Поселение, имя которому было – Макошино, возникло в здешних местах еще в середине XII века. Основанное через полтораста лет после Крещения Руси, оно, тем не менее, прозывалось в честь славянской богини Макоши: распорядительницы счастливого жребия, покровительницы прядения, ткачества и ворожбы. Ибо с незапамятных времен в окрестных сосновых лесах прятались и поддерживались кем-то в сохранности каменные алтари этой богини. Их так и не смогли уничтожить все до единого – ни по приказанию князя Владимира, ни по распоряжению патриарха Никона, ни даже по ретивому усердию большевиков.
И вышло так, что языческие капища в окрестностях села к концу 1920 года уцелели, а приходская Пятницкая церковь – погибла в огне.
В тот год девятое ноября по новому стилю выдалось вьюжистым. Поземка начала заметать еще с полудня, ледяной ветер пробирался даже под овчинные тулупы, так что после захода солнца сельчане почти все попрятались по домам – залегли на прогретые печные полати. И прогуляться поздним вечером по селу вздумали только двое: высокая худощавая женщина, по самые глаза обмотавшаяся платком, и коренастый мужчина в черной тужурке, похожей на матросский бушлат, и в мохнатой шапке-ушанке.
Шли они к опушке соснового бора: в сторону храма и погоста. Причем только мужчина знал, что их двое. Женщина шла, не оборачиваясь и явно не ведая о том, что кто-то следует за ней. Вот – поземка зацепила край её юбки, задрала его к худым коленям сельчанки, и та приостановилась, чтобы одернуть подол. Однако своего преследователя – метнувшегося к забору одного из близлежащих домов – не углядела. Вот – мужчина наступил в темноте на стеклянистый ледок замерзшей лужи, громко хрустнувший под его сапогом, но – сельчанка, укутанная в платок, вновь ничего не заметила.
Единственная в селе улица закончилась, и впереди замаячил силуэт старинной деревянной церкви, стоявшей почти у самой воды. Лишь речной крутогор да несколько саженей песчаного берега отделяло Пятницкий храм от холодной, готовящейся к ледоставу Оки.
Возле самой околицы женщина чуть задержалась и огляделась-таки по сторонам – но не так, как оглядывается человек, чего-то опасающийся. Она словно бы высматривала во вьюжной ночи только ей ведомые знаки. И во время этой заминки мужчина – повалившийся наземь в неглубокий снег – успел изрядно замерзнуть и помянуть недобрым словом рано подступившую зиму.