Пылкий любовник

Но когда, недели через две после отъезда Венеры, Джек явился в заведение мадам Робюшон среди ночи, едва держась на ногах, и вновь заказал Люси, хозяйка посмотрела на него как-то странно. А покладистая куртизанка, оставшись с ним наедине, сразу спросила:
– Маркиз, что с вами происходит? Зачем вы сюда приходите? Мы ведь не сможем долго скрывать все это…
– Не беспокойся, – пробормотал Джек заплетающимся языком – Вот… сейчас… еще в-выпьем… – Он потянулся к ведерку с шампанским. – И все будет х-хорошо…
  
– Я вам уже совсем не нравлюсь? – не унималась Люси. – Я не понимаю. У нас столько времени все было хорошо, я даже привыкла к вам… Может, я что-то не так делаю или вам нужно сменить обстановку? Я не могу так, мадам уже подозревает…
– Эх, Люси! Вот и ты бросаешь меня… – Маркиз мотнул головой, спутанные черные пряди упали на глаза. – А мы так долго были друзьями… Так и бывает в жизни: все что-то строишь, строишь… годами, десятилетиями, а рассыпается все в прах за час.
– Я вас не бросаю. Это я больше не нужна вам… Поезжайте в деревню, маркиз, подышите свежим воздухом… – Люси участливо посмотрела на него. – Я знаю, вам это всегда помогает… И выбросите из головы то, что мучает вас…
– А видно, что мучает?.. – Джек с трудом поднял голову и отыскал взглядом Люси. Ее стройная фигура на фоне расшитой яркими цветами занавески вдруг кого-то напомнила. Но только на миг.
– Еще как.
Люси сделала шаг и хотела погладить маркиза по голове, но рука застыла в воздухе.
– Нет, в деревню я не поеду… Там мне будет… еще хуже. – Джек глубоко вздохнул и пьяно мотнул головой. – Там со мной была она… И я был с ней…
– Вот видите, – мягко упрекнула Люси, отбирая у него бутылку. – Значит, все дело в ней! Не надо скрывать, я сразу обо всем догадалась… Нет, вам уже хватит! На дне стакана вы ее тоже не найдете.
– Да никого я не ищу! – выкрикнул маркиз, пытаясь встать, но вместо этого повалился на диван и мгновенно заснул.
– Ищете… – вздохнула Люси, с жалостью глядя на небритого маркиза в мятой, заляпанной вином рубашке с расстегнутым воротом. – Только сами себе пока в этом не признаетесь…
Накрыв Джека пледом, она подошла к окну и долго стояла, глядя на пустынную, слабо освещенную мутным светом газовых фонарей улицу.
Приятели маркиза знали о его состоянии гораздо меньше Люси, но и те начали беспокоиться.
– Что-то давненько ты на рыбалке не был, – сказал как-то Нэд Дарлингтон, глядя на осунувшееся, небритое лицо Джека. – Времени нет?.. Ясно. Спешишь в одиночку все вино в Лондоне выпить?
– Спешу, – кивнул маркиз и хотел добавить что-то резкое, но, вскинув голову, посмотрел другу прямо в глаза. – Нэд, скажи, что со мной творится? Никогда такого не было…
– Тебе как – честно или вежливо?
Голос барона звучал насмешливо, но смотрел он на Джека с болью и состраданием.
– Пошел ты к черту! Вежливо я могу у виконта Тэлмота спросить…
– Тогда, – Нэд глубоко вздохнул, – поезжай, найди ее и скажи, что любишь.
– Хороший совет… – задумчиво отозвался Джек. – Только не для меня.
– Тогда придумывай сам. – Нэд слишком хорошо знал маркиза и не раз убеждался, что споров с ним в таком расположении духа лучше не затевать. – Одно могу сказать точно – бутылка губила и не таких, как ты.
– Спасибо… Таким и должен быть совет настоящего друга, – произнес маркиз, язвительно скривившись. – Лучше горькая, но правда… Я приму к сведению все, что ты сказал.
Взяв со столика почти опустошенный графин, он налил себе еще бренди. Нэд посмотрел на него с грустью и покачал головой.
– Простите, сэр… К вам посетитель… Камердинер осторожно тронул Джека за плечо. Тот что-то промычал и сделал движение, как бы пытаясь натянуть на себя одеяло. Но одеяла не оказалось. Маркиз спал у себя в кабинете на диване прямо в одежде. Сил хватило лишь на то, чтобы стащить ботинки.
– К черту… – Маркиз застонал, не в силах разлепить веки. – Всех к черту!.. Ненавижу!
– Я сказал, что вас нет дома, и вы не скоро будете… Но он не уходит. Вам подать умыться сюда?
– Тебе что – два раза повторять надо?
Джек, наконец, оторвал мятое лицо от жесткой кожаной подушки и свирепо взглянул на Мориса.
– Это очень настойчивый посетитель, сэр. – Верный слуга отступил на шаг и торопливо добавил: – Говорит, у него очень важное дело, касающееся молодой леди Палмер… Это ее учитель танцев.
Джек, сделав над собой громадное усилие, сел на диване и, мучительно морщась, посмотрел на камердинера:
– Скажи, что я приму его. Через десять минут. – Маркиз умудрился встать, но, качнувшись, ухватился за спинку дивана. – А сейчас – самого крепкого кофе…
Что-то ворча про себя, он побрел к двери в ванную, но остановился на полдороге:
– Как его зовут?
– Мистер Винченцо Доцци. Итальянец, учитель танцев…
– И он знает Сару?
– Говорит, очень близко. – Морис обозначил легкий поклон. – Поэтому я взял на себя смелость послать за мистером Уаттом, сэр…
– Ты просто молодец. – Джек улыбнулся верному слуге. – Что бы я без тебя делал?
Когда Джек вошел в гостиную, Винченцо нервно вскочил со стула и шагнул ему навстречу. Руки у молодого итальянца дрожали, но глаза метали молнии. Джек смерил взглядом невысокую изящную фигуру учителя танцев и усмехнулся про себя.
– Благодарю за визит, – поклонился он с изысканной вежливостью.
– Я пришел сюда вовсе не ради вас! – слишком патетично и с каким-то смешным акцентом воскликнул Винченцо и сделал странный жест, который, на взгляд маркиза, либо ничего не значил, либо мог означать очень многое.
– Я понимаю. Присаживайтесь. – Он кивнул итальянцу на кресло. – Сейчас принесут кофе… А вы пока расскажите, что вас привело ко мне. Чего вы хотите?
– От вас я ничего не хочу!
Винченцо, миновав кресло, сел на стул, поддернул на коленях коротковатые брюки, но на маркиза по-прежнему глядел непримиримо.
– Давайте скажем иначе… – усмехнулся Джек. – Что я могу для вас сделать?
– Вы ничего не… – начал итальянец и вдруг вскричал, стиснув небольшие кулаки и прижав их к груди: – Я не отдам ее вам! Она моя!..
– Кто? – стараясь выразить на лице полнейшее недоумение, пожал плечами маркиз.
– Вы прекрасно знаете! Я говорю о Саре Палмер!.. – Винченцо замолчал на миг, решаясь. – Вы не можете жениться на ней. У нее мой ребенок!..
– Вы уверены? – с нажимом спросил маркиз после достаточной паузы. – Подумайте, мистер… Доцци. Вы только что признались… Это очень серьезное заявление.
– Я уверен во всем, что хочу сказать! – От волнения акцент у итальянца только усиливался, и он не всегда правильно употреблял слова. – Она сама мне наговорила, что желает выйти замужем за вас только из-за титула!
– Оч-чень интересно… – Джек хмыкнул, прилагая немалые усилия, чтобы скрыть свою радость. – Значит, она сама вам говорила? И вы готовы повторить это в суде, под присягой?
– А это остановит женитьбу? – с отчаянной надеждой во взгляде посмотрел на него итальянец.
– Полностью, – заверил Джек. – И любой юрист скажет вам то же самое…
– Тогда я готов. – Итальянец положил руки на колени, но они продолжали предательски дрожать. – Я готов и повторить, и подписать…
Тут уж маркиз не смог сдержать вздоха облегчения.
– Но только потому, что я сам хочу жениться на ней, – не унимался Винченцо. – Потому что я люблю ее!
– А что думает об этом Сара? – осторожно осведомился Джек.
– Она говорит, что любит меня! – Голос Винченцо зазвенел от напряжения. – Но ее семья и слышать не хочет…
В гостиную вошел Морис с кофейным подносом, и дальше беседа продолжалась уже за столом и не на таких повышенных тонах.
  
– Мне сказали, вы учитель танцев, – с вежливой улыбкой сказал Джек, помешивая кофе.
– По-моему, это вполне достойное занятие. Я работал во многих очень уважаемых семействах и отовсюду имею самые лучшие отзывы.
– Ради Бога, кто спорит? – согласился маркиз.