Обольстительная самозванка

— Скорее всего в Лондоне, если верить Луи. Я мог бы поехать поискать его и вернуться через пару дней.
— Ты не можешь бросить меня. До праздника осталось всего четыре дня.
— Я вернусь вовремя, — нетерпеливо отозвался он, глядя на нее своими бездонными голубыми глазами, и невозможно было догадаться, какие мысли отражаются в них. — Отправлюсь на рассвете. Не могу я сидеть сложа руки, зная, что стало известно о мистере Скотте, и не использовать это для восстановления его доброго имени.
  
— Но как ты найдешь капитана Корбетта? — недоумевала Кейра.
— Наведу справки. Расспрошу знакомых. — Он не сводил глаз с девушки. — Мне пора, к сожалению. Если я должен ехать, то многое нужно успеть сделать. — Он поднял взгляд к ее лицу, и показалось, хотел еще что-то сказать, но, плотно сжав губы, зашагал к двери. В дверях приостановился и повернулся к ней. — Вернусь как только смогу, — пообещал он и вышел.
Кейра стояла как вкопанная, уставившись на то место, где только что стоял Деклан. Она боялась оказаться одна, когда приедет Лили и ее обман станет всем известен. Боже, как вся эта история изменила ее: она больше не та, что была раньше!
Девушка судорожно ухватилась за спинку стула, вонзившись пальцами в шелковую обивку, когда ноги подкосились. Она не хотела ничего из того, что имела сейчас, — ни титула, ни этого красивого дома. Если б могла, то ушла бы отсюда сию минуту, шла бы всю дорогу до Ирландии пешком. Господь всемилостивый, где же Лили?
Звук женского смеха достиг ее слуха. Кейра стиснула зубы и заставила себя вернуться к гостям.
День пролетел очень быстро. Кейра с мистером Фишем обходили усадьбу, осматривая сооружения, которые рабочие возводили для праздника. Она улыбалась и кивала, отвечала на бесчисленные вопросы, а потом рассеянно гадала, на что еще согласилась. Ей необходимо было подумать, отчаянно хотелось сбежать и поразмыслить в тишине. Как она станет искать драгоценности, Не привлекая к себе внимания? Впрочем, какое это имеет значение? У нее нет на это времени, когда так много еще нужно сделать. И только за час до подачи ужина, когда Кейра играла на фортепиано, а Люси упражнялась в написании букв, у девушки появилось время для размышлений. Она задалась вопросом, где сама спрятала бы камни.
Наигрывая мелодию, которую особенно любила — она навевала воспоминания об Ирландии и зеленых холмах, о скалистых берегах и бурлящем море, — девушка немного отвлеклась от своих мыслей.
Но внезапно резко остановилась.
Люси вскинула на нее глаза.
Кейра поднялась со скамейки и опустилась на колени.
— Что вы делаете, мэм? — спросила девочка, отложив в сторону грифельную доску и мелок.
Кейра перевернула скамейку и провела пальцами по вырезанной надписи. «Ты песнь, которая звучит в моем сердце; я живу для А., моей любви, моей жизни, единственной ноты моей души. Твой навеки Д.С.». Слезы затуманили ей глаза, когда она представила, как мужчина делает эту надпись для женщины, которую любит.
— Что случилось? — испуганно спросила Люси.
Кейра перевернула скамью обратно и, взяв девочку за руку, подвела к стулу и усадила.
— Дорогая, послушай, я хочу, чтоб ты помнила одну вещь, — сказала она. — Всегда надо отстаивать правду, как бы трудно это ни было.
Девчушка озадаченно наморщила лобик.
— Обещай, что, даже если совсем забудешь меня, ты будешь знать: все, что я делала, я делала из любви.
Люси ахнула.
— Вы скоро умрете?
Кейра рассмеялась и обняла девочку.
— Нет, дорогая! По крайней мере, надеюсь, не сегодня. — Она сделала шаг назад, сжимая плечи девочки. — Я хочу, чтоб ты это знала, понимаешь? А теперь иди дописывай свои буквы. Я должна поговорить с миссис Торп.
Сбитая с толку, Люси соскользнула со стула и пошла к своей грифельной доске, оглянувшись через плечо на Кейру. Та ласково посмотрела на малышку:
— Неужели я вижу беспокойство на твоем личике, дорогая? Не надо. Все хорошо.
Если Люси и поняла, что Кейра лукавит, то виду не подала.
Кейра нашла миссис Торп в кладовой — та пересчитывала выстиранное постельное белье.
— Мадам! — воскликнула она и быстро отложила карандаш и бумагу. — Вы звонили? Извините, я не слышала…
— Нет, не беспокойтесь, — ответила девушка и небрежно провела пальцами по стопке накрахмаленных сложенных простыней. — Прошу прошения, но, если позволите, я бы хотела кое о чем вас спросить.
— Конечно, — отозвалась миссис Торп настороженно.
— Вы помните капитана Корбетта? — поинтересовалась Кейра. — Он отвозил меня в Ирландию.
— Конечно, мэм, — стоически ответила экономка. — Он был другом вашей тети.
— Близким другом, — согласилась Кейра, уповая на Бога, что это правда. — Я тут подумала: вы, случайно, не знаете, что с ним сталось?
— Господи помилуй. Ничего, насколько мне известно.
— А вы, случайно, не знаете, где он сейчас?
Миссис Торп покачала головой:
— Сие мне неведомо, леди Эшвуд. Могу предположить, что все еще в Лондоне, но я лично не знакома с капитаном Корбеттом.
— Он был частым гостем в Эшвуде?
Миссис Торп довольно долго ничего не говорила.
— Наверняка вы сами это помните, леди Эшвуд. Неужели не припоминаете, как много времени он проводил с вами, играя в шахматы? Полагаю, это он обучил вас этой игре.
Странно. Кейра не помнила не единого раза, когда бы видела Лили играющей в шахматы!
— Да-да, конечно, — быстро ответила она. — Потому-то я и хотела убедиться, что капитан Корбетт в добром здравии. Но я представления не имею, где его искать.
Миссис Торп вперила в нее пристальный взгляд, и на секунду Кейра испугалась, что экономка обо всем догадалась.
— Подозреваю, он по-прежнему проживает в Чипсайде, — ответила она. — По крайней мере кто-нибудь наверняка знает, что с ним сталось.
— Чипсайд, — повторила Кейра.
— Да, сударыня, насколько я помню. Что-нибудь еще? — Экономка снова взяла в руки бумагу и карандаш.
— Да. На завтра у меня запланировано очень много дел. Пожалуйста, проследите, чтобы Люси сделала уроки.
Миссис Торп едва кивнула.
— Как пожелаете, — все с той же холодной сдержанностью ответила она.
Кейра прекрасно понимала причину такого поведения экономки. Женщина просто не желает брать на себя ответственность за Люси вдобавок к другим своим многочисленным обязанностям. Бедняжка Люси! Что будет с девочкой, если Кейру разоблачат? Она должна как-то обеспечить будущее малышки не откладывая. Прямо сейчас! Потому что вечером она поедет в Китридж-Лодж и скажет Деклану, что капитана Корбетта надо искать в Чипсайде. Это необходимо сделать сегодня, потому что Кейра приняла решение. У нее было такое чувство, что мир вокруг рушится.
  
Глава 26
 
…Кто-то так громко колотил в дверь, что Деклан услышал звук даже на втором этаже, в своих покоях, где готовился ко сну. Интересно, который час?
— Проклятие, — проворчал он.
Стук продолжался, пока он натягивал брюки и рубашку. Сбегая по лестнице, поспешно пригладил руками волосы, потом взглянул на каминные часы. Десять. Деклан постарался припомнить все карточные игры, в которых принимал участие в последнее время, уверенный, что у него нет никаких просроченных долгов. Тем не менее на всякий случай вытащил пистолет и, держа его в руке, направился к входной двери. Стук стал еще громче.
— Черт побери, да слышу я! — рявкнул он и рывком распахнул дверь. И заморгал, увидев прямо перед собой пушистый белоснежный цветок. Под ним, в мужской шляпе для верховой езды, на которую цветок был приколот, обнаружилась Кейра. Она была одета в амазонку и нетерпеливо похлопывала стеком по юбке.
  
Девушка удивленно взглянула на пистолет, потом — на него.
— Ждешь кого-то?
— Никого. — Деклан оперся рукой о край двери и прислонился к ней. — Какого рожна ты делаешь здесь в такой час? Прискакала верхом? — спросил он, приглядываясь к ней.
— Сегодня полная луна, — ответила она и дотронулась кончиком стека до его ноги. — Я приехала сказать тебе, что капитан Корбетт проживал прежде в Чипсайде. И должна признать, что ты был прав. — Взгляд ее обратился к распахнутому вороту его рубашки.