"Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Давно он ушёл?
– С полчаса как.
– Ладно, подождём.
Шумно выдохнув, Олег опустился на сырую колоду, используемую для колки дров. Юный оруженосец не унимался:
– Это ж надо! Год целый из столицы никто не приезжал! Видно, весть важная… Может, конец походу? Скоро третий год, как банды давим. Эх, хоть бы конец! – мечтательно добавил он.
Княжич не слушал парнишку, хотя его мысли пошли тем же путём, что и у помощника.
  
Последним, кто приезжал из Радограда, был его младший брат Владимир, второй сын в княжеской семье. Тогда отец прислал его с тремя сотнями свежих дружинников. Но с тех пор прошёл уже год.
А теперь – гонец, да ещё прибывший под утро! Значит, скакал всю ночь, без отдыха. Другой бы остановился в каком-нибудь селе, да по дневному свету и поехал. Но этот – нет. Спешил, значит. Важные вести вёз. Неужто и правда конец походу? Плохо, если так.
Мишка-разбойник, атаман всех бандитских шаек, всё ещё жив и не изловлен. Если сейчас перестать его давить – к весне вновь воспрянет. Станет ещё сильнее прежнего.
«Худо, если так, худо…»
Заря разгоралась всё ярче, заливая розовым светом постепенно просыпающуюся стоянку. Воздух был наполнен множеством звуков – криками десятков разных птиц, не успевших покинуть Радонию на зиму, шумом ветра в кронах деревьев, кряхтением поднимающихся после недолгого сна дружинников, привыкших вставать с первыми лучами солнца, даже если не предстояло похода.
Погружённый в раздумья, Олег не заметил, как из-за матерчатых крыш палаток показались три всадника.
– Едут! Едут! – пронзительно запищал Святослав, нетерпеливо подпрыгивая на месте и тыча пальцем в их сторону.
Олег прищурился, вглядываясь в утренний сумрак. Впереди – Владимир. Плащ бирюзовый с серебром, тут не ошибёшься. Позади – Весемир, второго такого великана во всём княжестве не сыскать. А между ними – кто-то в тёмном походном плаще, да ещё и в шапке, натянутой по самые брови. Видимо, это и есть тот самый вестник.
Когда всадники подъехали ближе, княжичу показалось, что он где-то видел этого человека. Но где именно? Наверное, встречал в Радограде… Одежда небогатая, но добротная. Кобыла хорошая, но не для родовитого боярина. Да и с чего бы знатному человеку ночью перевозить донесения?
Не лазутчик ли?
– Приветствую тебя, командующий! Пусть Владыка железным мечом покарает врагов твоих! – громко произнёс гонец, не слезая с коня.
Олег поднялся навстречу.
– Спасибо за доброе слово. Тебе известно, кто я. – Он нахмурился, скрестив руки на груди. – Я же с тобой не знаком. Кто ты, откуда и с чем прибыл?
– Я из Радограда. Тимофей Игоревич, посадник столичный, отправил меня с донесением две недели назад.
– Донесение? – прищурился княжич. – Какое?
Олег повернулся к Весемиру.
– Что там у него?
– Не говорит, – буркнул воевода. – Велено только тебе передать.
– Что ж, я перед тобой. Только негоже вести разговор с наследником престола сверху вниз. Слезай с кобылы, здесь твоя дорога окончена.
Все трое спешились. Владимир – ловко, молодецки. Гость – медленно, тяжело.
«Спина затекла… Долго был в пути. Видно, не врёт что из Радограда ехал», – заметил княжич.
Весемиру пришлось сложнее, чем остальным. Он долго пытался сползти с лошадиной спины, опираясь на здоровую ногу. И только когда коснулся земли, аккуратно достал стопу из стремени.
– Ну, говори. Не для того ты такой путь проделал, чтобы меня томить.
Вестник шагнул вперёд, запуская руку под плащ. Олег резко вскинул ладонь.
– Стой. Ближе не подходи, если жизнь дорога. Что там у тебя?
– Письмо, княжич, – растерянно пробормотал тот, замерев.
– Обыскали мы его, оружия нет, – проворчал Весемир.
Недоверчиво прищурившись, княжич вытянул вперёд руку. Посланник аккуратно вложил в его ладонь небольшой, сложенный втрое, серо-жёлтой клочок бумаги. Олег удивлённо поднял брови. Даже ему, первенцу князя, не часто доводилось держать её в руках. Ввозимая в Радонию ликайскими купцами, она, как и многие другие товары, после начала разбойничьей вольницы стала необычайно дорогой не только для обычных людей, но и для знати: купцов и бояр. Вести предпочитали передавать на словах, но тут, видимо, дело было серьёзным.
Взгляд мужчины скользнул по сургучному оттиску. Голова зубастой щуки. Герб посадника Радограда. Всё сходится…
– Святослав, ступай. Тебе тут делать нечего.
– Но княжич…
– Иди!
Мальчишка сник, опустил русую голову и поплёлся прочь. Ему невыносимо хотелось узнать, что было в письме, но спорить с командующим он не смел.
Проводив оруженосца взглядом, Олег сломал печать, развернул письмо и, прищурившись, принялся читать. Постепенно его лицо изменилось: хмурость и суровость уступили место растерянности и смятению.
– Не томи, брат, что там? – напряжённо спросил Владимир, внимательно наблюдая за ним.
Княжич поднял глаза.
– Отец…
– Что отец?
– Он умирает. Меня срочно вызывают в столицу.
  
Глава 4. Синее пламя
 
– Княжич Олег, храни тебя Владыка Зарог! Спешу сообщить, что батюшка твой, всевластный государь Юрий Изяславович, при смерти. Совсем стал плох. Потому оставь поход и приезжай как можно скорее в Радоград. Дела княжества требуют твоего присутствия в столице. С великим почтением, посадник Радограда, Первый наместник князя, Тимофей Игоревич.
Владимир взял записку из рук Олега и медленно прочитал вслух.
– Что это значит? – нахмурился он. – О том, что отец болен никаких вестей не приходило.
– Нам вообще мало вестей приходило в последнее время, – глухо отозвался Олег. Тяжело вздохнув, он снова опустился на колоду у шатра. – Да уж, не таких писем я ждал…
Владимир внимательно посмотрел на брата.
– Что делать будешь? – тихо спросил он.
– Как что? Ехать нужно! – ответил за командующего Весемир. – Дело-то серьёзное. Чай, не шутки! Столичный голова просто так писать бы не стал. Он тебе не влюблённая девица!
Олег отвернулся, сжав кулаки.
Отец…
Мысль о том, что князя Юрия вскоре может не стать, больно уколола его. Он, воин, привыкший рисковать и своей, и чужими жизнями, вдруг почувствовал внутри что-то вязкое, неприятное. То, что для любого мужчины вынести тяжелее всего – ощущение собственного бессилия.
Глядя на разгорающуюся полоску зари, княжич глубоко вдохнул, стараясь унять дрожь в руках, и повернулся к остальным. Посмотрел на гонца и махнул рукой.
– Ты свободен. Благодарю за службу и за то, что так спешил доставить вести, пусть и печальные.
Гонец почтительно склонил голову.
– Княжич, а что передать посаднику? Прибудешь ли ты? – нерешительно, будто стесняясь, спросил он.
– Передай, что его письмо мною получено и прочитано, – сурово ответил Олег. – Более ничего.
– Но…
– Ступай. Или не понял с первого слова? – резко бросил княжич. – Разве не видишь, не до тебя сейчас!
Вестник замолчал, вновь поклонился и, пятясь, направился к лошади. Взяв её за поводья, он ещё раз взглянул на Олега, будто надеясь всё же услышать что-то ещё. Но, поймав холодный взгляд командующего, поспешил взобраться в седло. Затем, развернув кобылу, медленно побрёл прочь.
– Коли хочешь, – крикнул ему вслед Весемир, – на заставе передохни, поешь да поспи, а уж потом отправляйся в путь! Я уже распорядился, чашка с ложкой для тебя найдутся.
– Благодарю. Пусть Владыка узрит вашу доброту! – не останавливаясь, отозвался гонец через плечо и вскоре скрылся за шатрами.
Оба княжича и Весемир молча смотрели ему вслед.
– Что будешь делать, брат? – первым нарушил повисшую тишину Владимир, повторяя свой вопрос.
  
– У меня нет выбора. Поеду, – без колебаний ответил Олег.
– А поход? Дружина? С собой в столицу поведёшь?
Старший княжич покачал головой.
– Нельзя дело бросать. Мы ещё не добили врага. Сейчас уйдём – за зиму оправится, а весной всё опять повторится. Душить их нужно. До конца!