"Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Надо уходить, здесь рядом спасательные капсулы, — бормотал сержант, явно находясь в прострации. Вот так вот, р-раз и всё в один момент разрушилось, а он ведь строил планы на жизнь и прочее.
— Всё готово, командир-хоск. Таймер на двенадцать минут, — доложился кто-то из анторсов на родном языке и услышав чуждую речь, сержант совсем поплыл. Попробовал убежать, но я его поймал.
  
— Веди к капсулам! — произнёс ему, а остальным громче добавил, — уходим, быстро, следовать за мной!..
  
Глава 21
 
Спасательные капсулы действительно оказались совсем рядом. По коридору мы прошли каких-то сорок метров и пленный, произведя несложные манипуляции, открыл двери и не дожидаясь нас нырнул первым внутрь.
— Убрать? — имея ввиду пронырливого пленного, осведомился стоявший рядом анторс.
— Не надо. Пусть пока с нами. Может понадобиться, когда нас подберёт противник.
Войдя внутрь, я быстрым взглядом осмотрелся. Спасательная капсула оказалась рассчитана на сорок восемь посадочных мест и пленный уселся на самом козырном месте — за какой-то консолью управления.
— Рассаживаемся через два. Оружие держать наготове! — но не успел отдать приказ, как прозвучал сигнал тревоги.
«Что-то они долго соображали, что на корабле посторонние», — подумал, усаживаясь в противоперегрузочное кресло.
— Капсула автоматическая или возможен ручной старт? — прокричал, перекрикивая шум ашш Сошша Хааш, который занял место через два от меня.
— Автоматическая, но возможен старт и в ручном режиме, — после непродолжительной паузы, ответил пленный.
— Стартуй! Мы слишком близко к эпицентру! — продолжал перекрикивать рёв сигнала тревоги принц крови.
Надо отдать должное пленному. Тот не растерялся, всё-таки жить хочет, и без пререканий произвёл какие-то манипуляции на консоли и двери спасательной капсулы закрылись, и замигало аварийное освещение.
— Пристегнитесь! — успел выкрикнуть пленный, как практически одновременно, с опережением на несколько мгновений сначала произошёл отстрел спасательной капсулы, а потом нас так сильно тряхнуло, что я поблагодарил себя за предусмотрительность, что успел пристегнуться. Капсулу мотало из стороны в сторону. Приданное разнонаправленное ускорение от отстрела и приложенный иной вектор ускорения от мощного взрыва болтал капсулу в разных плоскостях. Даже я, привычный к перегрузкам, несколько раз на непродолжительное время терял сознание, пока не наступила невесомость.
Открыл глаза. Осмотрелся, но всех находившихся в спасательной капсуле не видел. Заметил только, что анторсы, которые находились в поле зрения продолжают находиться бессознания.
— Все живы? — задал вопрос на языке противника. Так как этот язык знали все из малочисленной группы, а терять время на повторения одного и того же вопроса несколько раз не хотел.
— Жив, командир, — отозвался Птица-восемь.
— Живой, — послышался ответ второго землянина.
— Помогите соседям. Анторсы плохо переносят перегрузки, — отдал приказ, а сам поплыл к ашш Сошша Хааш…
Невесомость.
Пожалуй, впервые я ощутил состояние невесомости непристёгнутым к креслу. Чувствовалось лёгкое головокружение, тошнота, болела голова и мозг никак не мог сориентировать тело в пространстве. Я то и дело разными частями тела ударялся о препятствия. Оттолкнувшись от кресла, думал, полечу по прямой к недалеко сидевшему с поникшей головой ашш Сошша Хааш, но меня закружило, а остановиться или изменить вектор свободного полёта силой сокращения мышц не получалось. Самое неприятное, я не мог за что-нибудь ухватиться, чтобы остановить вращение. Я полностью потерял ориентацию в пространстве. При невесомости говорить, где низ, а где верх — смешно, но зрительно я понимал, что на полу стоят кресла, а я кувыркаюсь, бьюсь, пусть и несильно о пол, потолок, кресла и никак не могу за что-то ухватиться. Такое состояние беспомощности меня бесило. Я стал нервничать и если признаться себе, то запаниковал, но мне повезло. Рывком, в невообразимом акробатическом кульбите изогнув спину, удалось рукой ухватиться за подлокотник кресла и захват не выскользнул, как в предыдущие разы.
— Твою ж мать! — выдохнул, ругнувшись по-русски.
— Что случилось командир?
— Всё нормально. Полетал чуток.
— Так это ж невесомость. При таком состоянии нельзя сильно отталкиваться, а лучше постоянно за что-нибудь держаться, а то приложение вектора силы задашь неправильно и будешь летать от стены к стене, пока…
— Я понял, Птица-восемь. Что с анторсами?
— Одного осмотрел. Вроде приходит в себя.
— Хорошо, осмотри пленного и присматривай за ним, чтобы ничего не натворил.
— Принято, командир, — ответил Птица-восемь и так умело, словно невесомость его родная среда медленно проплыл мимо меня.
«Ну, лётчик-залётчик», — ухмыльнулся, провожая его взглядом.
— Со мной всё нормально, командир-хоск.
Вот и принц крови очнулся.
— Точно? — осведомился, глядя в глаза. Так как у нас не осталось ничего из боевой химии анторсов, а захваченные в качестве трофеев медикаменты вряд ли подойдут в данном случае.
— Да, командир-хоск. Только подташнивает и голова кружится.
— Это нормально. Ты посиди пока, приди в себя, а я тут слетаю неподалёку.
Отталкиваться от поверхности и лететь не стал, а цепляясь и не оставляя себя в свободном полёте добрался до места, где сидел пленный.
— Сержант, как там тебя? — его имя вылетело из головы.
— Сержант интендантской службы Поска́н.
— Во-во, где мы сейчас?
— В ближнем космосе.
— Кто и главное, когда нас по инструкции должны подобрать?
— Нас должна подобрать аварийно-спасательная… — быстро заговорил пленный сержант, но замолк, открыв рот от удивления, и заворожённо уставился на экран внешнего обзора. Я перевёл взгляд. От крейсера, где мы только что находились стартовали спасательные капсулы, а буквально через несколько секунд корабль, что только своим видом внушал трепет и страх вспух яркой вспышкой, которая на мгновение засветила приборы визуального контроля.
— Н-нас не подберут…
— В смысле? — не понял я. В голову пришла неприятная мысль, что мы будем болтаться в космосе вокруг планеты пока сила гравитации нас не притянет, но неизвестно, что закончится раньше: воздух, еда или вода. Впрочем, воды и еды должно быть достаточно в аварийном запасе. Всё-таки на сорок восемь спасаемых она рассчитана, но вот воздуха или регпатронов может не хватить. И мне как-то не хотелось умирать от удушья. Насмотрелся уже.
— Скафандры в аварийном запасе есть?
— Два лёгкой модификации. Не для длительного пребывания в открытом космосе.
— Это как?
— Сорок минут, если надо что починить, вдруг.
— Здесь есть шлюзовая камера?
— Есть. На экстренный случай.
— Понятно, а если находиться не в агрессивной среде космоса? И каков класс его защиты от оружия?
— Сутки, может двое, а как защищает от оружия я не знаю, — сделал непонятный мне жест пленный. Предположил, что этот жест схож с привычным мне пожатием плечами.
— Ясно. Ашш Сошша Хааш, облачайся в скафандр и… — я помедлил, делая выбор, кому второму отдать приказ облачиться в скафандр, тем самым дав шанс на выживание. Я-то сам находился в скафандре, пусть и с минимум работающих систем жизнеобеспечения. Но как сделать выбор? По-хорошему необходимо облачиться в скафандр ещё одному анторсу — боевая подготовка у них лучше и это очень важный фактор, но отдавать приоритет инопланетянам я не захотел. Если у нас хоть что-то удастся, пусть выживет и землянин, и анторс. Окружающие, а особенно анторсы меня не идентифицировали с уроженцем планеты Земля и это давало преимущество. Думал я достаточно долго, но всё-таки произнёс, — … и Птица-восемь. Ты тоже надевай. Поскан, какова автономность спаскапсулы?
  
— В открытом космосе сорок три часа. Но я бы советовал следовать к планете. Мы отстрелились в ручном режиме и курс не задан. Но все спасательные капсулы направляются к ней. Нас вряд ли кто-то примет на борт.