Меч Вещего Олега
Валерий Большаков
Меч Вещего Олега
Валерий Большаков
Меч Вещего Олега.
Фехтовальщик из будущего
Глава 1. ВЕЩИЙ СОН
Россия, Санкт-Петербург. 2007 год
…Отточенная стрела чиркнула Олегу по плечу, располосовав кожу и пустив кровь. Пустяки, дело житейское. Не до того!
Уводили его девушку! Косматый викинг, по колено в воде, волок пленницу за косу, громко гогоча, а пленница лупила по волосатой лапе маленькими кулачками. Олег бросился к пирату, выхватывая самурайский меч катану. Викинг увидал Олега, но девушку не отпустил, только намотал косу на руку. Красавица не удержалась и упала на колени во взбаламученную воду. Мечи скрестились. Отбив удар, Олег в ярости рубанул разбойника по руке, вцепившейся в косу. Катана начисто оттяпала конечность, словно и не было стального обручья. Девушка упала на четвереньки, рыдая, выпутывала из волос кровавый обрубок в железной перчатке и глядела, глядела на Олега, не отворачивая зареванного лица, не отрывая огромных умоляющих глаз.
– К троллям тебя, нидинга! 1 – прорычал Олег.
Высверк. Отбив. Высверк. Тень. Удар! Катана обрушилась на бычью шею трубно ревущего пирата, разваливая кожаный панцирь и отворяя вены. Рев перешел в клекот и захлебнулся. Колени морского разбойника подогнулись, в светло-серых глазах угасла последняя искорка сознания, и душа отлетела в мрачный Хель… 2
* * *
…Олега Сухова разбудил кот Онуфрий. Котяра орал под дверью, требуя незамедлительно впустить, накормить и обогреть.
– С-скотина! – прошипел Олег, садясь в постели. Ведь минут десять еще можно было бы поваляться! Он протер глаза, тронул ладонью лоб. Лоб был мокрым. Ф-фу! Ну и сон! Боевик с элементами эротики, как пишут в аннотациях к фильмам. И какой яркий! Словно и не сон вовсе… Олег поднялся с развороченной постели и прошлепал к ковру на стене. На ковре была развешана коллекция – пара кинжалов, настоящий трехгранный мизерикорд, которым добивали рыцарей, пробивая латы насквозь, волнистый малайский крис, меч эпохи Каролингов. А на подставке-катэмото возлежала катана – та самая, из сна. Сухов любовно провел ладонью по ножнам сайя из дерева магнолии, покрытым черным лаком, сжал длинную, в три с половиной кулака рукоятку, обмотанную ремешком из акульей кожи, и вытащил клинок. Металл, отшлифованный древним мастером, казался прозрачным, как серебристо-серый лед. Сквозь лезвие проступал узор, запечатлевший тысячи проковок. Морозный блеск меча завораживал…
По правде сказать, Олег и забыл уже, когда в нем проснулся жадный интерес к «стали разящей». В классе, наверное, третьем… Да, тогда боязливый Олежек, «мамсик» и «ябеда-корябеда», сам переступил порог клуба «Эспада», где экс-чемпион области по фехтованию учил мальчишей биться на шпагах. Фамилию экс-чемпиона Олег уже не помнил, а звали его Борис Борисович. Но все сокращали это обращение до Борь Борича. «Борь Борич, скажите Олегу! Чего он без маски дерется?» – «А сам?»
В старших классах Сухов занимался в секции саблистов, заработал даже первый юношеский разряд, но бросил спорт. Жило в нем какое-то неудовлетворение оружием, недоставало чего-то для полного счастья. А на первом курсе института Олег записался в группу кэндзюцу, увидел катану и был сражен ее холодной, убийственной красотой. Катана колола как шпага и рубила как сабля, и в то же время это был меч. И в душе Олеговой все сложилось, все срослось…
* * *
Онуфрий, почуяв хозяина, заорал благим матом.
– Щас! – рявкнул Олег.
Пройдя в прихожую, Сухов щелкнул замком. Дверь отворилась, и кот, благодарно муркнув, проник в помещение. И быстро-быстро протопотал в направлении кухни.
– Собака ты! – обозвался Сухов, но кот не отреагировал на оскорбление. – Только и знаешь, что жрать, жрать, жрать!
Онуфрий мявкнул в том смысле, что да, знамо дело, на том стоим.
– О духовном подумай, животное! – увещевал кота Олег, шагая на кухню.
Вскрыв баночку «Вискаса», он щедро вывалил угощение. Бездуховное животное вертелось тут же, тычась носом.
– Жри!
Пока Олег умывался, брился, одевался, кот успел слопать все дочиста.
– Мя-ау-у! – заявил Онуфрий, облизываясь и щурясь. Дескать, неплохо бы добавочки…
– Обойдешься, – буркнул Олег, приседая на табурет. – Мышей ловить надо!
Онуфрий, усвоив, что вторая порция ему не светит, вспрыгнул Олегу на колени и разлегся во всю их длину, довольно выпустив когти. Сухов погладил котяру, и кухню заполнило громкое мурлыканье.
А Олег постепенно переходил в фазу бодрствования. Сновидение в стиле «экшн» рассеивалось, заботы, вчерашние и вечные, возвращались и зудели в голове, как осенние мухи.
До конца погрузиться в peaл помог звонок с мобильника. Олег поспешно достал верный «Нокиа». Звонил Стемид. Был он «мастером», устроителем и постановщиком ролевых игр. Олег, реальный «цивил», ролевиков не жаловал, полагая, что «каждый сходит с ума по-своему». Оказалось, однако, что не всякая ролевка – «хоббитовы игрища», пристанище инфантов, повернутых на эльфах и орках. Стемид увлекался исторической реконструкцией, у него все было по правде, как в «эпоху викингов», – и мечи, и «доспешка». Правда, завлечь Олега ему не удалось. Сухова заманила Вика, красна девица, ткавшая полотно по старинным правилам и одевавшая всех «стемидовцев». Олегу же хотелось ее раздеть…
– Здорово, самурай! – проорал мастер жизнерадостно. – Как твоя жизнь?
– Мас-саракш! – поморщился Олег. – Убавь звук! Совсем контузил…
Стемид хохотнул и продолжил:
– Слушай, мы тут решили на полигон выбраться! На все выходные! «Толки» 3 обещали присоседиться, рыцари… Ну, не фест, 4 конечно, но человек сто заявится Отыграем ха-арошую такую боевочку-феодалку! Бугурт обещаю, и турниры будут, базар, пивка попьем… Ты как?
– Я за! – бодро откликнулся Олег. – И далеко ты собрался?
– Помнишь, где в прошлый раз полевка была? Ты тогда еще с гоблином схлестнулся!
– А-а! Это где «анизотропное шоссе»?
– Да-да-да! Вот по нему и шуруй. Как увидишь шатры, так и тормози. Место шикарное! Там же «запретка», местные шугаются. Тишина… Вода ключевая, хоть залейся! Дров – на три зимы хватит.
– А нас оттуда не турнут?
– Да не! Там не вояки, там физики окопались. Тау-электродинамика! Понял?
– Не-а! – честно признался Олег.
– Я тоже! Короче, подгребай.
– Ладно… А Вика будет?
– А как же?! – изумился Стемид. – Куда ж мы без Викулечки? И Наташка будет, и Рогнеда… Да все, считай! Так что, не отрывайся от коллектива.
– Ладно, уговорил!
Сотик курлыкнул и высветил на экране безапелляционное: «Звонок закончен».
– Может, и вправду съездить? – спросил Олег Онуфрика.
Кот не ответил. Устав от ночных бдений, Онуфрий дрых, свесив хвост.
– Гулять, зверь, гулять! – скомандовал Олег, вставая.
Кот поначалу заупрямился, потом смирился. Спрыгнул и пошел, делая «потягушечки». Онуфрий был зверем вольным – проживал в подвале и «держал зону», гоняя Васек и Мурзиков со всего квартала. Сухова зверь навещал регулярно, а у Олега нога не поднималась дать пинка голодному представителю семейства кошачьих.
– Мя-ау-у! – затянул Онуфрий, переводя медовые глаза с Олега на запертую дверь и обратно.
– Подождешь! – пропыхтел Олег, скача на одной ноге и затягивая «липучки» на кроссовке.
Пригладив волосы, Сухов вышел из квартиры. И откуда ему было знать, что больше он уже никогда не отопрет эту дверь, обитую черным дерматином, не покормит Онуфрика, не плюхнется со стоном в разваленное кресло перед теликом? Жизнь закладывала крутой вираж…