Нелюбимая жена ректора академии (СИ)
Я осеклась. Понятно, принял решение заранее. И мнения своей фальшивой истинной, как он когда-то меня назвал, уж точно не спросит.
– Ладно. Вы правы, дел по горло. Мелия, можете вымыть полы, вытереть пыль, сменить портьеры на новые.
Бровь Коннора выразительно изогнулась.
– Очень смешно. Не знал, что у вас настолько тонкое чувство юмора, Алисия.
У меня по спине побежал холодок. Дракон впервые со дня позорного изгнания из родовых земель обратился ко мне по имени. Легче не стало. До зуда в ладонях хотелось причинить ему такую же невыносимую душевную боль.
– Вы вообще обо мне ничего не знаете, господин ректор.
И, да услышит Богиня, никогда не узнаете!
– Верно. – Торнот смерил меня подозрительным взглядом, покосился на близнецов. На холодном не лишенном красоты мужском лице проступили живые эмоции. Неверие, сомнения, искренняя тревога. – Сегодня в пятнадцать ноль-ноль в моем кабинете совещание. Не опаздывайте, профессор.
Дракон развернулся к двери, словно забыв о существовании мрачной любовницы. Но через шаг оглянулся.
– И не забудьте объяснительную. От вас я ее так и не получил.
Как только дверь за лордом захлопнулась, я сняла пальто, перчатки и побежала проверять состояние пациентов. Вскрыла магические точки, измерила фон. Без изменений. Пусто.
Магия рода, текущая в крови любого жителя Империи, во многом поддерживает здоровье и существенно продлевает жизнь. Чем выше резерв, тем дольше живёт маг. А у драконов, ко всему прочему, помимо резерва на жизненные показатели влияет связь со второй половинкой. Чем прочнее нить с истинной парой, тем сильнее дракон. Наверное, поэтому крылатые так отчаянно стремятся найти свою единственную.
Из мыслей выдернул острый звон разбитого стекла.
Я оглянулась.
У стеллажа с лекарствами стояла Мелия. Паркет у ее ног был залит зеленоватым снадобьем, у ног блестели осколки.
– Ой, я такая неловкая, - леди бросила на меня виноватый взгляд, но язвительной улыбочки скрыть не сумела. – Выронила флакон. Надеюсь, стоимость лекарства не вычтут из вашего жалования, Алисия?
Глава 13
Сейчас я была не в настроении, чтобы ссориться.
На самом деле любовница Коннора заслужила хорошую порку, язык чесался высказать ей в лицо всё, что она заслужила, но пугающие обстоятельства заставили меня сжать губы и ухмыльнуться.
Леди хотела меня задеть, вывести на эмоции.
Не выйдет.
– У всех случаются недоразумения. Я тоже поначалу тоже роняла зелья. – И мотнула головой в сторону полки у выхода. – Веник и совок там, уберите.
– Я… убирать? – Мелия оскорбилась, но наткнулась на брошенный мной через плечо твердый взгляд и притихла. – Конечно, профессор.
И чего спрашивается, выпендривалась?
Ее третий резерв легко позволял взмахнуть рукой в ажурной перчатке и веник с совком как по волшебству выползли из шкафчика, приблизились к осколкам, самостоятельно их сменили. Следом разлитое снадобье впитала губка и затем едва уловимым движением холеного пальчика та была отправлена в мусорную корзину.
В помощи бесполезной любовницы Коннора я не нуждалась, но и прогнать ее не могла. Выдав девице белый халат, усадила на стул и дала сортировать бинты.
– Это так необходимо? – Она скривилась.
Пожала плечом, попутно готовя капельницы для бесчувственных магов:
– А чем, по-вашему, нам перевязывать раны и останавливать кровотечения?
– Магией?
– Не все студенты одарены высоким резервом, не все умеют исцелять себя самостоятельно, на то и нужны доктора.
– Слышала у вас низкий резерв? – Веселый голосок сочился ядом. Откуда-то узнав мое слабое место, она надавила. – Поразительно, как с такой никчемной магией вы получили столь престижную должность одной из самых уважаемых Академий Империи.
Я резко оглянулась.
– На что вы намекаете, леди Далор?
Она притворно испугалась.
– Ни на что. Так, констатирую факт. И дети… - ее цепкий холодный взгляд устремился к Эрин и Ларку. Близнецы, удобно развалившись на мягком диванчике, рисовали в альбоме.
– Что мои дети?
– У них первый резерв, - леди закусила губу, будто от зависти. – Фантастика. Учитывая, что мать всего лишь слабая магичка.
Ее неприветливый морозный взгляд полыхнул. Я напряглась. Она что-то знает о детях и их настоящем отце? И тут же отмела эту мысль. Исключено. Девица глупа как пробка. И даже этого не скрывает.
Минутку.
У меня по спине пополз мороз. Стало нечем дышать. Я вдруг поняла ее отвратительные намёки. Леди намекает я украла детей у родной матери и выдаю за своих?
Мелия сверлила меня испытующим прищуром, не думая опровергать чудовищные выводы.
В себя вернул тихий стон с одной из больничных коек.
Сердце вздрогнуло.
Энтони пошевелился, сделал хриплый вдох и открыл мутные после комы глаза.
– Где я?
Мелия подскочила, уронив бинты на пол.
– Смотрите. Очнулся.
Я закатила глаза. Дура – дурой, иначе не назовешь.
– Энтони, - тут же подбежала к бледному парню, присела на край, вскрывая магические точки. – Все хорошо, ты в лазарете. Не шевелись. Я поставила систему.
Студент поморщился:
– Пить.
– Мелия, - рявкнула я.
Через минуту нам поднесли стакан с водой. Я напоила студента, дождалась, пока он свыкнется с новым для себя беспомощным состоянием и прошептала:
– Вчера во время практики тебя «осушили».
Он с непониманием покачал головой:
– Что, простите?
– Кто-то выкачал из тебя всю магию, до дна. Ты помнишь, что произошло на тренировочном полигоне?
Энтони нахмурил лоб.
В меня вторглись его боль, отчаяние, дикий ужас. Признаться, я и сама чувствовала нечто похожее.
– Помню. Магистр Блум вёл тренировку, мы отрабатывали стихийные заклинания, - запинаясь, произнес спустя долгую паузу. – Всё шло хорошо. Я выплетал стандартную формулу воды. Друг под боком пошутил, Ники рассмеялась, а потом я вдруг понял, что земля начала уходить из-под ног. Меня ослепило.
– Это был портал, - объяснила вполголоса.
Энтони покачал головой.
– Не помнишь?
– Смутно. Что-то затянуло меня в воронку. Очень сильное, могущественное. Я не мог сопротивляться чужой магии. А потом всё закончилось. Как будто кто-то выключил свет.
– Это всё?
Энтони неопределенно повел плечом, нахмурился.
– Было кое-что еще, профессор. Я помню глаза. Черные, без белков. Они смотрели на меня из сияющей воронки портала.
Я содрогнулась.
– Ты уверен?
Он кивнул.
– Мелия, - прошептала чуть слышно, - срочно зови всех в лазарет.
Девица скривилась:
– Почему я?
– Быстро!
Она с недовольным фырканьем вздернула подбородок и ушла. Я ободряюще сжала плечо студента и велела ему лежать. Ноги под пышной темно-синей клетчатой юбкой не слушались, колени ослабли.
Кое-как выпрямившись, сжала пальцами виски.
Близнецы, тотчас бросив рисование, подбежали ко мне. Я крепко их обняла, а сама словно во сне повторяла одно и то же: «черные глаза без белков, черные глаза без белков». В это невозможно поверить, невозможно принять, но это правда. В Академию проник верховный демон.
– Это не верховный демон, уверяю. Я не ощущаю проклятой магии, хотя при непосредственном контакте с этими существами, на объекте воздействия обязательно сохраняются эфемерные отголоски, - произнес магистр Кронос, внимательно «разложив» ауру студента, после моего краткого пересказа. – Но на студентах их нет.
В лазарете собралась добрая половина преподавателей во главе с мрачным ректором.
На него я вообще старалась не оглядываться. Что-то слишком часто мы пересекаемся за эти два дня. Не успеем расстаться, обстоятельства вновь сталкивают меня и Коннора. И муж обязательно тут же сосредотачивает внимание на близнецах.
– Если это не демон, тогда кто? – В полной тишине поинтересовался магистр Блум.
– Низшая голодная сущность, вероятно.