И кто здесь наглая рыжая морда?
Сколько времени мы самозабвенно целовались, точно сказать не возьмусь.
Мимо нас, по дороге ухабистой, что-то протарахтело. Два раза. Поцелуй пришлось прервать. К великому сожалению. Открыла глаза. За автомобильными стеклами сумрачно.... Ничего не разобрать.
- Глеб. Мы на ужин не опоздали? - бормочу прерывисто дыша.
- Могли. Извинимся, Алин, надеюсь поймут, - отзывается Глеб, как и я едва справляясь со сбившимся дыханием.
И тут, за бортом вдруг стало светлеть. Оказалось что наш автомобиль просто-напросто находился в густом облаке придорожной пыли. Еще оказалось, что звук тарахтящий издавали последовавшие в сторону карьера автомобили: мощный серебристый внедорожник и старенький пикап зеленого цвета.
- Судя по всему, сын чиновника начинает движуху. Алин. Закроешься в машине, я за ними, пешком, по зарослям. - Глеб потянулся к ручке дверцы.
Открыть не успел, ибо, я мертвой хваткой в него вцепилась.
- Даже не думай, одного не отпущу, едем к карьеру вместе! Нас не знает никто, мало ли, кто мы такие, и зачем приехали.
- Алин, я не хочу подвергать тебя опасности, даже гипотетической.
Приятно. Но одного не отпущу всё равно. По зарослям пробираться....
- Глеб, ну какая мне может грозить опасность? Я с тобой.
- Упрямая.
- Нет, настойчивая.
- Ну хорошо, едем вместе, сделаем вид, якобы мы отдыхающие бездельники, от нечего делать изучаем окрестности.
- Не убедительно, Глеб, какой интерес отдыхающим заброшенный карьер изучать.
Я потерлась о его плечо носом.... И меня осенило!
Ритуал. Карьер, типа - место силы, мы приехали для совершения магического ритуала. Эх! Куриную лапу бы нам, замороженную, помнишь, Наталья целый пакет лап приволокла!
- Предлагаешь за куриной лапой сгонять?
- Нет, слишком много времени займет. Придется без лапы. А у тебя ничего подходящего не найдется?
Глеб перегнулся через меня, открыл бардачок.
- Галстук красный, пионерский, это мне как раз члены коммунистической ячейки вручили, свисток футбольный: понятия не имею, откуда взялся. Толстый мужик из меди - статуэтка. Вроде бы талисман какой-то, это мне , владелец подшефного приюта для животных подарил...
- Галстук, свисток и медный мужик. Для обряда более чем достаточно. Едем, Глеб! По ситуации сориентируемся: обойтись обрядом или еще чего магического продемонстрировать....
***
Ближе к карьеру дорога оказалась разбитой вдребезги, это уже не ухабы и выбоины, это обрывы, скалы и расщелины. Образно выражаясь.
Серебристый внедорожник и старенький пикап, раскорячились перекрывая подъезд к площадке, возле пикапа, двое мужчин в рабочих комбинезонах со скучающим видом о чем-то переговаривались, еще три мужика в строгих черных костюмах, ходили по пятам за очень толстым парнем одетым в серые брюки и белую рубаху с короткими рукавами. Толстяк говорил по телефону, вернее - орал, судя по характерно трясущимся щекам.
- Не иначе сынок. Упитанный парнишка. - кивнув на толстого парня, констатировал Глеб.
- Похоже на то, - согласилась я.
Толстяк отстранил трубку от уха, ткнул пухлым пальцем в сторону нашей машины, что-то сказал мужику в костюме.
Мужик трусцой припустил за нами.
- Далеко не заедем, догонишь не переживай. - хмыкнул Глеб.
Вывернул руль, пустил автомобиль накатом и вскоре нажал на тормоза.
Я устремила взгляд сквозь лобовое стекло....
Увиденное меня поразило. У меня округлились глаза. Рот сам собой приоткрылся.
Вашу мать.....
Котлован оставшийся от карьера гораздо больше, чем я предполагала. Он просто огромный. Сколько же понадобится денег, чтоб в площадку сделать ровной, пригодной под строительство? Гораздо больше, чем весь наш проект стоит...
Это было первой причиной приоткрывшегося рта, а второй причиной являлся неожиданно живописный вид местности в районе заброшенного карьера.
Молодой березовый лес полудугой огибал котлован подступал к самому краю.
Стройные белоствольные деревца не теснились друг к другу, они вольготно раскинули кроны, тянулись к солнцу, помахивали ветвями, зазывали ветерок поиграть с листвой....
По другую строну котлована, желтый от одуванчиков лужок, стелется покрывалом до кромки соснового бора.
Глеб сунул в карман свисток, накинул на шею шелковый красный галстук - косынку подхватил медную статуэтку, выбрался из автомобиля, обошел капот, открыл дверцу с моей стороны.
Запах прогретой земли, клейкой молодой листвы и травы хлынул в салон.
Нет, нельзя допустить, чтоб здесь полигон мусорный устроили!
А если уж быть до конца честной, промзона тут тоже неуместна! Да.
Вот если бы....Если бы котлован наполнился водой, получилось бы озеро с песчаными берегами. Зона отдыха. Эко отель с деревянными домиками.... С луга шары запускать, воздушные, полет над окрестностями на воздушных шарах...
- Молодые люди, здесь нельзя находиться, это частная собственность ! Покиньте территорию! - строгим тоном изрек подбежавший мужик в костюме.
- Запретительного знака что-то не видел. - лениво парирует Глеб, едва взглянув на грозного мужика.
- Не понимаете по хорошему? - рыкнул мужик.
Ишь ты, разошелся. Я тоже умею строгим голосом говорить. И смотреть не мигая при надобности.
- Вы мужчина, тон свой смените. Негоже место силы беспокоить подобными пакостными тональностями. Тем более вам. С тремя родовыми проклятиями на вас наложенными уютной домашней женщиной пенсионного возраста в цветастом халате и в бигудях.
Упоминание о женщине в цветастом халате, на мужика произвело впечатление. Слушать стал внимательнее.
Ха! Стопудово о теще подумал. Значит проживает на ее жилплощади. Эту карту надо разыграть. - Отмечаю про себя и продолжаю: - Свеча по вам плачет, заливается, а вы хамите. Так и знайте, ежели пакостные угрозы продолжите, впереди у вас стремительное облысение. Страдать будете. И с жилищным вопросом проблемы возникнут, мыкаться по съемным углам вам придется - с баулами, детьми, женой и швейной машинкой подмышкой, будто бедуины.