"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

«Сука!» — выругался я мысленно. Оказавшись на первом этаже, услышал крик. Это был голос Георгия, полный отчаяния и страха.
— Сюда! — вопил он. — Скорее!
Я на мгновение замер, разрываясь между двумя направлениями. Взгляд метнулся к входной двери, потом на лестницу, ведущую на второй этаж.
«Твою мать!» — пронеслось в голове. Времени на раздумья не было. Я рванул наверх, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
  
Навстречу мне бежали те две служанки, их лица искажены страхом. Не знаю, почему… Просто на рефлексах я выхватил иглы и одним плавным движением всадил одной из девушек особенную иглу. А другой — восемь обычных. Обе рухнули на пол, словно марионетки.
Я побежал дальше, перепрыгивая через их неподвижные тела. Адреналин разливался по венам, обостряя чувства до предела. Оказался рядом с кабинетом старика.
— Его отравили! — причитал Георгий. — Он не дышит… Глава! Хозяин…
  
Глава 22
 
Я ворвался в комнату деда. Откинул с дороги слугу, который пытался делать непрямой массаж сердца. Подскочил к старику. В нос сразу ударил знакомый кислый запах, от которого защипало в глазах. Источник ясно дал понять, что передо мной яд! Память услужливо подкинула картинку: две служанки несут поднос с чаем.
«Потом разберусь с этими тварями», — отмахнулся я от воспоминания. Сейчас важнее спасти старика. Чёрт! Мне никак нельзя допустить, чтобы Магинский помер — это разрушит все планы. Но что я могу сделать? Как обратить магию яда вспять?
Я схватил его за руку: пульс едва прощупывался. Сердце билось так слабо, что вот-вот остановится. Мой взгляд заметался по комнате и зацепился за стол. Там лежал тот самый нож, которым я уже резал главу рода для проверки крови.
«А если?..» — мелькнула безумная мысль.
Я вскочил, схватил нож и рухнул обратно рядом с дедом. Лезвие прочертило красную линию на горле. Действовал скорее по наитию.
— Павел! — взвыл Георгий, его голос сорвался на фальцет. — Что вы делаете⁈
— Отвали! — рявкнул я и дёрнул плечом, когда меня попытались оттащить.
Кровь старика хлынула по моей руке — тёплая и липкая. Источник моментально отозвался, признав знакомую магию в жидкости. Так… Теперь нужно её потянуть в себя? Звучит проще, чем есть на самом деле. «Плевать!» — положил руку на рану, чувствуя, как кровь пульсирует под пальцами.
Закрыл глаза, представляя потоки энергии. В груди забился источник, словно второе сердце. Кажется, я даже почувствовал отголоски магии деда — слабые, затухающие. Мысленно приказал яду течь из его крови в меня. Вот только ничего не происходило.
— Давай же, твою мать! — процедил я сквозь зубы.
В этот момент в дверях появилась Елизавета. Глаза её горели безумным огнём, а в руке блеснул нож.
— Тварь! — крикнула она.
Елизавета прыгнула на меня, словно дикая кошка. Вовремя вмешался Георгий. Девушку сковал его лёд, превратив в прекрасную и жуткую статую. Да у него четвёртый или пятый уровень! Вот это скорость, вот это сила…
Тряхнул головой, возвращаясь к старику. Нужно торопиться, пока эта полоумная не освободилась и снова не попыталась мне отомстить. В её воспалённом мозгу я наверняка выгляжу убийцей, вскрывшим горло деду, чтобы захватить власть.
И тут… Кажется, получилось! Что-то липкое, горькое и противное начало втягиваться в меня, словно густой сироп через соломинку. Твою мать! Ну и повезло же мне с магией… Во рту появился вяжущий вкус, язык начал неметь.
Я попытался сглотнуть, но в горле застрял ком. А потом накрыло волной. Такой силы, что в глазах заплясали звёзды. В ушах загрохотали барабаны, а в висках застучали молотки. Мир поплыл, теряя чёткость.
Мой источник жадно впитывал яд из тела старика, как губка — воду. Я чувствовал, как растягиваются каналы — всё шире и шире. Да! Давай, ещё чуть-чуть! Каким-то странным образом вплотную подошёл к границе первого уровня… А потом свет погас.
Я резко открыл глаза, и мир вокруг закружился безумной каруселью. Первое, что увидел — старик. Живой и даже в сознании. Он надрывно кашлял, выплёвывая кровь, и держался за располосованное горло.
Я попытался повернуть голову, но комната тут же устроила весёлые пляски перед глазами. «Так, этого мы пока делать не будем», — решил сразу. Заметил, что Елизавета всё ещё скована льдом. Значит, я отключился совсем ненадолго.
Наконец, предпринял героическую попытку встать.
— Павел, тихо, не торопитесь, — прозвучал голос Жоры, в кои-то веки в нём проскользнули нотки беспокойства. — Я… Вы… Не знаю, как, но вы спасли дедушку.
— Ага, — закашлялся. Во рту всё ещё стоял мерзкий привкус яда. — Магия какая-то. Сам в шоке.
Упёрся руками в пол и попытался толкнуть себя вверх. Тело отзывалось с такой неохотой, словно я только что разгрузил вагон кирпичей.
— Внук! — просипел старик. Произнёс он это с удивлением и чем-то похожим на гордость.
— Потом, — оборвал я его, пытаясь сосредоточиться. — У меня тут дел выше крыши. И все горят.
— Ярослав! — магический лёд, наконец, растаял, и Елизавета бросилась к деду, словно наседка. — Ты жив! А твой внук… Этот… Он хотел тебя убить!
— Дура! — я ухмыльнулся, чувствуя, как от слабости подкашиваются ноги. — Его пытались прикончить ядом, причём уже давно. А сейчас был финальный аккорд. Типа контрольный в голову, только изящнее.
— Елизавета, Павел Александрович прав, — сурово посмотрел на неё Георгий. В его обычно бесстрастном тоне появился металл. — Он своей магией спас Ярослава Афанасьевича.
— Как? — девушка открыла рот, хлопая глазами.
— Слушай, тебе, похоже, работу нужно менять, — я не удержался от улыбки. — Ты не тем местом думаешь. Кстати, две служанки, которые валяются внизу… Они, скорее всего, причастны к покушению.
— Убью! — Елизавета развернулась к двери, сжимая кулаки.
— Стоять, — остановил её властным тоном. — Видел твой способ допроса — мужику все яйца отбила. Это не метод.
— Вообще-то, — она резко обернулась, сверкая глазами, — вы ему лицо сожгли и оторвали голову. Я такого даже в кошмарах не видела.
Георгий вскинул брови, глядя на меня с немым вопросом.
— Не слушай её, — небрежно махнул я рукой, пряча улыбку. — Стресс, все дела. Перенервничала девочка, вот и выдумывает всякое.
— Но я… — Елизавета открыла рот для новых обвинений.
Но тут её подозвал дед, и она умчалась к нему, бросив на меня недоверчивый взгляд.
Я вышел из кабинета, прикидывая дальнейший план действий. С чего начать? Допросить дур-служанок или броситься на поиски Лампы? В груди что-то сжалось при мысли о рыжем пацане. «Только бы этот гений был жив», — мелькнуло в голове.
Спустился по лестнице, перешагивая через девушек, лежащих без сознания.
— Этих связать! — рявкнул я людям Лизоньки, кивая на застывших служанок. — Кляп в рот, и чтобы они ни говорить, ни двигаться не могли! И ещё… — сделал паузу, убедившись, что все слушают. — Главную вашу не впускать. Заприте девушек в моей комнате. Подведёте… — многозначительно усмехнулся. — Вы же видели, что я сделал с тем мужиком?
Двое из них уже имели сомнительное удовольствие познакомиться со мной поближе. А теперь только закивали, как китайские болванчики, не произнеся ни звука. В их глазах читался неприкрытый страх.
Я вышел на улицу. Витас с мужиками что-то делал на территории, все суетились. Направился к нему.
— Господин! — выпалил он запыхавшимся голосом, заметив меня. — Я слышал, ваш дедушка… Примите мои соболезнования. Это такой удар для рода.
— Живой он. Так, репетиция всего лишь была… — улыбнулся в ответ.
Вот это скорость распространения слухов. Прямо как в деревне. Не успел чихнуть, а уже все знают, что помираешь.
  
— А? — глаза мужика выпучились, словно у рыбы на берегу. — Простите. Я это… Не так понял.
— Потом, — отмахнулся я. — Лампа? Видели его?
— Павел Александрович, — Лейпниш опустил голову, и моё сердце пропустило удар. — Он в моём домике. Голова пробита, рёбра сломаны. Без сознания.