В паутине лжи. Цена предательства (СИ)
- И теперь, когда я поняла, что готова на всё ради него, уже поздно. У него новая жизнь, новая девушка. А я.… я так и осталась в той же квартире, на той же работе, с теми же мечтами. - Дин, не говори так. Ты замечательная женщина, ты найдёшь свою любовь...
- Я её уже нашла! - она всхлипнула. – Одиннадцать лет назад. И я её отпустила, потому что была трусихой. Лика, знаешь, что самое страшное? Я видела, как он смотрел на эту Агату. Заинтересованно. Может, не влюблено, но заинтересованно. А на меня он смотрел как на... как на привет из прошлого. Я не знала, что сказать. Слова поддержки казались пустыми, а правда - жестокой.
- Дина, а ты думала... может, написать ему? Позвонить? Сказать то, что не сказала тогда? Она покачала головой.
- И что скажу? «Привет, Саша, помнишь, десять лет назад ты звал меня в Питер, а я отказалась? Так вот, я передумала»? Лика, у него новая жизнь. Я не имею права в неё вмешиваться.
Мы просидели в кафе до закрытия. Дина плакала, я обнимала её и чувствовала свою вину. Мой план мести разрушил не только брак с Антоном - он разбил сердце лучшей подруги. Цена победы оказалась выше, чем я думала.
Проводив Дину домой, я вернулась в пустую квартиру. В понедельник начнётся новая жизнь. Но сегодня мне было очень одиноко.
ЭПИЛОГ.
Год спустя.
Стою у панорамного окна своего нового кабинета на двадцать втором этаже и смотрю на Москву. За год многое изменилось - и в городе, и в моей жизни. На двери моего кабинета золотыми буквами выведено: «Анжелика Станиславовна Матвеева, руководитель юридического отдела». Матвеева - я вернула девичью фамилию сразу после развода. Больше никаких Корниловых в моей жизни. С Антоном нас развели быстро, в ЗАГСе, он без лишних слов подписал все документы.
Тот понедельник, когда всё закончилось, запомнился мне как день великой чистки. Папа не стал церемониться ни с кем. Михаил Андреевич Серёгин, финансовый директор, который «не заметил» махинаций на двадцать миллионов, был уволен. Следом за ним полетели Власова из юридического отдела и оба зама Антона - Виктор Петрович и Миронов. Папа был безжалостен.
- Или вы идиоты, которые не способны проверить элементарные документы, или вы соучастники, - сказал он им на общем собрании. - В любом случае, вам не место в моей компании.
Антона он уволил последним, при всём честном народе, зачитав вслух всё, что я выявила. Волчий билет, испорченная репутация, невозможность устроиться на нормальную работу в Москве. Я не стала заступаться и просить отца, не портить Антону жизнь, отец в последнюю минуту, всё же не стал давать ход документам и Антон избежал уголовного преследования. Как он поступил со мной, так поступили и с ним.
Теперь я сижу в кабинете, который когда-то принадлежал Власовой, руковожу юридическим отделом и получаю в три раза больше, чем в предыдущей конторе. Папа гордится мной, мама счастлива, что дочь работает в семейном бизнесе. А я.… я постепенно учусь снова быть собой.
Дина работает этажом ниже, в финансовом отделе. Я пригласила её к нам через месяц после всех увольнений. Она благодарна за возможность, зарплата здесь в два раза больше, чем в её прежней конторе.
Рядом со мной ей спокойнее, а мне - с ней. Мы обе залечиваем раны от прошлого.
Саша так и живёт в Питере. Мы созваниваемся почти каждую неделю, он расспрашивает о работе, о настроении, шутит, что пора бы мне найти нормального мужика. У него роман с той девушкой закончился месяца три назад, новую пока не завёл. «Не торопись,» - говорю я ему. «В тридцать три года мужчина имеет право быть разборчивым.»
А вот новый начальник отдела снабжения, Игорь Валентинович, определённо не разборчив. Тридцать пять лет, холост, симпатичный, образованный. И явно неравнодушен ко мне. Приносит кофе по утрам, задерживается в моём кабинете дольше необходимого, когда мы обсуждаем рабочие вопросы. На корпоративе в декабре даже пригласил танцевать.
Но я.… я больше не доверяю мужчинам так легко. Десять лет с Антоном научили меня осторожности. Когда Игорь Валентинович смотрит на меня с восхищением и говорит комплименты, я думаю: а что скрывается за этой улыбкой? Какие тайны, какая ложь? Может, у него тоже есть тайная семья в каком-нибудь Воронеже?
Дина смеётся над моей подозрительностью.
- Лика, не все мужчины - Антоны, - говорит она, когда мы пьём кофе в обеденный перерыв. - Игорь нормальный парень.
- Антон тоже казался нормальным, - отвечаю я. - Помнишь, как ты мне говорила: «Такой заботливый, такой надёжный»?
Дина вздыхает. Мы обе изменились за этот год. Она стала тише, задумчивее. А я - недоверчивее и циничнее.
Про Антона и Агату я знаю немного. Они уехали в Новосибирск через две недели после скандала. Живут там, насколько мне известно, у её родителей. Антон пытался найти работу, но его репутация добралась и туда - папа позаботился. В итоге устроился обычным строителем на стройку. Видимо отец Агаты решил не обнародовать запись с регистратора, подумав, решил, что если Антона посадят, то заботы об Агате и ребёнке лягут на их с женой плечи. Если, конечно, Антон мне не врал и Каманцев действительно шантажировал его. Но об это я никогда не узнаю. Агата же работает медсестрой в районной поликлинике.
Камарцев, отец Агаты, после разрыва отношений с нашей компанией разорился окончательно. Его фирма обанкротилась, он продал свои магазины, чтобы расплатиться с кредиторами. Справедливость восторжествовала.
Иногда, в тихие вечера, когда я сижу в своей квартире, думаю о том, что произошло. Жалею ли я о своей мести? Нет. Они получили по заслугам. Но цена оказалась высокой.
Дина до сих пор любит Сашу и не может найти никого другого. Саша замкнулся в своём питерском мире и не спешит строить серьёзные отношения. А я.… я научилась не доверять мужчинам и, возможно, упускаю шанс на счастье.
Но знаете что? Я больше никого не жду. Не жду принца на белом коне, не жду «того самого», не жду, когда кто-то сделает меня счастливой. Я сама делаю себя счастливой. Работа, которая нравится. Квартира, обустроенная по моему вкусу. Путешествия, книги, театры - всё то, на что не было времени в браке.
На прошлой неделе записалась на курсы итальянского языка. Планирую весной поехать в Тоскану. Одна. И знаете что? Мне это нравится. Быть одной, быть свободной, быть независимой.
Тридцать три года - не приговор. Впереди ещё полжизни, и она будет честной. Без лжи, без предательств, без мужчин, которые обещают одно, а делают другое.
А если когда-нибудь встречу того, кто сможет разрушить мою осторожность, кто заставит поверить в искренность... что ж, время покажет. Но спешить я не буду. Никуда не буду спешить. У меня есть время подождать. В отличие от моего бывшего мужа, у меня есть вся жизнь впереди.
Телефон на столе завибрировал. СМС от Игоря Валентиновича: «Анжелика Станиславовна, не хотели бы составить мне компанию за ужином в субботу? Знаю отличный ресторан...»
Я смотрю на сообщение и улыбаюсь. Может быть. А может быть, и нет. Теперь я сама решаю. И это прекрасное чувство - самой решать свою судьбу.
За окном догорает осенний день. Москва зажигает огни, спешит домой с работы, живёт своей обычной жизнью. А я сижу в своём кабинете, хозяйка своей судьбы, и думаю: да, год назад моя жизнь рухнула. Но из обломков я построила новую. И она мне нравится гораздо больше.
КОНЕЦ.