Смерть (ЛП)

— Я отвечу на этот вопрос позже.
Она снова прикусывает нижнюю губу, глядя на холм.
Астрид приносит поднос с тарелкой фруктов и двумя стаканами сока. Поставив его на стол, она улыбается Сиаре.
— Ты хочешь чего-нибудь еще? Может быть, чаю?
Сиара бросает взгляд на легкий завтрак.
— Можно мне кофе?
— Разумеется. Какое кофе тебе нравится? — Спрашивает Астрид.
— Э-э... с двумя кусочками сахара и сливками, пожалуйста.
  
— Я принесу его через минуту, — отвечает моя домработница, а затем быстро возвращается в дом.
Уголок рта Сиары приподнимается, и она выглядит крайне взволнованной.
Желая внести ясность, чтобы она не волновалась, я напоминаю:
— Если захочешь что-нибудь другое поесть или попить, просто скажи Астрид.
Она кивает.
— Хорошо. — Ее губы приподнимаются чуть выше. — Спасибо.
Я указываю на фрукты.
— Хочешь?
Она быстро качает головой.
— Пока нет. Сначала я хочу кофе. Я очень давно его не пила.
Я наклоняю голову.
— До похищения ты была любительницей кофе, да?
Она снова кивает.
— Я обожаю кофе.
Когда Астрид выходит и ставит на стол дымящуюся кружку с кофе, я говорю:
— Лучше принеси сюда графин.
Выглядя очень довольной, Астрид оставляет нас наслаждаться завтраком.
Я наблюдаю, как Сиара берет кружку и, поднося ее ко рту, глубоко вдыхает, прежде чем сделать глоток. Ее глаза закрываются, и от выражения чистого блаженства на ее лице мой член снова твердеет со скоростью света.
Такими темпами мне придется начать дрочить в душе.
  
Глава 18
 
Сиара
О. Боже. Мой.
Так хорошо.
Я продолжаю потягивать восхитительный кофе, и не успеваю я оглянуться, как допиваю его до дна.
Как только я ставлю кружку на стол, Астрид выходит с большим графином. Она ставит его на стол и улыбается мне.
— Если вдруг захочешь еще кофе, просто наполни свою кружку.
— Спасибо, — бормочу я и, не теряя времени, хватаю свою кружку и быстро наполняю ее.
После ухода Астрид я бросаю взгляд на Сантьяго, который пристально смотрит на меня. Его взгляд становится темнее, и мои щеки заливает румянец.
Я делаю несколько глотков, затем снова смотрю на него и вижу, что он все еще смотрит на меня.
Кажется, я знаю, почему он сказал, что я буду жить с ним, а не в одном из коттеджей, и от этого у меня сжимается желудок.
Я опускаю кружку на колени и сжимаю ее обеими руками, собираясь с духом, чтобы спросить:
— Я буду жить с тобой, потому что... — Я замолкаю и с трудом сглатываю, чувствуя, как комок нервов с каждой секундой становится все больше, — ...потому что...
— Все в порядке, — шепчет он, наклоняясь вперед и кладя руку мне на предплечье. — Тебе нечего бояться, Сиара. Я никогда не причиню тебе боль и не буду домогаться.
— Но... — Я не могу заставить себя посмотреть ему в глаза: — Ты собираешься оставить меня у себя.
— Да, потому что со мной ты будешь в безопасности.
Мои мысли путаются, но я спрашиваю:
— А как же Грейс? — Я, наконец, набираюсь смелости и смотрю ему в глаза. — Когда мне станет лучше, разве я не смогу переехать к ней?
На его лице проступает серьезность, и от этого моя паника усиливается. Дыхание вырывается из груди короткими, судорожными выдохами.
Сантьяго забирает кружку из моих дрожащих рук, а затем обхватывает мои пальцы.
— Грейс живет на острове. Как только тебе станет лучше, мы навестим ее. У меня там тоже есть дом. Вообще-то, он находится рядом с домом Грейс и Доминика. Если ты решишь жить там, мы сможем остаться, чтобы ты была рядом к ней.
Мои глаза расширяются от этой новости, и нервы начинают успокаиваться, но на всякий случай я спрашиваю:
— Так ты не будешь держать меня здесь взаперти?
Он качает головой, и на его лбу появляется морщинка.
— Ты не пленница, Сиара. — Выражение его лица становится еще более напряженным. — Или ты все же чувствуешь себя ею?
Я опускаю голову и смотрю на его руку. Под его загорелой кожей видны вены, поднимающиеся по татуированным предплечьям. Рукава его рубашки закатаны до локтей, и хотя одежда повседневная, она ему очень идет. Как будто этот стиль был создан специально для него.
Я снова смотрю на его лицо, на резкие черты и квадратную челюсть, покрытую щетиной. Светло-каштановые пряди в его темных волосах более заметны на солнце.
Я замечаю бриллиантовые сережки, прежде чем мой взгляд опускается ниже, туда, где видна часть его груди.
— Сиара? — бормочет Сантьяго, напоминая мне о заданном им вопросе.
Я качаю головой.
— Ты не такой, как Нолан. — Я вновь смотрю ему в глаза. — Но тем не менее, ты тоже не отпустишь меня.
Он подносит другую руку к моему лицу и заправляет несколько прядей за ухо.
— Как только ты окажешься в безопасности на острове, сможешь принимать решения самостоятельно. Сейчас я делаю то, что лучше для тебя.
Меня охватывает невероятная смелость, и я спрашиваю:
— Значит, я тебе не интересна? Ты помогаешь мне только потому, что я сестра Грейс?
— Мои чувства к тебе сейчас не имеют значения, и нет, я помогаю тебе не потому, что ты сестра Грейс. — Он убирает свою руку от моей и откидывается на спинку кресла, тяжело вздыхая. Он указывает на фрукты. — Съешь что-нибудь, а я расскажу тебе историю.
Я беру гроздь винограда и отправляю одну ягоду в рот.
— В деревне есть гадалка. Лорена. Она одаренная, и многое из того, что она предсказывала, сбылось. Год назад она нагадала мне, что я проживу долгую и счастливую жизнь с женщиной, которая подобна восходящему солнцу.
Он называет меня солнышком.
Моя рука застывает у рта, и я смотрю на него.
— Да, эта женщина – ты, но это не значит, что я чего-то жду от тебя. Если ты сможешь дать мне только дружбу, то мне и этого хватит.
На его лице мелькает грусть, прежде чем он бросает взгляд на горизонт.
— Единственное, что имеет значение, – это твое счастье. — Его взгляд возвращается ко мне, и уголок его рта приподнимается. — Видеть твою улыбку каждый день для меня будет более чем достаточно.
Мои губы сами собой растягиваются в улыбке, и в груди разливается теплое чувство защищенности, которое я нашла благодаря Сантьяго. Как и он несколько минут назад, я беру его за руку и крепко сжимаю.
Я наклоняюсь ближе и немного колеблюсь, но затем целую его в щеку.
— Спасибо, что помог мне почувствовать себя в безопасности.
— Это все, чего я хочу, — отвечает он.
Когда я отстраняюсь, то вижу широкую улыбку на его лице, и он выглядит таким счастливым, словно я только что подарила ему весь мир.
Волнующее чувство, которого я не испытывала уже очень давно, заставляет мое сердце биться быстрее, и, внезапно почувствовав смущение, я быстро отстраняюсь. Мое лицо вспыхивает, и я беру еще одну гроздь винограда, быстро отправляя одну ягоду в рот.
Сантьяго берет стакан с соком, и делает несколько глотков, после чего спрашивает:
— Не хочешь ли еще раз попробовать поговорить с Грейс?
После того неудачного звонка, когда у меня случилась паническая атака, Сантьяго распечатал для меня еще несколько фотографий Грейс. Я практиковалась в разговорах с ними и, желая попробовать еще раз, киваю.
— Пожалуйста.
Он достает свой телефон, разблокирует экран, набирает номер Доминика и включает громкую связь.
— Привет, как дела? — Спрашивает Доминик, отвечая на звонок.
— Хорошо. Ты на громкой связи. Сиара хочет поговорить с Грейс.
— Дай мне секунду. — Я слышу какое-то движение, затем Доминик говорит: — Сиара хочет поговорить с тобой.
  
— Правда? — восклицает Грейс. Через секунду она говорит: — Привет, милая!
Мои губы чуть изгибаются, и я, слыша ее теплый голос, наслаждаюсь каждым звуком.
— Привет.