Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона (СИ)

Я желала им удачи мысленно, хотя и понимала, что путь будет нелёгким, но если два человека действительно хотят быть вместе, они найдут способ.
Мелисс недавно выскочила замуж за какого-то виконта, молодого, красивого, светилась на свадьбе как новогодняя ёлка, платье белоснежное, улыбка от уха до уха, глаза сияли счастьем, и я подумала с удовлетворением: «Вот и хорошо. Она нашла своё счастье, я нашла своё, никто никому не мешает. Идеальный финал для всех».
  
Ещё я вернула из изгнания Боревейр, потому что дворец нуждался в человеке, который умеет подтянуть манеры и навести порядок в хозяйстве, она вернулась с радостью, плакала от счастья, обняла меня крепко и пообещала сделать из меня настоящую королеву.
Релиан все еще разбирался с последствиями деяний Капара и его семьи. Удивительно, как много судеб могут поломать двое предприимчивых мужчин, не обремененных моралью.
Я ездила в свое поместье.
Посчитала, что нужно там кое-что уладить. Рассказала Ренару про письма Меримера, не все, разумеется, а только про их невероятную важность. А еще сделала некий эквивалент доверенности в этом мире. Ренар может управлять моим поместьем теперь фактически без ограничений.
Это хорошая новость. Потому что его преданность Меримеру и его дочери — редкое явление в этом мире, как я уже поняла. Я хотела его перетянуть ко двору, мне нужны верные люди, потом подумала, нет. Не стоит. И мне, и Релиану иногда необходим будет тихий уголок, где никто не всадит ножа в спину никогда. Да к тому же, если подумать, там, в этих землях, началась эта странная история. Когда-нибудь мы прогуляемся по тому пустынному пляжу.
Ренар говорит, он мой, этот пряж. Что в общем-то, высшая степерь иронии.
Тёплые руки обняли меня сзади, прижали к крепкой груди, я не вздрогнула, узнала прикосновение мгновенно, Релиан входил неслышно, привычка дракона двигаться бесшумно, теперь без трости.
Подбородок опустился на моё плечо, губы коснулись уха, голос прозвучал мягко, с лёгким юмором:
— Скучаешь по своим скаопелееее… как это можно произнести?
Он пытается. Это мило. Дракон учит медицинские термины. Кто бы мог подумать.
— Скальпель, — поправила я спокойно. — Нет, Релиан. Не скучаю.
Это была правда, я не скучала по скальпелю, по операционной, по бесконечным сменам и запаху дезинфекции, здесь у меня была другая жизнь, другие задачи, другие радости, и я не хотела назад.
Про себя думала с лёгкой иронией: «О, хорошо, что ты не знаешь, мой принц, что твоей Индаре на самом деле сорок восемь, и она всю жизнь питалась на бегу, отрастила себе бока и целлюлит. И морщины, между прочим».
Кстати, приятно быть в теле синеволосой красавицы!
Релиан повернул меня к себе, руки на талии крепко, зеленые глаза смотрели внимательно, изучающе, маска принца исчезла, остался только он, мой дракон, обеспокоенный и серьёзный:
— О чём думаешь?
Я улыбнулась, прижалась к нему, руки обвились вокруг шеи, голос прозвучал тихо, честно:
— Ты прав, о мире. Он совсем другой. И это удивительно. Но я не хочу назад. У меня есть ты.
Мы стояли, молчали, слушали тишину ночи, шелест листьев в саду внизу, далёкий крик ночной птицы, дыхание друг друга, и было хорошо, спокойно, будто мир замер вокруг нас, даря эти мгновения тишины и близости.
Релиан вдруг стал серьёзным, лицо приняло озабоченное выражение, голос зазвучал строго, почти сердито:
— Нилли мне сегодня жаловалась, что ты опять не завтракала. Тебе нездоровится? Инга, ты сама — лекарь. И ты снова переутомилась? Снова лечила?
Инга.
Иногда наедине он называл меня так, моим настоящим именем. И это явно признак грядущего деспотизма, о… Дракон внутри него обеспокоенно ворочался, я чувствовала это, инстинкт защищать сокровище поднимался, рычал недовольно, требовал действий, и голос, который прозвучал следом, был уже не совсем человеческим, более низким, гортанным, с рычащими нотками:
— Сокровище себя не бережёт. В пещеру! Наше! Отдыхать.
Драконы и их пещеры. Классика жанра. Хотя наша пещера — это дворцовая спальня с кроватью размером с небольшой автобус и шёлковыми простынями.
Или башня, куда мы ходим иногда, чтобы остаться наедине.
И как же тебе объяснить, мой принц? Внутри была тайна, которую я ещё не была готова озвучить, хотя подозрения крепли с каждым днём. Я ещё не была уверена полностью, нужно было подождать ещё немного, чтобы понять окончательно, но все признаки указывали на одно: у меня, скорее всего, будет ребёнок.
Драконёнок.
Или как это правильно назвать в их мире?
Неважно.
Я прижалась к Релиану, спрятала лицо на его груди, вдохнула запах, который стал родным, смесь дыма, хвои и чего-то тёплого, что невозможно описать словами, и пообещала себе беречь. Потом расскажу. Позже. Когда станет понятно окончательно, когда придворный лекарь подтвердит, когда я сама не буду сомневаться.
А пока просто стою здесь, обнимаю своего дракона под двумя лунами и чувствую, как внутри что-то крошечное и важное начинает расти.
Релиан прижался губами к макушке моей головы, голос стал мягче, почти мурлыкающим, дракон успокаивался, чувствуя, что сокровище рядом, в безопасности:
— Наше. Наше счастье.
Конец