Развод. Еще одну измену не прощу! (СИ)

Бред. Мне уже достаточно мамы и мужа, которые неустанно диктуют мне свои правила, пытаются перекроить меня и рассказать, как надо жить. Я сама должна быть хозяйкой своей жизни, сама перебороть все свои страхи, справиться с проблемами и переживаниями. За меня этого никто не сделает.
И я уже на пути к этому. Нужно просто чуть больше стараний и времени — времени без Марка.
  
Глава 31
   
Ритмичный стук колес отдается тревожным эхом в груди. Поезд везет меня прочь от того места, где я уже задыхалась и чахла. Но ожидаемого спокойствия все еще не ощущаю.
Я впервые еду куда-то вдвоем с дочерью, и мне неспокойно. Рядом больше нет мужчины, который может защитить и найти решение в непредвиденной ситуации, в то время как у меня включается паника.
Но ведь раньше, еще в студенчестве, я совершенно спокойно могла поехать куда угодно, не беспокоясь о том, что может пойти что-то не так. То ли я отвыкла полагаться только на себя, то ли слишком большая ответственность за дочь не дает мне успокоиться.
А, может, это просто с непривычки. Выход из зоны комфорта, плюс бесконечное давление со стороны Марка, которое до конца еще не отпустило. Отсюда и стресс. Но скоро я обязательно привыкну к новому укладу, и жить станет проще, как и путешествовать.
Дорога проходит на удивление нормально. И вот мы, наконец, подъезжаем на такси к небольшим деревянному домику в тихом и уединенном местечке среди хвойных деревьев. Немного далековато до моря, зато место чудесное. Да и пешие прогулки нам с Лизой не помешают.
Воздух здесь невероятный: чистый, слегка влажный, пропитанный хвойной свежестью. Солнечные лучи словно тоненькие ниточки пробиваются сквозь кроны деревьев и согревают своим теплом.
Едва мы с Лизой успеваем выйти из такси, как нас встречает Марина — хозяйка дома, с которой я и договаривалась о проживании.
— Добрый день. Давайте помогу, — приветливо отзывается она и без промедления подхватывает часть наших вещей.
— Добрый день. Спасибо, — отзываюсь я и следую за ней в дом по каменистой дорожке.
— Как доехали? — с улыбкой интересуется она.
— Было весело. Мы на поезде с мамой ехали, — отвечает вместо меня дочка.
— Ух ты. Здорово! — отзывается Марина, широко улыбаясь Лизе. — И ты даже не устала ехать?
— Не-а, — мотает она головой. — Мы даже море видели, когда ехали на поезде. Хочу скорее пойти туда купаться!
— Ну, сначала же нужно немного отдохнуть с дороги, — ласково улыбается она.
Марина снимает обувь на лесенке и отпирает дверь. А мы с Лизой следуем ее примеру и проходим внутрь. Домик простенький, но очень уютный. За озвученный весьма скромный бюджет я ожидала худшего.
Затем Марина показывает нам дом и рассказывает, как проще всего дойти до моря, ближайших магазинов и как добраться до города, если захотим развлечений.
— Если возникнут какие-то трудности, или появятся вопросы — обязательно звоните. Я почти всегда на связи, — добавляет она напоследок, прежде чем с нами попрощаться.
— Спасибо. Будем иметь ввиду, — киваю я. — До свидания.
— Хорошего отдыха, — Марина треплет довольную Лизу за щеку, вручает мне ключи от дома и уходит.
— Ну как? Нравится тебе здесь? — интересуюсь у дочки.
— Очень, — она расплывается в улыбке и игриво стреляет глазками. — Но очень хочется скорее на море.
— Неугомонная ты моя, — смеюсь и прижимаю Лизу к себе. — Давай хотя бы вещи разберем. А потом уже можно и на море.
Примерно через час с делами покончено, и мы надеваем купальники, а сверху платья. Быстренько складываю в пляжную сумку все необходимое, закидываю ее на плечо и иду вместе с Лизой на выход.
Запираю дверь, попутно влезая в сандалии, и неспешно иду по дорожке к калитке, дожидаясь Лизу.
— Ма-ам, ─протягивает она за моей спиной. — А где мой второй сандалик?
— В смысле? — хмурюсь и оборачиваюсь, глядя на дочь.
На лестнице, и правда, сандаль лишь один.
— Упал, наверное, куда-то, — пожимаю плечами и иду Лизе на помощь.
Заглядываю под ступеньки, смотрю по обеим сторонам от лестницы, даже на всякий случай в доме проверяю, но обуви нигде не нахожу.
— Странно. Куда от мог подеваться? — бормочу себе под нос и обхожу дом вокруг.
Сам он убежать ведь не мог, но не птица же его утащила. А чтобы кто-то открывал калитку и входил в наш двор я не слышала.
Я бы, может, махнула на это рукой, если бы у дочери была запасная пара. Но у нее только эти сандалики и шлепанцы для душа, в которых долго не походишь без мозолей.
Наворачивая очередной круг вокруг дома вместе, я резко останавливаюсь, заметив яму под глухим забором, ведущую на соседний участок. Похоже, ее раскопала собака и утащила обувь, как трофей.
— Зайка, встань, пожалуйста, — обращаюсь к дочери, которая сидит на ступеньках, насупившись. — Посиди немножко в доме, ладно? Я, кажется, знаю, где искать твой сандалик.
Завожу дочку в дом, ставлю пляжную сумку на пол и иду к соседям. Стучу в калитку, за которой тут же раздается собачий лай. Ну все, виновник нашей пропажи точно найден.
— Чарли, сидеть! — звучит строгий мужской голос, и пес тут же утихает. — Кто там?
— Ваша соседка, — отзываюсь я. — У нас тут кое-что пропало. Можно с вами поговорить?
Несколько секунд тишины, затем тяжелые шаги по ступенькам, и калитка отпирается. Передо мной высокий, широкоплечий и крайне недовольный мужчина, который держит за ошейник золотистого ретривера.
— А причем здесь я? — грубо отзывается он, окинув меня оценивающим взглядом с головы до ног.
— Здравствуйте, — спокойно произношу я, не желая обострять ситуацию с хмурым незнакомцем.
— Здравствуйте, — бросает он, словно одолжение.
— У дочери пропал сандалик, и…
— И? — перебивает он меня, вскинув бровь.
— Я искала его у нас на участке и нашла яму, под забором, которая ведет к вам, — тороплюсь сказать я, пока меня вновь не перебили.
— Суть проблемы ясна. Только я повторю свой вопрос: я здесь причем?
— Ну, как же, — развожу я руками. — У вас пес. Очевидно, это он раскопал яму, залез к нам и стащил обувь.
— Неочевидно, — хмыкает он в ответ. — Чарли не копает ямы и уж тем более не играет с обувью.
— И куда же, по-вашему, еще мог деться сандаль? — уже начинаю нервничать, потому что мужчина отказывается признавать очевидные вещи. — Просто посмотрите у себя на участке, пожалуйста. И больше я вас не побеспокою.
Мужчина без особого желания бегло оглядывается, возвращает взгляд ко мне и произносит:
— Нет тут ваших сандалий. До свидания.
И бесцеремонно закрывает калитку перед моим носом.
Вот же хам! И угораздило же нас поселиться рядом с таким!
  
Глава 32
 
Что теперь делать? Снова стучаться и выяснять отношения с несносным соседом? Очень хотелось бы добиться результата, но, похоже, это совершенно бесполезно. Только настроение себе испорчу в самый первый же день. А я, вообще-то, приехала отдыхать и восстанавливать нервы, а не трепать их еще сильнее.
Ну и черт с этими сандалиями. Купим новые!
Возвращаюсь в наш домик, достаю Лизины шлепки и пластыри, чтобы заранее наклеить их туда, где могут получиться мозоли.
— Не нашла? — со слезами на глазах спрашивает дочь, пока я тщательно приклеиваю пластыри к ее ножкам.
— Не нашла. Но ты не расстраивайся, это ерунда. Куплю тебе новые, — с улыбкой отвечаю, чтобы приободрить Лизу. — Завтра пойдем и подыщем тебе что-нибудь. А сегодня у нас планы поинтереснее.
— Хорошо, — вздыхает она и трет ручонками заплаканные глазки.
— Все, ты готова, — решительно заявляю я, надевая ей шлепки и поднимаюсь на ноги. — Идем?
  
Выходим с дочерью из дома и неспешно бредем по дороге, разглядывая местную природу, и болтаем на разные темы. Жаркий летний воздух прогревает тело и расслабляет, отчего хочется скорее лечь, прикрыть глаза и просто понежиться на солнышке.
Кажется, меня понемногу начинает отпускать эта вечная тревога, которая тяжким грузом лежала на душе и распирала изнутри. Не сказать, что я уже абсолютно спокойна и счастлива, но уже легче. И будто незримая нить, которая связывала меня с Марком, потихоньку начинает разрываться.